понимала свой статус. Пока ей было просто не до того.
Опустив голову, Талия посеменила к котелку, из которого воины зачерпывали густой красный напиток. От него шел приятный запах кисловатых ягод, который заставил ее с легкой тоской вспомнить об эдесских винах. Взяв возле котелка чистую чашу, Талия добыла себе горячего варева и уже повернулась, чтобы уйти, но вдруг едва не уткнулась носом в чью-то смуглую грудь, покрытую множеством шрамов. Подняв глаза, она увидела знакомую линию подбородка и вздрогнула, расплескивая питье.
– Ты его одного оставил?! – зашипела она, рывком стаскивая с себя капюшон. – Я тебе голову оторву и не посмотрю, что ты сраный хан!
– Лучше посмотри, – ответил ей мелодичный веселый голос, – иначе будет неловко.
Талия опешила и подняла взгляд.
Мужчина, который глядел на нее сверху вниз, оказался выше Орхо на голову и вдвое шире его в плечах. У него был такой же ореховый оттенок кожи, и резкие контуры лица, и нелепо длинные, как и у всех талорцев, волосы. Их он, в отличие от Орхо, собрал в забавный девичий пучок, из которого торчали волнистые пряди. И одет он был в пусть расстегнутую, но все-таки шубу из жесткого волчьего меха. И, судя по гусиной коже, мерз как нормальный человек.
И улыбался.
– Прошу прощения, господин, я… – смешавшись, Талия захлопала глазами и по привычке надула губы и тут же мысленно дала себе подзатыльник. Включать симпатичную дурочку при любой неловкости – повадки из прошлого, от которых ей стоит поскорее избавиться. И поспать бы. Голова работала плохо.
– Все в порядке, так и задумано, – рассмеялся мужчина. Он взял чашу из рук Талии и, перегнувшись через нее, зачерпнул ей новую порцию. – Я Айлан, сокол Белого Пламени. Очень удобно, что мы похожи. Иногда я хожу на встречи вместо него. Делаю очень мрачное лицо, и все верят, что говорят с Аэдом, – он склонил голову набок, – рад наконец встретить кого-то из свиты Даллаха. Значит, хан у него? Интересно.
Талия нахмурилась. В ее голове вспыхнуло подозрение – с чего бы соколу хана удивляться тому, где он и с кем, – и тут же испарилось. Здесь ее называли соколом Эдеры, а она умудрилась пропустить в его жизни все. Включая смерть.
– Ничего интересного, – фыркнула она, – я Талия.
Ей хотелось добавить, что никакая она не свита, но она вовремя прикусила язык. Талия до конца не понимала, кем или чем здесь считали Эдеру и какой статус он имел теперь в глазах талорцев. Но некий статус у него определенно был. Свита Даллаха… Пускай. Со слуг спросу нет. Без этого она была бы просто эдесской магичкой в талорском стане, а это опасный расклад.
– Талия, – Айлан повторил ее имя, словно привыкая к нему, и произнес его на талорский манер, смягчив и растянув все звуки. Он говорил по-эдесски неплохо, но медленно и с заметным акцентом. Практики у него явно было мало, – раз уж мы встретились, не прогуляешься со мной?
Девушка скептически осмотрела его. Она сделала небольшой глоток, тут же закашлявшись. Ягодное пойло оказалось не только не похожим на вино, так еще и кошмарно крепким и жгучим.
– Гулять по катакомбам – одно удовольствие, – просипела она, – у соколов хана других дел нет?
– У нас строгое разделение обязанностей. Милош занят важными делами, а я любопытными. – Айлан забрал чашу из ее рук, залпом осушил и, взяв чистую, налил какую-то янтарную жидкость из соседней кастрюльки. – И мое дело на сегодня – узнать побольше о новом проводнике, – он протянул ей напиток.
– О, шпионаж, – усмехнулась Талия.
Новое питье оказалось не в пример лучше. Оно тепло обволакивало горло цветочной терпкостью и имело нежный сливочный привкус.
– Шпионаж подразумевает скрытность, а я честен в своих намерениях, – Айлан демонстративно поднял руки, словно капитулируя, а потом положил ладонь на плечо Талии и пригнулся к ее уху, – тем более что на главный мой вопрос ты уже ответила. Судя то тому, что соколица Даллаха хамит Белому Пламени похлеще, чем его собственные соколы, вряд ли его можно считать пленником.
– Пленником? – Талия вскинула бровь.
– Мы не знаем, что и думать. Аэд не отчитывается в своих решениях. Его патологическая скрытность страшно утомляет, – вздохнул Айлан, – так кто он, твой хан?
Талия подняла глаза к потолку и, поморщившись от ослепляющего света, чертыхнулась себе под нос. Она обещала Орхо вернуться через час, но как следить за временем, когда солнца нет? Впрочем, вряд ли он сильно расстроится, если она немного опоздает. И уж точно не оставит Луция без присмотра. Талия решила, что это неплохая идея. Шпионаж работает в обе стороны. И ей, и Эдере – когда и если он очнется – не помешают местные сплетни. А кроме того, ей хотелось пообщаться с кем-то, кроме больной на голову шаманки и зацикленного на Эдере Аэда, пока она не забыла, как это вообще делается.
Она сбросила руку Айлана и жестом пригласила его показывать дорогу.
– Начнем с того, что он мне не хан.
Сокол Аэда посмотрел на нее со странной снисходительностью, но спорить не стал. Он повел ее в сторону, противоположную той, откуда она пришла, и Талия обернулась, чтобы запомнить нужный коридор – с зеленой росписью.
Айлан продолжил расспросы.
– Он был рабом в Республике?
– Он был патрицием.
– И что это значит?
– Старшей Ветвью, – Талия пощелкала пальцами, ища определение для слова, которое ей никогда не приходилось объяснять, – благородным человеком из уважаемой семьи.
– Нойоном? – он вопросительно вскинул бровь. Талия неопределенно пожала плечами. – Еще интереснее. И что же привело такого благородного человека в наши края?
Талия ответила не сразу. Она дала себе время подумать. Сложно было лавировать между тем, чего она не знала, и тем, чего не стоило говорить. У нее были лишь подозрения и догадки. В бреду Луций слишком уж складно и быстро хрипел что-то на талорском. Запахи, пропитавшие стены талорских пещер, напоминали Талии дом, в котором он вырос. Луций много скрывал. Она много упустила.
– Его связи с Эдесом разорваны, – проговорила она, тщательно выбирая слова, – он больше не патриций и даже не гражданин Республики.
– Связи восстанавливаются.
– Не эти. Если ты ищешь подвох, не старайся, – не вытерпела Талия, – он вам не враг. Аэд знает все об Эдере. Возможно, – она вздохнула, с неохотой признаваясь, – даже больше, чем я.
– Эдере? – Айлан на мгновение замер и странно повел подбородком.
– Эдера. Луций Эдера. Так его зовут, – объяснила Талия.
Айлан помолчал.
– И они с Аэдом дружны? – уточнил он.
– Весьма.
Айлан заложил руки за спину и мягко шагнул
