Империя Лотоса - Таша Сури

Отправляйся в ДвАрахли, уезжай подальше от всего этого и научись жить заново. А потом вернись. Целым или сломленным — неважно. В сломанной вещи нет ничего бесполезного — будь то сказка или человек.

Одна из охранниц леди Разии пожертвовала Симе шаль и подкладную тунику для предстоящего путешествия. Когда они приблизились к Лал-Киле и более холодным климатическими условиями, Сима произвела необходимые изменения в одежде, явно выражая свою благодарность. Она носила свой рюкзак на спине, как оберег на удачу или безопасность.

Ее глаза расширились от восхищения, когда они приблизились к Лал Киле в сумерках; закат солнца делал огромную крепость еще более кровавой и внушительной, чем обычно. У ворот, в окружении охранников, их ждала леди Асма. Она была больше похожа на лорда Кхалила, чем на свою мать, хотя у нее была улыбка матери — уверенная в своем радушии и силе.

— Принц Рао, — сказала она. — Добро пожаловать обратно в Лал Кила.

МАЛИНИ

Она принимала аудиенцию, когда прибыл всадник. Его объявили, и он вошел, все еще в дорожной одежде, испачканной грязью. Он пал ниц, а затем выдохнул: — Императрица. Опасность. У границы с Сакетой...

Она подняла руку и заставила его замолчать. За ним проскользнула Дипа и посмотрела на Малини широко раскрытыми глазами. Все взгляды Дипы были нервными, но Малини научилась их понимать, и этот заставил ее резко сказать: — Я поговорю с этим человеком наедине. Немедленно». Она встала и ушла из публичного зала в частную аудиенц-залу. Лорды и Принцы кланялись ей, когда она проходила мимо.

Всадник, под нежным напором Дипы, с трудом дал объяснение. Группа стражников у границы Сакеты с Париджатом нашла нечто, чего они не могли понять. Нечто, изменившее ландшафт, прорезавшее рисовое поле, которое они охраняли, как серп. Это не было гнилью — он был уверен, что это не гниль. Один из его товарищей по патрулю исследовал это и сказал, что это похоже на тропу. «Он исчез в ней и вернулся через несколько часов, — сказал всадник. — Но, императрица, он сказал, что был в пути несколько дней. Он был худой и жаждал. Мы не могли этого понять. Мы взяли многое и я уехал на своей лошади, чтобы немедленно прибыть к вам.

Образ пронзил ее, как задетая струна. Один из ее ужасных, беспокойных снов. Трещины в стенах. Голос Прии за ее спиной. Тропа, открывающаяся.

Уверенность проникла в ее кровь. Она снова увидела правду.

Когда стало ясно, что всадник больше не имеет что сказать, Дипа подняла взгляд и встретилась глазами с Малини. Малини кивнула.

— Спасибо, солдат, — сказала Дипа, сжимая руки и улыбаясь. — Ты хорошо поработал. Если ты пойдешь со мной, там есть место, где ты сможешь отдохнуть...

Ее собственные солдаты отправились на разведку. К тому времени, как они вернулись, в Харсингхар прибыли другие всадники. Они прибыли со всех концов империи с новостями о странных путях, где время скручивалось и изгибалось. Худшие новости принес лорд из Сругны, который с тяжелым сердцем сообщил ей, что Сругна изобилует такими путями.

— Сругна заражена от края до края, — сказал он ей.

— Наш король послал вам просьбу о помощи, императрица, написанную его собственной рукой. Он... — Он замялся. — Он боится, что наша близость к Ахиранье подвергает нашу страну большой опасности. Гниль распространилась по всей земле. Независимо от того, сколько стражников мы посылаем, ее невозможно остановить. И люди теперь утверждают, что видели якшу среди деревьев и лица, скрытые под деревянными масками.

Среди ее советников прошел шепот. Она прочитала просьбу. Передала ее одному из своих чиновников.

— В Ахиранье был один такой путь, называемый путем искателя, — сказала Малини, стараясь не вспоминать Прию и их путешествие по этому пути — тот момент, когда она испытала и ужас, и чистейшую радость.

— Мне сказали, что его проложили руки якша. Он вел в Сругну. Я не удивлена, но глубоко опечалена, узнав, что Сругна так сильно пострадала от магии якша.

Она встретилась взглядом с лордом Пракашем. Ее генерал из Сругани выглядел напряженным и глубоко обеспокоенным.

— Я поеду в Сругну, чтобы лично увидеть эти новые пути, — сказала она и увидела, как страх Пракаша сменился облегчением. — Чтобы встретиться с этими врагами и предложить королю Лакшану свою помощь. Лорд Пракаш, как мой сруганский советник, вы поедете со мной.

— Посещение родины будет бальзамом для души, — ответил Пракаш. — Даже в такие мрачные времена.

— Лорд Нараяна, я хотела бы, чтобы вы и принц Ашутош тоже поехали с нами. Если мы столкнемся с якшами, его гнилые вассалы будут в безопасности от дальнейшего заражения.

Нараяна склонил голову в знак понимания.

— Я сообщу ему, императрица.

— Хорошо, — сказала она. — Мы не позволим Ахиранье причинить вред нашим землям. Мы будем защищать свои владения.

— Мне не нравится, что ты путешествуешь без меня, — призналась Лата позже.

Они стояли в детской, над кроваткой, где спал принц Виджай. Варша гуляла по саду со своими служанками. В ее отсутствие врач снова осмотрел ребенка и заверил Малини, уважительно опустив глаза, что принц здоров и растет так, как положено.

Теперь Малини и Лата стояли одни. Лата нежно гладила волосы ребенка.

— Шахар и стражницы будут меня охранять, — сказала Малини. — Свати проследит, чтобы я ела. Не нужно беспокоиться. Я ценю твой ум, Лата, но я достаточно умна, чтобы справиться с этой поездкой в Сругну без тебя.

— Вы хитрая женщина, моя госпожа, — сказала Лата, заботливо укрывая спящего младенца одеялом. — Но никто не может знать всего.

— А ты можешь?

— Я все еще мудрая, — сказала Лата, глядя на Виджая.

— Я бы предпочла вести тебя, но если ты оставишь меня здесь... я буду заботиться о Париджатдвипе. И я буду продолжать искать Пути, как наконец покончить с якшей.

Без того, чтобы ты сгорела. Она не сказала этого, но Малини все равно услышала.

Она подумала о магии, проникающей в ее собственное сердце, нежелательной и странной. Она подумала о своих снах.

Настал момент рассказать Лате. Я вижу во сне Прию, и это не сны преданной возлюбленной. Я вижу во сне ее и ее силу, и мои сны сбываются. Возможно, ответы лежат именно там. Возможно, именно сила и знания моих врагов могут спасти меня.

— Спасибо, — вместо этого тихо сказала Малини. — За все, что ты