— Велест! — закричала она.
Мужчины обернулись, и Велест повторно выругался.
— Какого черта ты тут делаешь? — зарычал он грозно. — Я где велел тебе быть, женщина? Почему ты не с Егором? Я убью его за столь ответственную службу!
Она не обратила внимания на его ругательства и подбежала ближе. А когда оказалась на расстоянии вытянутой руки, то споткнулась и едва устояла на ногах. Лицо Велеста было разбито, кровь сочилась из губы, один глаз почти заплыл, одежда была порвана.
Но его побои были пустяковыми по сравнению с тем, что представлял собой Борис. Именно его Велест и ещё один вампир пытались удержать на ногах и доставить до кровати живым. У Ланы округлились глаза от ужаса, когда она увидела куски мяса, свисавшие ещё с живого тела….
— Велест, не кричи на меня, — по инерции ответила она, не сводя взгляда с Бориса.
— Мы потом поговорим, а теперь иди в комнату. Я скоро приду, — интонации в его голосе не предвещали ничего хорошо. Но он сдерживал себя по отношении к этой женщине. Он не хотел напугать её ещё сильнее. Поэтому решив, что она послушается его, он обернулся и крикнул кому-то: — Мать вашу, где доноры? — и уже обращаясь к такому же окровавленному вампиру: — Давай его сюда.
Он ногой открыл первую дверь. Она чудом не слетела с петель. В комнате находилась молодая женщина, танцовщица клуба.
— Пошла вон! — рыкнул на неё Велест, и она, в отличие от Ланы, не стала с ним спорить. Она достаточно проработала в «Жерле», и привыкла к ситуациям, которые выходили за пределы обычных трудовых будней. Она испуганно пискнула и как была в одних крошечных трусиках, босяком прошмыгнула между вампирами.
Велест как можно осторожнее и аккуратнее положил брата на кровать. У того из груди вырвался булькающий звук и тотчас темная струя крови потекла изо рта.
— Борис, держись! Терпи! Сейчас мы найдем донора!! — глаза у Велеста остекленели. Он не может потерять брата! Только не сейчас! Да и вообще никогда! Они одной крови, они одна семья, и он должен жить! Должен!
У Карданов была не битва, а кровавое месиво. Уничтожение вампиров. Стригоев было бесчисленное множество, казалось, одного убиваешь, и тотчас на его месте возникало ещё с десяток. Велест никогда раньше не видел, чтобы стригоев было так много. И они действовали очень слаженно. Точно выполняли один приказ.
Когда они с Борисом вернулись в поместье, то сразу попали в гущу событий. Сначала они бились наравне со всеми, а потом Велест заметил, что их стали теснить.
Именно его и Бориса.
Вокруг них плотным кольцом встали стригои. Они бросали нападать на других вампиром и атаковали Сандровских. Целенаправленно. Сначала Велест и Борис справлялись с их натиском, даже побеждали, но стригоев становилось всё больше и больше….И у Велеста не оставалось сомнений, что это их стремятся уничтожить. Но зачем было устраивать бойню у Карданов? Намного проще уничтожить Сандровских поодиночке!
Ему было не до размышлений. Краем глаза он видел, как пятеро стригоев напали одновременно на Бориса и повалили его на землю…
Всё кончилось бы очень плохо, если бы не удалось разрушить магический купол над поместьем и кто-то не вызвал подмогу. Как позже выясниться, это поспешили бойцы Умаровых. Умаровы, отправляясь на праздник, точно знали, что предстоит кровавая заварушка, и с собой в Вену привезли бойцов. Они разместили их в гостинице, наиболее близкой к поместью Карданов. Велест представил это зрелище….Несколько десяток натренированных вампиров и дрампиров в одной мирной гостинице — это не для слабонервных. Но благодаря им они остались живы, и удалось вырвать Бориса из лап стригоев. Они изрядно потрепали его, и даже несколько раз укусили.
Оставалось надеяться, что он не был заражен.
Когда Велест подхватил его с земли, и увидел, как закатываются глаза брата, он поклялся, что выяснит, кто организовал нападение. Он не успокоиться, пока не найдет убийц!
Теперь уничтожение стригоев стало для него делом чести.
