трапезы, чтобы продолжить разговор со Звоном, с совершенно невозмутимым видом сел рядом. Это немного разрядило обстановку, но воины и арборы по-прежнему чувствовали себя неловко. Лун привык к подобному – и среди земных существ, и среди раксура, – но на себе испытал, насколько неприятно ощущать, когда твои естественные привычки вызывают у окружающих отторжение.
– Теперь я понимаю твои слова о том, что ты ненавидишь, когда на тебя глазеют, – тихо проговорила Елея, подергивая шипами, чтобы сбросить напряжение. – С тобой постоянно так?
– Да, – ответил Лун.
Примостившаяся по другую сторону от Елеи Эрика, похоже, была потрясена.
Корень и Песня сбросили за борт кости, внутренности и прочие остатки, а Ежевика обеспокоенно взглянула на окна.
– Может быть, в следующий раз я спущусь вместе с воинами. Я могла бы разделывать и подготавливать туши на земле, прежде чем поднимать их.
Лун сомневался, что так будет лучше.
– Это опасно и лишено смысла, – возразила Нефрита. – Мы совершенно не знаем местность.
Утес потрепал Ежевику по гребню. Только он один не принял боевой облик, чтобы поесть, но, к счастью, ему это, похоже, и не требовалось.
– Земные существа привыкнут, – сказал он. Помолчав, он помог Делину подняться и вместе с ним и Звоном направился к люку.
– Именно так это и описывалось в библиотеке Океанской Зимы, – сказал Звон.
Он настолько увлекся беседой с Делином, что почти не обращал внимания на любопытные взгляды.
– Да, и это прекрасно согласуется с тем, что вы обнаружили в Опаловой Ночи, – ответил Делин, пока они спускались внутрь.
Все, кто стоял на палубе, смотрели на Нефриту с долей уныния. Лун понимал, что отчасти дело было в скуке. Местность до сих пор не представляла особого интереса, а нервозность кишцев начала сказываться. Нефрита ответила сочувственным взглядом.
– Утес прав, они привыкнут. А пока…
Летающий корабль тряхнуло от удара снизу. Нефрита резко развернулась, осматривая небо, а Лун втянул носом воздух. Уловил он лишь запах падали, все еще исходивший от остатков трапезы. Хотя… нет, это было нечто иное.
Дальше на палубе грузный жандер выронил из рук ведро и в испуге озирался. Эрика и Песня бросились к борту, но Нефрита резко приказала:
– Стойте на месте!
Жандер шагнул к борту, чтобы посмотреть вниз. И в этот момент рядом с кораблем повисло нечто огромное.
Гигантское существо с пятнистой зеленой шкурой вцепилось щупальцами в ограждение. Одно щупальце подхватило жандера и подняло в воздух. В шкуре разверзлась пасть шириной добрых десять шагов, усеянная извивающимися отростками.
Лун успел лишь зашипеть, а Нефрита тут же сорвалась с палубы. Она врезалась в основание щупальца и впилась когтями. Хлынула зеленая жидкость, и существо отшвырнуло жандера прочь. Елея подпрыгнула, подхватила его в воздухе и приземлилась обратно на палубу.
Со всех сторон вытянулись новые щупальца, цепляясь за ограждение. С носа корабля донесся истошный крик. Взглянув туда, Лун увидел, что рулевая рубка опутана щупальцами. Он бросился туда по палубе, подпрыгнул и вскочил на стену рядом с окном.
Оказавшись внутри, он увидел, что щупальце пробило противоположное окно и обвилось вокруг высокого жандерана, пытаясь вытащить его наружу через узкий проем, что неминуемо разорвало бы беднягу на части. Рорра вцепилась в него, отчаянно нанося удары по щупальцу острым навигационным инструментом. Лун распахнул окно, проскользнул внутрь и протиснулся мимо Рорры. Он вклинился между отчаянно сопротивляющимся жандераном и разбитым окном и впился в щупальце зубами. Вкус был отвратительным, но Лун рвал и терзал плоть, не обращая на это внимания.
Рорра обхватила жандерана руками и потянула назад. Упершись ногами в оконную раму, Лун изо всех сил рванул.
Щупальце подалось, и они все вместе отпрянули от окна, рухнув на пол каюты. Не выпуская из рук задыхающегося жандерана, Рорра отползла назад, увлекая его за собой. Протиснувшиеся в каюту новые щупальца яростно извивались, преграждая путь к двери. Лун оттеснил Рорру и жандерана в угол и заслонил своим телом.
И тут все щупальца разом дернулись, словно от боли. Они резко втянулись обратно в окно и исчезли из виду. Лун напряженно ждал, но они так и не появились.
– Что произошло? – хрипло прошептала Рорра.
Лун догадался, что произошло, – вмешался Утес. Лун осторожно поднялся на ноги и выглянул в окно. Внизу, на палубе, бегали с огнестрелами несколько растерянных кишцев, но никто ни в кого не стрелял. Воины и Нефрита, взобравшись на ограждение, смотрели вниз. Лун заметил, как Утес в земном обличье небрежно переваливается через борт. Нефрита обернулась, увидела Луна и махнула рукой, давая отбой.
– Тварь скрылась.
Лун махнул в ответ и нагнулся, чтобы помочь жандерану сесть.
Рорра подсунула ноги под себя и села.
– Она была одна?
– Полагаю, да. Думаю, основная часть твари находилась под днищем корабля, – ответил Лун.
Его беспокоило состояние жандерана. Под глазами и вокруг губ залегли сероватые круги, резко выделявшиеся на фоне смуглой кожи. Это было ненормально и не предвещало ничего хорошего. Лун распутал обрывок щупальца, все еще обвивавшийся вокруг пояса жандерана, и помог Рорре удерживать того в сидячем положении. Жандеран задыхался, а так дышать обычно легче.
– Ты сильно ранен, Магрим? – с тревогой спросила Рорра. – Ребра, грудь?
– Я… Кажется, ребра сломаны… – Он схватил Луна за руку и произнес на альтанском: – Спасибо, спасибо тебе.
– Да, спасибо, – повторила Рорра. И добавила с легкой иронией: – Теперь я понимаю, зачем королева взяла тебя с собой.
Ее характерный запах был силен, но так было даже проще его игнорировать. К тому же некоторые земные существа могли истолковать произошедшее как попытку Луна помочь твари сожрать их, поэтому он был благодарен Рорре и Магриму за отчетливое понимание ситуации.
– Не за что, – ответил он.
В дверях появился Каллумкал, что-то взволнованно выкрикивая, и Лун отошел, чтобы тот мог подойти к Магриму.
Застыв в дверном проеме, запыхавшийся Калам спросил:
– Здесь все целы?
– Магриму, вероятно, потребуется целитель, – ответил Лун.
– Приведу кого-нибудь на помощь, – сказал Калам и нырнул обратно в дверной проем.
Лун последовал за ним по внутреннему коридору и вышел на палубу. Воины сгрудились вокруг Нефриты ближе к корме, а кишцы стояли у борта, целясь из оружия куда-то вниз. Тот, кого спасли Нефрита и Елея, уже стоял на ногах; жандерка помогала ему добраться до люка. Появившиеся из другого люка, расположенного дальше по палубе, Звон и Делин озадаченно смотрели на всеобщее смятение. После хищника в воздухе еще витал слабый запах мускуса – гниющей плоти, прежде перебивавшийся вонью от остатков добычи.
– Есть еще пострадавшие? – спросил Лун.
– Серьезных ранений нет, – ответил Калам, махнув рукой женщине, стоявшей посередине
