раньше? Так сделали многие, кто был проклят бессмертием… зачем она жила дальше, если все это было ей в тягость? Если она сама желала смерти?
— Люди начинают ценить что-то только в момент, когда они это теряют… тебе ведь это прекрасно известно, правда, Винтер? И именно в этот момент, она по-настоящему потеряла возможность умереть. Ты, наверное, уже догадался, что произойдет дальше.
Тьма поглотила тело Алисы, впиталась в нее, как паразит. Ровное дыхание постепенно возвращалось к ней: глаза видели мир так четко, как никогда раньше… ноги, руки, все осязание тела вернулось к ней. Она будто родилась заново, но отнюдь не была рада этому.
Этой тьмой и был Войд. Да, паразит — это хорошее слово, которое можно к нему подобрать. После катаклизма, демонам досталось не меньше, чем остальным, и почти всем, подобным Войду, кто не сгинул в первые же секунды, пришлось искать так называемого носителя.
И у Войда такой кандидат был уже очень давно.
— Мы познакомились, и я убедил ее в том, что она навсегда бы осталась в форме полумертвого трупа, если бы не моя сила… но на деле, я не знаю, что произошло бы с ней.
— Ты сделал это ради собственной выгоды, — возмутился Винтер. — Ты использовал ее.
— Я наблюдал за ней уже очень давно, еще до того, как магия исчезла. Зола, или же Алиса, она… была очень интересным человеком, и не менее интересным был тот факт, что я чувствовал в ней пустоту. То самое заклинание бессмертия, что поразило ее годы назад.
— Ты и есть ее катализатор бессмертия, а она даже не знает об этом… по крайней мере, не знала, пока мы не встретились с тобой. Неужели она не заметила за все это время?
— Я помогал ей во всем, но сеял в нее сомнение каждый раз, когда она подбиралась к истине. Алиса простой человек, и обмануть ее… так же достаточно просто. Не нужно быть гением, чтобы посмотреть на меня и сделать умозаключение о том, что с нашим союзом что-то не так, и все же… Алиса доверилась мне. А я поспешил воспользоваться ее доверием, как ты сказал, ради собственной выгоды. Потому что без нее я бы исчез, если бы не нашел другого.
— А другой носитель не выглядел таким же перспективным, да? Алиса оказалась сильна.
— Да, ты прав, Винтер, с Алисой мало кто сравнится по силе. Но была еще одна причина…
Пространство исказилось, сменяясь на более конкретное окружение, нежели безликие поля. Тронный зал замка, что так подозрительно сильно был знаком Винтеру… к сожалению, он тоже был отчасти покрыт тьмой, что оставляло некоторые детали позади, но общая картина оставалось ясной.
Трон, большой стол, холодные оттенки, поздний вечер, и… девушка. Милейшая девушка, усевшаяся не на самом троне, но на его подлокотнике, словно стесняясь занять место, которое ей не принадлежит. Впрочем, она выглядит достаточно беззаботной, так что дело явно здесь в чем-то другом.
Она уготовила это место другому.
Если бы не волосы и глаза, то понять, что на троне сидит Алиса, а не кто-то другой, было бы очень тяжело. Она совсем не была похожа на саму себя… черты лица более нежные, молодые, даже несмотря на то, что она совсем не постарела с момента, как стала бессмертной. На ней так же был стальной доспех, а не военный китель, который, казалось бы, уже успел в буквальном смысле въесться в ее повседневный вид. Это было далекое, далекое прошлое.
— Это мое воспоминание? — спросил Винтер, осматривая тронный зал. — Все это…
— Нет, не твое. — Поспешил расстроить его Войд. — Это воспоминание, принадлежащее Алисе.
Появилось новое, и, одновременно с этим, старое лицо, — новый участник воспоминания. Другой Винтер, у которого не было столь изящной бороды, зато были куда более приглядные доспехи, и аккуратные черты лица, так присуще всяким молоденьким принцам.
— Тебе не спится? — спросил другой Винтер, остановившись на полпути к трону.
— Завтра мы пойдем патрулировать границы, с отрядами новеньких… это большая ответственность, Винтер. Мне хочется подать им хороший пример, но я боюсь за них. Поэтому я стащила вино со склада и решила напиться, так, на всякий случай.
Винтер засмеялся, услышав такое признание в краже.
— Не против, если я присоединюсь?
Алиса улыбнулась.
— Только прихвати бокальчики со стола.
Выполнив ее просьбу, Винтер уселся на троне, и, выдернув пробку из бутылки, разлил заветный напиток. Красное вино, сухое или не очень, старое или не особо, — это сейчас было не особо важно. Важно лишь то, что они оба были не прочь напиться. Впрочем, вином-то особо и не напьешься, а жаль.
Винтер не отказался бы от чего-нибудь покрепче.
— Я пыталась найти виски, правда… — будто забравшись в его мысли, добавила Алиса, взболтав заветный напиток в бокале. — Но там ничего не было, кроме унылого вина.
— Возможно, тебе не стоило забираться конкретно в винный погреб?.. — насмехаясь над ней, спросил Винтер.
Улыбнувшись еще шире, Алиса все же засмеялась и ткнула Винтера в плечо. Эти двое совсем не выглядели как король и его советник… скорее, как просто старые друзья. Ни Винтер, ни Алиса, опять же, не были похожи на тех, кем они являются в реальности. Видимо, не зря говорят, что раньше время было беззаботнее, снег белее, а магия сильнее.
Смех, вино, разговоры о всяком… Винтер уже давно позабыл, насколько близки они были. Да что уж там говорить, наверняка даже воспоминания Алисы начали увядать в ее голове. Вполне вероятно, что здесь было что-то еще, что она теперь даже вспомнить не может. Но то, что этот момент так ярко отпечатался в ее памяти и остается с ней, даже спустя столько лет… да уж, это о чем-то, да говорит, уж Винтеру это совсем очевидно.
— Когда я связал свое существование с Алисой, я, в отличие от нее, получил возможность прочувствовать на себе ее воспоминания, по крайней мере, их часть. Ты для нее всегда был больной темой, и я всеми силами старался все это время, чтобы вы не нашли друг друга.
— Зачем? Какой был в этом смысл? Ты считаешь, что я и впрямь настолько плох, что…
Вечер сменился на день, а тронный зал заполонили тела падших воинов как со стороны северного королевства, так и со стороны нападающих. Наемники, солдаты, рыцари — тут были все, и среди этого кровавого месива уже было тяжело понять, кто к какой стороне относился. Впрочем, по доспехам еще можно было догадаться, но Алисе было не до этого.
Она сидела на
