срочно пополнить запасы продовольствия и закупить материалы, чтобы перестроить бараки и укрепления. Запрос финансирования через Сенат повлек бы за собой бюрократические задержки минимум на полгода.
Полугода у Марка не было.
– Талвин, доклад, – Марк жестом подозвал к себе низкорослого мужчину, стоявшего поблизости. – Что ты нашел?
Талвин поспешно заковылял к нему, проваливаясь в снег и кряхтя при каждом шаге. Эвокат, боевой маг. Ранен при обороне Лирда, мелкого виледского городка за границей Рубежа. Каменный шип насквозь пробил его бедро, вырвав мясо и оставив уродливый, скрученный воронкой шрам. От пенсии отказался. Причина – руки целы.
– Разреши по-простому, трибун? – проскрежетал Талвин. – Не успел я по-умному составить.
Марк махнул рукой.
– Давай по-простому.
– Покопались мы в бумагах этого хлыща. Вот донесения с аванпостов, – он порылся в сумке и протянул Марку несколько свитков. – Все запечатаны. Даже не вскрывал. Остальные бумаги сдал Ликулу – он готовит сводный отчет.
– Что с патрулями?
Лицо Талвина изменилось. Он достал карту, еще пахнущую пылью.
– На всем пространстве до девятого меридиана не осталось ни одной клехтской стоянки. Мы находили только останки. Вот этих… погорельцев, которых принесли, – он скривился. – Судя по следам, те, кто выжил, ушли на запад. Не нравится мне это. Дурно пахнет. Буквально.
– Интересно, – пробормотал Марк, перебирая свитки с донесениями.
Пахло и правда дурно. Клехты веками жили в йордском предгорье и были больше зверями, чем людьми. Они не обустраивали стоянок, городов или сел, которые можно захватить. У них не было четкой иерархии власти и людей, с которыми можно заключить союз. Сотни разбойничьих племен ютились в горах и нападали исподтишка. Сикст Сивилла прикормил несколько таких стай. Пристрастил к эдесскому вину и меду – и использовал как наемников. В целом идея была недурна, да вот только клехты были плохими разведчиками. Они не составляли карт и не приносили донесений – только продавали украденных талорских лошадей и распускали сплетни.
Однако при всех своих недостатках клехты не были ни слабаками, ни трусами. И если подобные звери бежали из своих нор – ничего хорошего это не сулило.
Марк окинул взглядом карту.
– Нужно идти дальше. Талорцы передвигаются быстрее нас. Мы должны отслеживать их на дальних подступах. Выстройте сигнальную систему. – Он ткнул пальцем в заштрихованную область на востоке: – А это что?
– Иверийский лес, – отозвался Талвин, – туда я ребят загнать не смогу – боятся. Суеверия.
Марк поморщился. Суеверия – кошмар любого офицера. Ты можешь морить солдат голодом, заставлять работать днями и ночами, да хоть розгами будить, но попробуй пойти против сказок, которые они вбили себе в головы – получишь такой бунт, что ноги не унесешь.
– Ясно. Расставь дозоры по периметру. Когда Ортас вернется с инспекции соседних легионов, отправь его ко мне. Свободен.
Талвин ударил кулаком в грудь и заковылял прочь.
Марк бегло просмотрел донесения с аванпостов и смял в руках свитки.
– Ублюдки.
Марк не был зол. Злость, как и боль, – истощимое чувство. У обоих есть предел, за который они уже не могут выйти, и этот предел Марком был пройден еще в первый день пребывания в Йорде. За последние две недели он устал удивляться степени царящего вокруг беспредела.
Запасы продовольствия оказались распроданы. Тягловые волы – списаны как больные и сданы в аренду местным торговцам. Дисциплинарные книги не велись, отметки о переводах не ставились. Списков пропавших попросту не существовало. Шесть разведывательных отрядов исчезли без следа. Погибли или дезертировали – хер знает. Шесть! Мерий Скапул не удосужился даже вскрыть отчеты об этих происшествиях.
Марк с головой нырнул в этот омут дерьма и пытался вычерпать его ложкой. То, что ему посчастливилось встретить в Йорде десятый легион, было единственной милостью богов. Старых боевых товарищей из первой арканы он наделил полномочиями своих заместителей. Пусть он каждый день корил себя за это кумовство, иного выбора у него не было. Офицерский состав легионов, расположенных в главном лагере, смотрел на него с нескрываемыми презрением, а солдаты регулярно устраивали потасовки. Марк отнял у них привилегии, пиры и шлюх.
На форуме сочно пахло свежим деревом и бетонным раствором. Широкая, утоптанная площадь была заставлена штабелями досок и обтесанными камнями. Укрытые снежными шапками материалы громоздились в самом центре, и за ними уже не было видно ни трибуны, ни фонтана. В воздухе разливался жар бодрой работы и стоял грохот: легионеры споро латали и перестраивали ветхие здания. Марк пересек форум и остановился возле ямы. Глубокий ров с обрушенными краями, обложенный булыжником, был накрыт деревянным настилом.
– Открыть, – приказал Марк двум легионерам, которые стояли на страже.
Пахнуло сыростью. Марк подошел к краю ямы и присел на корточки.
– Ты очень дорого за это заплатишь, трибун.
Скапул стоял на дне, прижимаясь спиной к влажной каменной стене, и подрагивал от холода. Уложенные маслом черные локоны сбились в гнездо, лацерна из дамаста порвалась. И все же, если бы Сикст Сивилла подмазал Сенат и добился для рода Скапула статуса Старшей Ветви, из него мог бы выйти весьма убедительный патриций. Уж очень умело он кривил губы, неотрывно глядя вверх с высокомерной, почти скучающей миной. Такому выражению учили только в патрицианских гимназиях.
Заблеванный подол туники немного портил образ.
Марк кивнул на темную кучу в противоположном углу.
– Твои друзья, – произнес он. – Клехты. Убиты талорцами, как можешь видеть. Сожжены заживо на четвертом меридиане. Уже в зоне насыпей.
Посадить Скапула в яму с трупами было идеей Калесты. Как таковой пытки устав не предусматривал, но об условиях содержания провинившихся уточнений не было. Марку никогда не давались красивые жесты и символические акты. Его легат в этом преуспел куда больше.
Подняв с земли горсть снега, Марк слепил из него шарик и бросил его в обугленное месиво. Раздался писк и шорох. Встревоженные крысы метнулись прочь от тел, заскакали по яме, налетая друг на друга. Скапул вжался в стену сильнее, вскинул голову и сглотнул.
– Я – личный помощник прокон…
– Ты солдат под моим началом, – оборвал его Марк, – и мне абсолютно плевать, под кого ты стелешься в свободное время. Где списки личного состава легионов и документы о закупках?
Тонкое горло Скапула подрагивало. Он весь мелко дрожал, сводя плечи, едва сдерживая тошноту. Однако это не помешало ему бросить на Марка вызывающий взгляд.
– Да никто не вел эти проклятые списки. Нормальные люди умеют договариваться.
Марк потер висок. Жилка колотилась под пальцами. Наивно было полагать, что у злости есть предел. Его всегда можно сдвинуть.
– Послушай, Скапул, – проговорил Марк, глядя вниз, – талорцы где-то близко. Они выжгли гнезда клехтов, они
