была, — хрипло попросила она. — В курсе, что разновидность редкая, заплачу, сколько скажете. Паучьи силки и скалолаза я тоже заберу.
— Поставлю всех питомцев нэссы в отдельный отсек на несколько дней, — пообещал Фиц.
Попрощавшись с наставницей, Кэсси проводила до дома её жениха. Настояла на снотворном зелье и накрыла пледом прикорнувшего на диване друга. С трудом открыв слипающиеся глаза, нэсс Годри схватил её за руку:
— Погоди, чуть не забыл! Открой верхний ящик секретера, там коробочка маленькая лежит. Да, эта самая. Открой — там ключик, который просила передать тебе Лиера, если с ней что-то случится. От какого замка ключик — не знаю, она не сказала.
«Такими темпами у меня разовьётся аллергия на тайники и секреты», — горестно думала Кэсси, устало шагая обратно к академии. Если честно, она предпочитала никогда не узнать тайну маленького ключика!
Вечер расцветил столицу морем огней. Празднично разодетые люди радовались отдыху от трудовых будней. Студенты вливались в радостную сутолоку вечера, покидая стены академии и давая Кэсси надежду на долгожданный покой. Сидевший на скамейке в ожидании её возвращения Зетри хотел что-то ей сказать, но она отрицательно качнула головой, и помощник целителя сочувственно вздохнул, протянув ей горячий бумажный пакет из пекарни и... флакон успокоительного зелья, разумеется.
— Успокоительного в меня влили столько, что впору пройтись по канату над пропастью, — отказалась от флакона Кэсси, — а за булочки спасибо.
— Отдыхай, завтра поговорим, после... после.
Да, после похорон. Сжав зубы, Кэсси скрылась в своем жилой блоке. На столе её ждало послание от лорда Марала Левитта за его именной гербовой печатью:
«Искренне сочувствую твоему горю. К сожалению, близкие нам люди иногда совершают серьёзные ошибки, которые невозможно исправить, и не вини себя, что ничего не знала и ни от чего наставницу не отговорила. Помню твою просьбу о встрече, но, к моему прискорбию, в ближайшие дни не смогу выбраться из трясины имперских проблем. Надеюсь, мне послужит оправданием, что все свои силы я сейчас направляю на то, чтобы впредь никто не смог тебя похитить».
Впервые она получила от него письмо абсолютно личного характера, а не вестник конторы на голубой бумаге. Хотелось верить, что не возникнут скорбные поводы для повторных писем. На бумагу закапали слёзы, наконец-то полившие из глаз.
«Покой мне только снится», — осознала она, поднимаясь и садясь на кровати, когда время перевалило за полночь. Лунный свет освещал притихшие растения: неподвижно застывшего Коку, скалолаза в контейнере, куст когтей страсти. Наличие множества не до конца разгаданных загадок не давало сомкнуть глаз. Откинув одеяло, Кэсси встала и подошла к бывшему узнику боевиков. Её приближение куст заметил и мигом растопорщил колючки: окончательно набравшись сил, кровососущий хищник в полной мере вернул агрессивность, присущую ему от природы.
— С изумрудным жалом договориться сумела, с тобой тоже договорюсь, — прошептала Кэсси. По коже острыми иголочками пробежала дрожь возбуждения, как всегда перед интересным экспериментом или при удачном черенковании редкого вида прихотливого растения. — Что же тебе предложить? Кажется, я догадываюсь...
Зажмурившись, она ярко представила себе цветущие луга, шумящий лес, журчание реки. Летнюю жару и шелковистость травы, на которой раскинешься, как на мягком покрывале. Свежий ветерок, порхание бабочек и алмазное сверкание стрекоз в щедрых потоках солнечного тепла. Ей нестерпимо захотелось рвануть туда — на волю, вдаль от людей и каменных давящих стен!
И такое же чувство эхом отразилось от вырванного из естественной среды обитания пленника! Когти страсти мечтали о свободе — и она отлично их понимала: тот, кто родился в чистом поле и долго жил в окружении друзей-товарищей и под высоким синим небом, будет маяться и страдать в тесной комнатке, хоть сколько удобрениями его поливай и магией подкармливай.
«Меняю то, что прячешь в корнях, на свободу! На волю, ветер, солнце, на возвращение тебя на прежнее место», — постаралась транслировать Кэсси своё предложение. Настроилась на ощущение того, как тяготит корни чуждый груз, как именно он формирует вокруг куста стены, низкий потолок и темноту.
«Тяжело, гнёт давит, утягивает в землю... Отдай его, выбрось прочь — и тебя вновь будут согревать ясные лучи, поливать тёплый дождь, а в твоих ветвях зашумит ветер!»
Глубоко уйдя в себя в попытке достучаться до полуразумного куста, Кэсси растянулась на полу, подложив руки под голову, и не заметила, как провалилась в сон.
Её разбудили солнечные зайчики, скользнувшие по щекам и векам. Распахнув глаза, она увидела в кадке когтей страсти закинутый в угол золотистый шарик. Растение согласилось на обмен.
Понадеявшись, что раз артефакт не погубил куст, то и её помилует, Кэсси сунула его за пазуху. Ничего не произошло — артефакт вёл себя прилично и намерения убить её не проявлял. Приятное разнообразие после событий прошлой ночи!
— Отвезу вас на поле, как только освобожусь, — клятвенно пообещала Кэсси когтям страсти.
Процессия на кладбище оказалась неожиданно длинной: многие выпускники академии пришли проститься с бывшей преподавательницей. Кэсси первой положила на холм могилы алые полевые маки и зелёные веточки паучьих силков — любимые растения наставницы. Её скромный букет быстро исчез под ворохами ярких роз и роскошным огромным венком от академии. Ректор сказал прощальную речь, все друзья нэссы добавили к ней много добрых слов, и Кэсси преисполнилась благодарностью к службе имперской безопасности в целом (и к отдельному брюнету в частности), что тайна смерти Лиеры ушла вместе с ней в могилу. То, что подоплёка политических дел не всегда доводится до общего сведения, не так уж плохо порою.
От ворот кладбищенской ограды все разошлись в разные стороны. К нэссу Годри и Кэсси подошёл распорядитель королевского питомника.
— Вот список всех растений, что перенесены из дома и сада нэссы в наши пенаты. Галочкой отмечены те, что хочет забрать Кассандра, а вы, нэсс, не возьмёте в лавку остальное?
— На месяц-другой я закрою лавку, — обречённо махнул рукой Годри. — Для успешной торговли нужен позитивный, бодрый настрой, а он у меня — только к гробовщику в помощники идти. От вида моей унылой физиономии разбегутся самые постоянные клиенты. Нет, я пока беру самоотвод с должности владельца лавки магических растений.
— Нэсса Валенса, а вам в будущую лавку товар не нужен? По оптовой цене с максимальной скидкой всё отдам! — чуть ли не с мольбой обратился к Кэссе распорядитель.
— До обретения лавки мне ещё копить и копить, а за превращение жилого блока в дикий лес хищных растений меня выселят из общежития, — грустно пошутила Кэсси, и распорядитель Фиц печально вздохнул. — Ничего, продайте сад наставницы в добрые руки — и все её друзья
