а в проёме, опираясь о косяк, стояла Талли. Её грудь вздымалась от быстрого бега, белоснежные волосы растрепались и прилипли ко лбу и щекам.
«Что это за место? Что здесь делает Бернар? Кто эта девушка?»
Но все вопросы разом испарились, когда её взгляд упал на центр комнаты. Бернар, её друг, сейчас он походил на обезумевшего зверя: лицо искажено хищной гримасой, глаза налились алым огнём, а длинные когти глубоко впились в хрупкую шею незнакомки. Талли никогда не видела его таким, сердце сжалось, на мгновение забыв, как биться.
Незнакомка, уже почти теряющая сознание, с трудом перевела на неё мутнеющий взгляд, и в глубине этих угасающих глаз вспыхнула крошечная искра надежды, а её посиневшие губы беззвучно сложились в слово:«Помоги».
— Бернар, остановись! — крикнула Талли.
Юноша замер, но пальцы не разжал, всё его тело было напряжено до предела, дыхание вырывалось хриплым, рваным рыком, а глаза, в которых она привыкла видеть доброту и упрямую решимость, теперь были поглощены тьмой, наполненной лишь мраком и ненавистью. Хаос держал его в цепких объятиях, и каждый удар сердца отдавался в тишине комнаты зловещим стуком.
— Бернар, это не ты, послушай меня. Это хаос говорит твоими устами, он управляет тобой. Отпусти её. — Она говорила мягко, почти шёпотом, пытаясь достучаться до него, и делала осторожные шаги вперёд, чувствуя, как страх сковывает её тело. Колени подкашивались, но она не могла позволить себе слабость — одно неверное движение, одно резкое слово, и он уйдёт в эту тьму безвозвратно.
— Бернар, — повторила она его имя, уже совсем близко.
Он медленно перевёл на неё взгляд, в его глазах плескалась непроглядная тьма, но где-то в глубине, сквозь кровавую пелену, мелькнула искра узнавания. Он прищурился, пытаясь разглядеть её сквозь туман, хватка на шее Астры чуть ослабла, и она судорожно, с хриплым всхлипом втянула в себя глоток воздуха, цепляясь за жизнь изо всех сил, но он всё ещё держал её, словно заворожённый, не в силах выбрать между жаждой мести и зовом того, кем он был когда-то.
Талли подошла вплотную, бросив быстрый взгляд на незнакомку.
— Она предала, — прорычал он, и его голос был низким, вибрирующим, полным горечи.
Талли метнула взгляд на Астру, безвольно повисающую в железной хватке Бернара: та судорожно, с хрипом ловила ртом воздух, её глаза, полные слёз, метались в панике, но сквозь страх проступало что-то ещё… Глубокая вина?
«Что, чёрт возьми, здесь происходит?»
Мысли путались, не желая складываться в понятную картину, это была сложная головоломка, а у неё в руках не хватало самых важных деталей. Брови сдвинулись на переносице, и с каждой секундой вопросов становилось только больше, а подозрения росли, как снежный ком.
Очередная слеза скатилась по смуглой щеке Астры и упала на его руку. Бернар вздрогнул: его зрачки на мгновение сузились, а затем расширились, и в их глубине что-то дрогнуло, пошевелилось — то, что помнило свет, помнило её, а хаос внутри него недовольно заурчал, ощущая угрозу.
— Бернар, — Талли снова произнесла его имя, — я не знаю, что именно случилось, но мы не убийцы. Мы не можем просто так отнять чью-то жизнь. Это не мы.
Юноша рассмеялся, звук был хриплым, горьким и совершенно чужим. Смеялся не
