- с лежанки поднялся украшенный шрамами охранник. – Уже в обратный путь?
- Угу.
- А это что за мертвяк? А, узнаю… Когда вы туда ехали, он лучше выглядел. Эх, без обид, анклавовцы, но не умеете вы допрашивать.
Свен огляделся. Хирио пошёл обратно к лошадям, а Лазова так и не зашёл в барак. «Друзья, называются!»
- Слушай, у тебя железорезной пилы не найдётся?
Стражник почесал затылок.
- Может быть, может быть… Только что мне с того? Тот хлыщик, что был с вами в прошлый раз, слишком борзый. Всё настроение нам испортил. Ты – с ним, а значит мне нет резона помогать.
- Лазова! – заревел гигант. Подскочили все ещё не проснувшиеся: и охранники и заключенные.
Гудэри просунул в дверь голову.
- Сюда иди, дворянчик! – он повернулся к стражнику в шрамах. – Ему очень стыдно. Он очень сильно извиняется. И хотел бы сделать всем подарок.
Свен хлопнул по спине кивающего головой Лазову, выталкивая вперёд. Тот полез в карман, высыпал на стол пригоршню золотых. Охранник насмешливо смерил его взглядом. Охотник добавил ещё несколько монет.
- Это всё, что у меня есть…
- Сторк! – чуть повернув голову, не отрывая взгляда от молодого мужчины крикнул стражник. - Глянь в инструментах пилу по железу.
Невысокий мужичок ушёл в угол, открыл большой сундук и долго копался в нём, гремя железом.
- Держи, Френ, - игнорируя Охотников, он протянул старый маленький лобзик товарищу. Тот посмотрел на горку десов, потом на инструмент и будто бы нехотя протянул Свену.
- Мда… - тот критически осмотрел ржавую пилку. – Ладно, что ж делать, на безрыбье и кастрюля – соловей…
Покрытый шрамами страж хохотнул и хлопнул крепыша по плечу. Со стороны они выглядели пусть и далёкими, но родственниками.
- Лазова, держи руку Тимура, чтобы не болталась, попробую как-нибудь их раскурочить. Френ, дай ещё зубило и молоток. Не жмись, тут золота на мастерскую хватит.
- Только потому, что ты правильный мужик, земляк-ансагердиец. Не то что этот, - он сплюнул под ноги Гудэри. Оба Охотника посмотрели друг на друга и решили сдержаться.
Пока Свен возился с кандалами, почти все надзиратели завтракали. От стола тянуло ароматным билазорским чаем и сырокопчёной колбасой. Лишь один из них, пожилой черноволосый горец всё крутился вокруг лежащего на лавке Лангри, рассматривая.
- Исса, что увидел интересного? Ты поел бы хоть. А то сейчас заключенных выгонять на работу. – Окликнул его Френ. – Исса! Оглох что ли?
- А? Прости, задумался… - глубоким гортанным голосом, с лёгкой хрипотцой ответил тот.
- Задумался он… Ты всю ночь бродил, как мешком пришибленный. Только спать мешал! – грозно рыкнул Френ.
- Живот крутило. Анклавовцы, а что с ним? – обратился он к Охотникам.
Свен закряхтел, доламывая руками надпиленные кандалы. Блестящие половинки брякнулись об пол.
- А тебе какое дело? – задрал подбородок Лазова.
- Заткнись! – рявкнул Свен. Стражники угрюмо сверлили высокого Охотника взглядами. Исса же не выглядел обиженным.
- Кто ж его так ободрал-то?
- Никто не драл, – тут же снова высунулся Гудэри. – Он пытался покончить с жизнью, вены резал, едва остановить успели.
- Пилой что ли резал? Не, паря, я вижу, что тут животное поработало. Это уж у кого такие когтищи? Медведь? Хотя, откуда здесь медведь?
- Ничего от тебя не скроешь, господин охранник, - обречённо вздохнул Лазова. – Придётся сказать всю правду. Ты угадал. Это медведь. Вырвался из зоопарка в Орне, бегал по городу, людей рвал, пока не наткнулся на нас. Рискуя своей жизнью, этот вот бросился на него и поборол.
- Вот это да! – притворно восхитился старый горец, цепко глядя на молодого Охотника. – Каков герой! Голыми руками медведя завалить! А по виду и не скажешь, что силач… Кстати, а я слышал, что анклавовцы вовсе не на медведей охотятся, разве нет?
- Хорош болтать, дворянчик, или клянусь Богом на Кресте я сам тебя заткну, - прогудел Свен. Он разломил второй браслет, со стоном выпрямился, потёр спину. – Погляди, кажется, Тимур задышал ровнее.
Лазова приложил два пальца к шее Лангри.
- Пульс частый. Пойду распоряжусь, чтобы Ло сани готовил.
Здоровяк закатил глаза. Опустился на скамью в ногах Тимура.
- Распорядится он… Тебя только могила исправит.
- Не медведь, это, как пить дать не медведь. А сегодня ведь полнолуние, - шептал горец так, что бы было слышно только Свену. Охотник демонстративно смотрел в сторону, игнорируя стражника.
- Исса, что привязался? – вновь раздражённо окликнул охранника Френ. – Собирайся давай!
- Сейчас, сейчас, - пробормотал тот, наклонился над Тимуром, похлопал по карманам его шинели. – Мож они что запрещённого в Орн пронесли?
- Мы – Анклав, - пробасил Свен. – Всё, что при нас - мы имеем право носить!
- А мож вы чужое что прихватили? – прищурился Исса.
- Сторк! А ты куда?! – окликнул охранник со шрамами другого подчинённого.
- Мне отлить надо, я быстро, - ответил тот и выскочил из барака. Шмыгнул мимо не распряжённых саней, заволновавшихся лошадей, забежал за угол, воровато огляделся, никто ли не смотрит, и с облегчением расстегнул ширинку. Задрал голову и полузакрыл глаза в блаженстве. Закончив дело, опустил взгляд на пожелтевший снег. В нём, в проплавленной дырке виднелся бледный палец с грязным обломанным ногтем. Не веря глазам в рассветных сумерках, Сторк ботинком разворошил снег. Показалась бледно-фиолетовая рука в намокшем рукаве шерстяного свитера. Охранник отшатнулся. Потом поборол оцепенение, залез в сугроб, утопая по колено, стал копать руками. Наткнулся на что-то твёрдое, напоминавшее деревяшку, отбросил снег и уставился в широко открытые глаза трупа. Кудрявые чёрные волосы, чуть побитые сединой, смуглая кожа, из-за мертвящей бледности казавшаяся серой, открытый в крике рот, забитый снегом по самые зубы и разорванное горло, с виднеющейся белизной позвонков в обрамлении лохмотьев заледеневшего мяса и сосулек крови. На склонившегося Сторка, будто отражение в воде, смотрел мёртвый Исса.
Как только эта мысль достигла разума стражника, он побежал в барак, загребая снег ботинками. Влетел и встал как вкопанный, хватая воздух ртом. За столом сидели Охотники, о чём-то беседуя с Френом, другие стражники одевались, доставали из ящика на стене винтовки, принесённый полумёртвый заключенный лежал на лавке, а над ним стоял живой Исса.
Заметив вбежавшего Сторка, он обернулся.
- Что случилось? – спросил он своим обычным хрипловатым голосом у побледневшего мужика.
- Т-там…