Один из бойцов Умаровых помог дотащить Бориса до машины, и он назвал адрес клуба «Жерла». У Юлиана всегда в клубе имелись доноры, и Велест очень сильно надеялся, что кровь остановит заражение и вытянет Бориса с того света.
Если Борис обратиться в стригоя, Велесту придется убить его.
Потому что назад дороги нет.
Ярость и отчаяние клокотали в мужчине, и он в кои веки почувствовал себя беспомощным….
Лана смотрела на окровавленных мужчин, её взгляд метался с одного на другого. Как только Велест с другим вампиром уложили Бориса на кровать, последний со словами: «Я за донором» выбежал из комнаты. Его быстрые шаги гулким эхом раздались по пустому коридору.
— Он сильно изранен…, - сказала она, ни к кому не обращаясь. Сейчас на задний план ушло её отношение к Борису. Он был братом Велеста.
И это решило всё.
Она бессознательно сделала один шаг по направлению к кровати.
Потом второй.
Когда она подошла почти вплотную к кровати, Велест заметил её. Его тяжелый взгляд пригвоздил её к полу. В глазах полыхал огонь, и он не предвещал ничего хорошего.
— Почему ты ещё здесь? — требовательно спросил он, но Лана не обратила внимания на его грозный тон. Она смотрела на Бориса, как прерывисто опускалась и поднималась его грудь, как из разорванных ран вываливались куски мяса, как были видны кости.
— Я покормлю его, — слова сорвались с её губ, прежде чем она осмысленно приняла решение.
— Что?!!!! — взревел Велест. Его глаза бешено сверкнули.
— Я покормлю его, — уже более уверенно сказала Света. — Если ему жизненно необходима кровь, пусть возьмет мою.
Велест пошатнулся. Его точно ударили, причем не меньше, чем кувалдой.
Его женщина предлагает покормить его брата.
Казалось бы, что тут такого? Идеальное решение. Борису нужна кровь, чтобы не умереть от смертельных ран, и Лана добровольно готова её ему дать.
Но….
Собственнические инстинкты взревели в Велесте. Он ещё не отошёл от сражения, на его губах чувствовался привкус чужой крови и кожи, а в ушах продолжали звучать стоны умирающих и хруст ломающихся костей. Его зверь довольно урчал после битвы.
И этот же зверь сейчас восстал.
Ревность, жгучая и ни с чем несравнимая, застелила разум Велеста. Как это Лана будет давать кому-то кровь? Он, который желал заявить на неё свои права, вчера переборол искушение и не укусил её, хотя соблазн был чрезмерно велик. Велесту стоило огромных усилий, чтобы не впиться клыками в пульсирующую жилку на шее Ланы.
Он хотел запечатлеть её. Сделать своей. Чтобы все, каждая собака, каждый человек, каждый бессмертный знал, что она принадлежит ему.
И только он один может пить её кровь.
А тут….
Разум говорил о другом. Что Лана — идеальное решение. И точно услышав его, девушка сделала ещё один шаг со словами:
— Во мне течет кровь демона, значит, она отличается от крови человека. И, наверняка, обладает какими-то свойствами. Сильными.
Её доводы решили всё.
И Велест, заскрежетав зубами, процедил:
— Давай руку. Только я сам…буду…держать…её.
Земля развернулась под его ногами. Он попал в ад. И адский огонь опалил его тело, когда они вместе с Ланой подошли к кровати, на которой бился в конвульсиях Борис.
Лана осторожно села на край и вопрошающе посмотрела на Велеста.
— Что мне делать? — шепотом сказала она.
Велесту стало нечем дышать. Грудь сковали стальные тиски. Он смотрел на тонкое запястье Ланы. Её кожа была прозрачной. И были отчетливо видны вены.
Он закрыл глаза и тотчас распахнул их. Его зрачки увеличились в размерах, дыхание стало холодным, а лицо сильно побледнело.
— Дай руку, — выдохнул он, и казалось, с этими двумя словами из него выходит сама жизнь.
Лана послушно протянула руку.
Велест упал на одно колено перед кроватью, так чтобы рука девушки находилась на уровне лица. Он тысячу раз кусал, для него сделать укус было равносильно, что для человека сделать глоток воды, но сейчас он чувствовал, как жар опалил горло. Как невыносимо стало сухо во рту…
