Ознакомительная версия. Доступно 107 страниц из 712
— Что это? — спросила Ангулема. — Виноград?
— Виноградная лоза, молодая, а как же, — подтвердил Рейнарт де Буа–Фресне. — Знаменитые долины Сансретуры. Первейшие вина мира давят из созревающих здесь гроздей.
— Факт, — согласился Регис, который, как всегда, знал все обо всем. — Дело в вулканической почве и здешнем микроклимате, обеспечивающем из года в год прямо–таки идеальное сочетание солнечных и дождливых дней. Если к этому добавить традиции, знание и заботливость виноградарей, то мы получим результат в виде продукта высочайшего класса и марки.
— Хорошо вы это выразили, — улыбнулся рыцарь. — Марка — это вещь! О, взгляните хотя бы сюда, вот на этот склон под замком. У нас замки дают названия виноградникам и подвалам, которые расположены глубоко под землей. Вот этот называется Кастель Равелло, с его виноградников получают такие вина, как Эрвелюк, Фьорано, Помино и знаменитое Эст–Эст. Должно быть, слышали. За бочонок Эст–Эста платят столько, сколько за десяток бочонков Цидариского или из нильфгаардских винных погребов под Альбой. А там, гляньте, докуда хватает глаз — другие, небольшие замки и другие виноградники, да и названия тоже, думаю, вам знакомы. Ферментино, Торичелья, Кастельдачья, Туфо, Санкерре, Нурагус, Короната и, наконец, Корво Бьянко, по–эльфьему Gwyn Cerbin. Полагаю, вам не знакомы эти названия?
— Знакомы, фууу… — поморщилась Ангулема. — Особенно после проверки, не налил ли часом шельма кабатчик какое–нибудь из них заместо нормального яблочного, потому как тогда, бывало, приходилось утром коня в конюшне оставлять, чтобы за эту Кастелью или Эсту–Эсту расплатиться. Тьфу, черт, не пойму я, небось для больших господ пойло, то, марковое. А мы люди простые, можем и тем, что подешевле, не хуже надраться. И скажу я вам, ибо на собственном опыте испытала: блюется оно одинаково, что после Эста–Эста, что после какой другой рыгаловки, к примеру, яблочной.
* * *
— Начхав на октябрьские шуточки Ангулемы, — Рейнарт раскинулся за столом, расслабил пояс, — сегодня, ведьмак, напьемся какой–нибудь лучшей марки и какого–нибудь лучшего года. Кошель выдержит. Мы подзаработали неплохо. Можно и гульнуть.
— Ясное дело. — Ведьмак кликнул трактирщика. — В конце концов, как говорит Лютик, быть может, существуют и другие методы заработать, но я их не знаю. Поэтому поедим то, чем так славно несет из кухни. Кстати, сегодня в «Фазанщине» что–то тесновато, хоть час уже довольно поздний.
— Сочельник Йуле, — пояснил трактирщик, услышав его слова. — Празднует народишко. Радуется. Ворожит. Традиция требует, а традиция у нас…
— Знаю, — оборвал ведьмак. — А что сегодня требует традиция на кухне?
— Холодный язык с хреном. Бульон из каплуна с фрикадельками из мозжечка. Зразы–завертушки говяжьи и к этому клецки и капустка.
— Тащи мигом, добрый человек. И к этому… Ну, что к этому, Рейнарт?
— Ежели говядина, — сказал после минутного раздумья рыцарь, — то красное «Коте–де–Блессюр» того года, когда откинула лапти старая княгиня Кароберта.
— Прекрасный выбор, — кивнул трактирщик. — К вашим услугам, господа.
Венок из омелы, наугад брошенный за спину девушкой из–за соседнего стола, упал почти на колени Геральту. Компания зашлась смехом. Девушка призывно зарумянилась.
— Никаких фокусов. — Рыцарь поднял венок и отбросил в сторону. — Это не будет ваш очередной. Он уже занят, дорогая мазель. Он уже в неволе зеленых очей.
— Заткнись, Рейнарт.
Трактирщик принес заказ.
Они ели, пили, молчали, слушали, как веселятся люди.
— Йуле, — сказал Геральт, отставляя кубок. — Мидинваэрн, Зимнее Солнцестояние. Два месяца я тут торчу. Два потерянных месяца.
— Месяц, — холодно и трезво поправил Рейнарт. — Если ты что–то потерял, то лишь месяц. Потом снега завалили перевалы в горах, и ты не выбрался бы из Туссента, хоть сдохни. А то, что дождался здесь Йуле, да и весну скорее всего тоже здесь дождешься, так это есть высшая сила, а посему нечего жалобно скулить и причитать. Что же до сожаления, то не надо преувеличивать. Все равно я не поверю, что тебе так уж сильно жаль.
— Да что ты знаешь, Рейнарт? Что знаешь?
— Немного, — согласился рыцарь, наливая. — Не очень много сверх того, что вижу. А видел я вашу первую встречу, твою и ее, в Боклере. Помнишь Праздник Бочки? Белые трусики?
Геральт не ответил. Он помнил.
— Дивное это место, дворец Боклер, полное любовных чар, — замурлыкал Рейнарт, наслаждаясь букетом вина. — Один только его вид способен очаровать. Помнишь, как у всех у вас дух захватило, когда вы увидели, ну, тогда, в октябре. Дай–ка вспомнить, как тогда изволил выразиться Кагыр?
* * *
— Складный замчишко, — восхищенно сказал Кагыр. — Верно ведь складный и глаз радует.
— Красиво княгиня живет, — сказал вампир, — следует признать.
— Да уж, вполне ладный, курва его мать, домик, — добавила Ангулема.
— Дворец Боклер, — не без гордости повторил Рейнарт де Буа–Фресне. — Эльфова постройка, только слегка переделанная. Говорят, самим Фарамондом.
— Не «говорят», — возразил Регис. — А несомненно. Стиль. Стиль Фарамонда виден с первого же взгляда. Ясно. Четко. Достаточно посмотреть хотя бы вон на те башенки.
Увенчанные пурпуром черепиц башни, о которых вел речь вампир, врезались в небо стройными белыми обелисками, вырастающими из филигранного, расширяющегося книзу здания самого замка. Все это однозначно ассоциировалось со свечами, с которых фестоны воска натекли на мастерски выполненное основание подсвечника.
— У стен Боклера, — пояснил рыцарь Рейнарт, — раскинулся город. Стену, разумеется, возвели позже, вы ведь знаете, эльфы не окружали города стенами. Подгоните лошадей, уважаемые. Путь перед нами долгий. Боклер только кажется близким, горы искажают перспективу.
— Едем.
Они ехали резво, опережая странников и вагантов, телеги и двуколки, груженные темными, словно обомшелыми гроздьями винограда. Потом начались говорливые и пахнущие бродящим соком улочки города, потом мрачный парк, весь заросший тополями, тисами, барбарисом и самшитом. Потом были клумбы роз, мультифлоры и центифолии. Потом — резные колонны, порталы и архивольты дворца, слуги и лакеи в ливреях.
Наконец возник Лютик, модно причесанный и роскошно одетый. Ни дать ни взять принц.
— Где Мильва?
— Здорова, не беспокойся. Сидит в покоях, приготовленных для вас. И не желает выходить.
— Почему?
— Об этом позже. А сейчас — пошли. Княгиня ждет.
— Прямо с дороги?
— Таково ее желание.
Ознакомительная версия. Доступно 107 страниц из 712
