Цветение - Лина Чаплина

— Ее не исключат, успокоитесь, — твердо сказал профессор Реген.

— За нападение на учеников? Тем более с темной магией. Откуда она вообще это знает? Виде Бьорк бы умер, да и остальные… — Гаспар с грохотом упал в кресло.

Он вздрогнул, в очередной раз представив, как три детских маленьких гроба выносят из Академии. Успокаивало лишь то, что дети в надежных руках Эйрлис Корсен.

— Но не умер же. Выговор сделают и все. Никто не исключит ведьму Адельхейд.

— Безнаказанных не бывает, мой дорогой друг, — строго сказал Винцент, — ее род, изволь понять, при всем моем особом отношении, не дает ей право применять магию на других учениках и нападать на них.

— Я не об этом, она защищала друга, — возмутился Парцифаль. — Кончено, это не значит, что должны страдать другие, но…

— Вот и славно, — мягко улыбнулся Винцент, запуская пальцы в перья ворона.

Не заглянув к племяннице, Тильда и Фрида сразу отправились к директору. Тильду трясло от злости, а Фрида оставалась спокойной. Они говорили долго, около трех часов. Слышались напряженные голоса.

Фрида понимала, что общественность не простит ей снятие наказания с племянницы, но и наказывать ее она не хотела. Тогда она сама приняла решение.

— Накажите Суви работой по хозяйству, в загонах виверн, думаю, профессор Блэр ей спуску не даст…

— Разве для нее это наказание? — прошипела Матильда. — Она и без того часто там.

— Наказание. — Сурово сказала Фрида, — Будь с ней мягче, у нашей малышки скоро будет еще один траур. Не слишком ли много для ребенка?

— Ей уже скоро восемнадцать! — настаивала Тильда.

— Но она ребенок, Матильда, еще ребенок, — поддержал Фриду Парцифаль, — отругаешь ее за проступки потом.

Матильда опустила к полу глаза.

— Так что же мы решим? — Прервал тишину Гаспар.

Суви лежала на кровати. Прия, Лаура и Инна отказались выходить из комнаты, боясь оставить подругу. Вся злость Матильды ушла, когда она увидела воинственные лица девочек и разбитую, лишенную энергии Суви.

Тильда села рядом с Суви и взяла ее за руку. Все ее тело ныло от боли, но она ласково улыбнулась.

— Эди передавал тебе привет. И испек торт с черникой и черемухой. Мы привезли…

— Я не хочу есть вообще. Как они накажут меня? — Раздался пустой голос Суви.

— Не важно, — Тильда заботливо поцеловала племянницу в лоб, — поспи и не думай об этом.

— Вы останетесь? — Суви сжала руку Тильды.

— Конечно! — Фрида легла рядом и обняла Суви, — Извини, что приехали только так. В такое время…

Суви вдруг посмотрела на Тильду очень внимательно и выдохнула. С трудом, но мысли сложились в ее голове.

— Вот это новости, — она хотела было улыбнуться, но не смогла.

— Мы хотели сказать тебе, но…

— Я очень хочу пирог. — Сообщила Суви.

Тети остались сидеть рядом с племянницей, а девочки, наконец, вышли погулять. Они нуждались в свежем воздухе.

— С ней ничего плохого не будет. И Адам поправится. — Настойчиво повторяла Лаура.

Прия вдавила очки в переносицу. Она вдыхала сладкий запах весны. Все вокруг пробуждалось, но казалось каким-то фальшивым на фоне их тяжелых дум.

— Что мне им сказать? — вдруг спросила Прия, — Суви и Давиду. Что сказать им, если Адам умрет?

Инна лишь пожала плечами. Из леса доносился ласковый голос флейты Адара. Вокруг гуляли ученики, летали виверны и жизнь стремительно неслась вперед. Мимо пробежало несколько оленей. Они окинули ведьм скучающими взглядами и унеслись прочь, точно не появлялись вовсе.

— Что ты рядом, скажи им это, — ответила Инна.

Когда Суви уснула, Фрида оставила ее с Тильдой. Она дошла до комнаты Рене и остановилась. Ее сковала неуверенность.

— Я знаю, что ты там стоишь, — послышалось из-за двери.

Фрида зашла к нему. Ее обдало запахом гибискуса, разместившегося на столе профессора. Рене Моен сидел за горой бумаги, проверяя работы. Увидев Фриду, он кинулся к ней. Крепко обняв за все то время, что не видел, Рене жадно вдохнул запах оранжевого дерева.

Фрида чуть отстранила его, покрывшись краской. На самом деле ей хотелось ровно противоположного. Она и не думала, что ощутит это, спустя девятнадцать лет увидев Рене.

— Как ты? — спросила Фрида.

— Ты приехала из-за Суви? — печально улыбнулся Рене.

— И из-за нее, — Фрида отошла и села на диван. Она откинула голову назад. Когда-то давно они вместе сидели за партами в этой Академии. Это казалось таким настоящим, а теперь лишь тенью касалось мыслей. — Тебе тут не душно? Ты хотел менять мир…

— Я и меняю его. Через своих учеников. Я учу детей творить заклятия и менять мир. Это много стоит, Фрида.

Фрида с умилением посмотрела на профессора. Из мальчика, бежавшего от мира в тень, он вырос в мудрого и сильного мужчину.

— Извини, что не отвечала на твои письма. Я…

— Не стоит, это не важно, — волосы Рене стали кудрявыми и рыжими, как у Фриды. — Много работы и все такое, я знаю, что ты скажешь. Не хочу это слышать. Знаешь, пока тебя не было, я женился, развелся, детей не завел. Но, раз пришла, просто поговори со мной о погоде и выпей чай.

— Ох, Рене…

Профессор мягко улыбнулся. Под напором его улыбки и светлых глаз, Фрида выдохнула.

— Я… я должна выговориться. Ты имеешь полное право больше не выслушивать меня, я пойму, — Фрида принялась усердно рассматривать стены, — правда пойму.

— А я, правда, хочу выслушать тебя. Даже если ты расторгла нашу помолвку, и мы не общались слишком много лет, я все еще твой самый близкий друг.

Фрида протянула руку над свечой, и под ладонью загорелся огонь. Фрида взяла его пальцами и, как живой, огонек плавно оказался на центре ладони. Он стал больше. Небольшой костер горел на ладони Фриды, сладко потрескивая домашним уютом.

Рене практически не дышал.

— Я все еще дефектная, Рене. И не говори мне, что это не