Медленно двигаясь среди толпы, Даратас внимательно оценивал обстановку. Царь среди обычного народа ни у кого не вызывал удивления. Без свиты и охраны – да кто к такому полезет? Дурачок с ножичком? Невелика беда. К тому же Даратас изначально исключил возможность неожиданного нападения: никто не станет бить его в спину. Старейшины надеются на свой спектакль.
Поэтому Даратас, нисколько не беспокоясь о личной безопасности, спокойно наблюдал за приближением целой гвардии Домов, спешивших в Золотые Ручьи.
Даже не скрываются! – недовольно произнёс в голове Даратаса Мильгард.
Ещё бы. Ведь всё так удачно складывается! Дурак-царь ещё и ярмарку устроил! Теперь можно чуть не полцарства сделать зрителем и участником исторических событий!
Перебьются.
Даратас непроизвольно улыбнулся. Если говорить по чести, ситуация его забавляла. Недавний учёный стал злостным интриганом. Смешно. И одновременно грустно.
Отцы Домов, в окружении свиты, нёсшей штандарты, уверенно двигались к цели. Расположившись на пригорке, Даратас хорошо видел их приближение. Закрыв себя отражающим щитом, он сделал своё присутствие незаметным для них, превратившись в такого же серого участника толпы. Остальные эльфы не обращали на него никакого внимания, больше заботясь о том, из какого материала состоят те или иные части царских нарядов, лежавшие на прилавках. За многие годы у Престола накопилось огромное количество ненужного барахла. И как Мильгард умудрился организовать изъятие этого хлама так быстро? Эх, эльфы…
Их бойцы подошли к Причастным. –доложил Мильгард.
Задержать их.
Если будут биться насмерть?
Сделать всё возможное.
Есть.
Вот и началось. Мятежники движутся, не зная о том, что их замысел раскрыт. Они полны переживаний и чаяний. Они уверены в своей правоте. Ещё пару минут – и они узнают о схватке у Причастных, и им станет всё ясно.
Эскорт вдруг остановился в двадцати метрах от первых торговых палаток. Неизвестный в тёмном балахоне подбежал к ординарцам, стал протискиваться, расталкивая охрану. В центре процессии началось шевеление, раздались возгласы недовольства, брань.
Занервничали. –констатировал Мильгард.
Ругаются, –поправил Даратас.
Среди мятежников начался разлад. Замелькали кулаки. Похоже, господа заговорщики решили помять друг другу гордые чела. Что ж, драма движется к кульминации.
Как у Причастных?
Взяли их врасплох. Они почти сразу сдали оружие.
Вояки….
Тем временем главы домов окончательно поссорились, превратив историческое шествие в свалку. Немного побранившись и надавав друг другу тумаков, часть мятежников двинулась прочь от Золотых Ручьёв, а другая сломя голову рванула к толпе, сверкая клинками. Доселе с интересом наблюдавший за странной ссорой народ вдруг издал общий вой и прыснул прочь. Бежавший за воинами эльф с пушистой белой бородой что-то кричал, но разобрать слова Даратас не смог.
И тут глянули взрывы. Три лиловых луча сверкнули в воздухе и разорвали камни под ногами у бегущих мятежников.
Что? Что происходит? – прошептал изумлённый Мильгард.
На глазах сотен зрителей разыгрывался спектакль.
Лучи дождём посыпались на головы ошарашенным воинам. Разрывая камни, магия бросала в несчастных острые осколки, поражая насмерть. Кто был менее удачлив, тот попадал под плазму луча и сгорал немедля. Мятежники в ужасе отшатнулись и показали спины, бросив глупую затею. Не меньше двух десятков осталось лежать на раскуроченных камнях.
Кто приказал? Кто? – Даратас был в ужасе. Обстрел не входил в его планы.
И тут на убегавших мятежников навалились воины в серебристых латах.
Это Стражи Последнего Часа.
Ольвен! Какого чёрта! Отозвать войска! Срочно! Они же всех перебьют!
И верно, беспощадные вояки без разбору убивали всех, кто проявил себя, как мятежник. Благо перепуганный народ бежал в противоположную сторону. Но это утешало слабо. Братская кровь пролилась.
Мильгард спешил к Стражам, размахивая клинком над головой. За ним спешила преданная дружина. Но те не слышали. Они пребывали в горячке боя.
Даратас набрал воздуха в грудь, и, добавив немалой толики магии, что было сил заревел:
– Прекратить! Стоять! Ольвен! На колени!
Громогласный крик мага громыхнул по Раста-фун-Мелья словно молот. Вековые статуи задрожали, грозя упасть. Ужаснувшиеся воины повалились на камни. Взлетевший в воздух Даратас, добавил свечения, озарив пространство вокруг себя нестерпимым светом. Его можно было сравнить с богом, спустившимся к смертным. Религиозные эльфы, наблюдавшие за ситуацией издалека, упали на колени.
– Как вы смели ослушаться приказа? – ревел Даратас. – Я велел затупить мечи, дабы братья ваши не пострадали. безумие нужно лечить, а не зарывать в землю!
– Но мой царь! – сказал эльф голосом Ольвена. Теперь маг мог слышать любого за десятки метров. – Ведь они мятежники! Вы приказали нам быть в секрете до момента ссоры мятежников.
– А говорил ли я о том, чтобы убивать их?
– Но… Госпожа Дариана. Она сказала, что действует от вашего имени. Мы и хранили клинки.
– Дариана? Она? Вы кому служите?
– Вам, царь. – эльф припал лбом к полу. – Я провинился. Ослушался. Я должен быть лишён жизни, ибо чести я лишил себя сам.
– Жизни всегда успеем лишить. Искупишь свою глупость в деле. Мильгард! Остался ли кто в живых?
– Только пара бойцов. Афатор и его оба сына убиты. Другие два главаря мятежников бежали.
– Отряди воинов, чтобы найти их и привести к суду. Где Дариана?
– Я здесь. – ответила девушка, выходя из сумрака на свет, лившийся от Даратаса.
– Дура. Прочь отсюда. Чтоб глаза мои тебя не видели до того момента, как мы не выступим. Пошла!
– Да, царь. – покорно сказала она, потупив взор. Ох, ну и актриса! Ох, актриса!
Даратас развернулся к застывшему в священном трепете народу.
– Подданные мои… Друзья! Увы, вы стали свидетелями ужаса, который пришёл в вашу общину вместе с крушением традиций. Брат поднял меч на брата. Пролилась кровь. Несмотря на всю мощь, я не создан, чтобы править! Я знаю, что далеко не многие удовлетворены тем, что я взошёл на ваш Престол, и, признаться, я тоже. Слишком много дел нужно совершить. Война с Ужасом Глубин не закончена. А посему, я не могу оставаться здесь и ждать перемен! Я принёс беду в ваш дом, принёс горе межплеменной ссоры. Я должен уйти. По закону ваших предков мне не место на Престоле. А посему назначаю алахоэ – принца Мильгарда, который сам решит, как быть с Престолом. Через пару часов я отбуду, дабы более не портить никому кровь. Вы сильный и смелый народ! Сможете подняться! А с таким правителем, как Мильгард, вас ждёт светлое будущее. Поэтому не обессудьте и прощайте!
