– Когда вы добрались сюда? – спросил Одар.
– Два дня назад, – ответил он. – Мост был сломан, пришлось идти через Чайку.
– И как, спокойно? – как бы невзначай поинтересовался Рэми.
– Пару раз нападали разбойники в лесу, – пожал плечами Оливер. – Подурели, что ли, а может, проголодались. Наши все живы-здоровы. Не спят, как услышали, что вы прибываете. Дожидаются.
Стоило переступить порог столовой, как нас оглушили радостные возгласы инквизиторов. А дальше все было, как и положено при встрече давних друзей после разлуки: объятия, похлопывания по плечу, обмен грязными шуточками.
Рэми, поприветствовав своих братьев, окликнул Лиса, к ним присоединился Килан, и они втроем куда-то ушли. Шраванцы уселись за столом в стороне от остальных. Я последовал за ними, как и Айра: радость встречи не касалась нас, это было делом инквизиторов. Впрочем, кто-то и меня хлопнул по спине:
– С возвращением!
Кажется, это был Хаш, впрочем, неважно, мне все равно было очень приятно. Глупо, знаю, но есть что-то особенное в том, когда тебе рады. Наверное, это отразилось у меня на лице, когда я подходил к столу, поскольку Айра посмотрела на меня с долей снисхождения, как на дитя, восхищенное цветным стеклышком.
– Домой хочу, – устало прикрыв рукой глаза, сказал Тарек.
Благодаря совместным усилиям моих учителей, я уже неплохо понимал шраванский, во всяком случае, простые фразы.
– Зачем бередишь рану? – с грустью усмехнулся Озан. – Все хотят. У любого похода одна цель – вернуться домой. И чем дольше путь, тем горячее слезы радости при встрече…
– Помолчи, поэт, – усмехнулся Берк. – Все бы отдал сейчас за то, чтобы оказаться в Алмазных Песках.
Гокер молча кивнул. Алтан окинул их всех строгим взглядом:
– Смотрите, чтобы шахриар не услышал. Огорчится.
Он резко повернул голову и успел заметить, как я беззвучно повторяю за ним каждое слово.
– Повтори, – сказал он мне.
Я почувствовал себя немного неловко, и все же повторил, почти без акцента. Шраванцы с усмешками переглянулись и одобрительно заулыбались, словно их дрессированная собачка, наконец-то, освоила толковый трюк.
– Расскажите мне о Шраване, – произнес я на их языке.
– О нем нельзя рассказать, – отозвался Озан возвышенно, – нужно увидеть золотые барханы вечной пустыни, услышать плеск теплых волн ласкового моря…
– Учуять запах мясной лавки, возле которой вырос Озан, – передразнивая восторженный тон товарища, добавил Тарек.
Шраванцы засмеялись, даже Гокер позволил себе улыбнуться.
– Но я еще нескоро его увижу, – заметил я. – Наши страны с недавних пор стали ближе, а я так ничего и не знаю о вашей родине.
– Знаешь, за что мне это подарили? – спросил Берк, указывая на свой шрам.
– Ты не выполнил приказ, – ответил я, глядя ему в глаза.
– Возможно, – осклабился он, – или совал свой нос, куда не следует.
Намек я понял, и мне он не понравился. Шраванцы разговаривали со мной и терпели мое присутствие в благодарность за то, что я помогал выхаживать Лиса, но принимать меня в свой отряд они явно не спешили.
– Хватит, – жестко сказал Алтан, одернув Берка. – Шахриар велел отвечать на любые его вопросы.
Вот как?! Я изумленно посмотрел на него и получил в ответ насмешливый взгляд. О, Создатель, неужели он узнал о приказе Рэми? Если это известно Алтану, то и Лису тоже… Нет, тот бы не стал играть со мной, не в его характере. Убил бы, и делу конец. Если только (и эта мысль поразила меня!) он не пытался мне помочь. Не знаю, как я мог подумать такое. Едва ли один откровенный разговор на берегу тихого озера мог как-то повлиять на его ко мне отношение. Впрочем, кто поймет этих чужаков? Алтан, пытающийся более двухсот раз убить этого человека, просидел с ним всю ночь, не смыкая глаз, и получил за это в дар прощение. Берк, достойный того, чтобы занять место начальника стражи, за непослушание заслужил шрам, чтобы лучше помнить урок. Может быть, я за свои заслуги получу возможность хоть что-то передать Рэми?
– Мы не сможем тебе рассказать о Шраване, – сказал Тарек. – Чужаку трудно объяснить… спроси лучше шахриара.
Остальные встретили это предложение смехом, и я решил, что надо мной снова решили пошутить, но Тарек выглядел серьезным.
– Никто не расскажет о Шраване лучше, чем он…
– Это правда, – Берк немного пригладил волосы назад и изобразил на лице надменное выражение, так свойственное Лису, чем вызвал улыбку товарищей и строгий взгляд Алтана. Он продолжил подчеркнуто сдержанно, немного растягивая слова, – знаешь, есть три вопроса, которые почему-то всегда задают чужаки, никогда не видевшие нашей земли.
Нетрудно было догадаться, что он копирует Лиса, и нужно отдать должное – у него это отлично получалось. Кроме хмурого Алтана, остальные шраванцы выглядели очень довольными.
– Отважные ли в Шраване воины? – спросил Озан, очень похоже передавая жесткий гофийский говор.
– Да, в страже наместника Карама, – без выражения сказал Берк, словно повторял эту фразу не одну сотню раз.
– Красивые ли в Шраване женщины? – с заметным южным акцентом на дорионском языке произнес Гокер.
