Боль мешала сосредоточиться, еще и как назло уловила почти издевательскую трель флейты где-то вдалеке, но вариантов не было. Или собраться, или оказаться трагично растерзанной в кабаре лучшей подруги, защищая ее и принца. Какой накал, сколько драмы! Отличная выйдет пьеса с грустным финалом.
Осталось только выжить.
— Дай нож, — сквозь зубы попросила она. — Быстрее!
Ная никогда не считалась прилежной ученицей в том, что касалось ведьмовского дара — заниматься музыкой всегда было интересней. Но кое-что она все же запомнила, спасибо наставницам и заметкам из книги. Разумеется, заклятий на конкретно такой случай никто не придумывал, но можно подобрать другое — например, те руны, что вырезаны на спине. Они же защиту и обозначают…
Чертить нечем, уголь остался в комнате, но это не беда. Что может быть эффективнее собственной крови?
Она проткнула палец, упала на колени и стала наспех чертить, надеясь, что не ошибается и ничего не перепутает. В лучшем случае ничего не сработает, о худшем старалась не думать. Заклятия на крови не отличались милосердием к ошибкам.
Невольно вспомнился защитный круг в темнице, и, недолго думая, Ная вывела последнюю руну — ту самую, из конца книги, от которой при явлении Йорн побежало пламя.
Совсем рядом с ней упал стул — субтильного вида мужчина вырвался вперед и попытался замахнуться, но не рассчитал своей способности поднимать тяжести и не смог удержать. Рой пнул его в живот, отталкивая и заодно сбивая с ног стоявших рядом.
Мощь барда, заставившего столько людей беспрекословно плясать под свою… флейту — на этой мысли Ная нервно хихикнула, едва не сбившись и не пририсовав лишнюю линию — пугала. Они настойчиво лезли вперед, пихаясь и пытаясь дотянуться до жертв. Кое-кто даже успел раздобыть внушительного вида ножи, и теперь под ногами в дорогих туфлях становилось все больше крови — этих Рой, первым подхвативший тесак Кристы, бил сразу, не осторожничая, как с метателем стула.
Вязь рун слабо засветилась и почти сразу полыхнула ярким зеленым пламенем, а из центра зала донесся все нарастающий гул. Гости обернулись на него все с теми же кровожадными лицами, а Рой, что-то почувствовав, толкнул Наю, вжимая в пол, и насколько мог, закрыл собой.
Он всего на пару мгновений опередил вихрь, образовавшийся в центре и затягивающий в себя все, что находилось в зале: подбросил под самый потолок и закружил мебель, содрал со стен остатки драпировки. Падали и кричали сбитые столами люди — помещение оказалось слишком маленьким, чтобы в нем спрятаться от стихии. Кто-то с хрустом врезался в стену, со звоном разлетелось выбитое окно.
— Можешь остановить? Думаю, уже никто не нападет, — Рой дернулся и зашипел — ему по спине с силой прилетело отломанной ножкой кресла.
Ная вытянула дрожащую руку и попыталась стереть узор, но это не помогло — всего за несколько минут он застыл и теперь не реагировал на простое прикосновение. Сжав зубы, она нашарила выпущенный нож, полоснула себя по ладони и провела ей по полу, перечеркивая руны широкой кровавой полосой.
Огонь медленно потух.
Вихрь исчез, как будто не носился по кабаре, и тут же все, им подхваченное, упало, сбивая с ног тех, кто еще пытался подняться.
И среди бардака высился всего один человек, твердо стоявший на ногах. Женщина в обычных рубашке и штанах — таких же, как носили все путешественники или наемники, на голове, почти закрывая лицо и волосы, намотан воздушный белый платок. Смуглая кожа. Флейта в опущенной руке.
Бард в упор посмотрела на Роя, отвесила издевательский поклон и, легко перепрыгивая через тела, скрылась в двери кладовки.
Рой дернулся было за ней, но все же остался, не давая упасть Нае, у которой дрожали теперь не только руки. Она вообще чудом удерживалась в сознании, стараясь не замечать накатывающих приступов слабости и дурноты.
— Цела?
— Да, — ответить получилось только с третьего раза — в первые два помешал сухой кашель. — Это была?..
— Ильяна, — Рой ответил вроде бы спокойно, но Ная предпочла отодвинуться, отчетливо уловив непреодолимое желание убивать.
— Догони, я разберусь. Не хочу снова выманивать ее… так.
Он кивнул и кинулся следом, еще более бесцеремонно наступая на гостей.
К моменту, когда в зал спустился смертельно бледный Эрик, она уже даже не пыталась подняться — все, на что хватило, не развалиться таким же безвольным телом, как все вокруг.
— Вы пропустили самое интересное. Видели бы, что здесь творилось, — улыбка вышла кривой и тут же исчезла. — Найдите человека в синем платке. Если жив, свяжите.
Глава 15
Суматоха улеглась только ближе к полуночи — до этого приводили в сознание тех, кто подавал признаки жизни, растаскивали, а после вывозили с привлечением городской стражи тела, помогали выжившим добраться до дома или врача. Только от вихря погибло пятнадцать человек, заполучив черенок ложки в глаз или будучи распластанными по стенам, еще четверых убил Рой; половину от оставшихся переломало, остальным повезло отделаться ушибами.
Эрик, кляня себя последними словами за неосмотрительность, участвовал активнее всех и, когда гостей в кабаре больше не осталось ни в каком виде, вытряс из принца обещания не выходить за порог, после чего уехал с подчиненными наводить порядок дальше. В конце концов, все эти… жертвы не только пострадали сами, но и напали на Крейга, пусть даже и под влиянием. Никто не исключал, что среди них могли быть идейные ненавистники, воспользовавшиеся удобным случаем спихнуть свои действия на другого.
Смотреть на раскуроченный зал ни у кого из оставшихся не было душевных сил, и они перебрались на кухню. Слуги разбежались еще раньше, как только раздался грохот и крики.
Виноватой себя Ная не чувствовала — что такое обстановка и пара окон, когда на кону стояли их жизни. И ладно бы она или Луиза, без них мир потерял бы немногое; смерть же Крейга стала бы катастрофой.
Стены и другие помещения стихия не тронула, а значит, все поправимо.
— Мне не стоило настаивать, зная, что вокруг что-то затевается. Стоило бы одуматься уже после переговоров с… — расхаживающий вдоль стены Крейг остановился и выдохнул. — Спасибо, что тогда выжили. Но нет, гордость, упрямство, желание доказать кому-то… Луиза, это только моя вина, разумеется, я все оплачу, и… все, что могу — только скажите.
— Восстановите репутацию кабаре, в котором произошла бойня? Сюда больше ни один приличный человек не придет, — едва ли не впервые с того момента, как увидела разгром внизу, разлепила губы Лу. Она даже не побледнела — посерела, и живые цвета никак
