Ее шипы начали подниматься, но она вернула их в нейтральное положение.
– Я не знаю. Они могли придержать часть стаи.
– Нужно выяснить, где они обитают, – заговорила Елея. – Если где-то неподалеку… Мы могли бы подобраться к ним поближе, посмотреть, сколько их на самом деле.
– Это вряд ли, – сказал Утес. И негромко добавил Луну: – Но идея хорошая.
Да, идея была хорошая. Лун задумался, есть ли у Каллумкала карта ближайших островов и имеются ли в этой области летающие острова.
– Идея хорошая, но мне это не нравится, – пробормотал Звон.
– Но зачем сквернам снова нападать? – спросил Каллумкал. – Если они и правда следят здесь за нами, им достаточно ждать и смотреть, сумеем ли мы проникнуть в город.
– Хороший вопрос, – сказала Нефрита.
Все на мгновение погрузились в молчание и размышления, и стало ясно, что ответа ни у кого нет.
Они сделали это не без причины, подумал Лун. Скверны долго выслеживали экспедицию, наблюдали и ждали возвращения летающей лодки. Они не просто проголодались и вылетели посмотреть, сколько земных обитателей сумеют поймать. У них был план, и что-то пошло не так.
Лун услышал плеск воды, но Утес успокоил его:
– Это просто еще одна маленькая лодка.
Часовой-кишец на нижней палубе окликнул ее и подал световой сигнал. Рорра поспешила к борту и крикнула:
– Спускайте трап!
Поток, Песня и Эрика перелезли через борт, не дожидаясь, пока им помогут. Поток оглядел палубу и шагнул прямо к Нефрите:
– Арборы и Делин с земными в лодке. Ежевика не позволила нам лететь, говорила, что кишцы застрелят нас.
К счастью для отношений с Каллумкалом и Келлимдаром, он сказал это на языке раксура.
– Хорошо, – только и произнесла Нефрита.
Стоя у ограждения, Рорра подала руку Делину, а Толк и Ежевика забрались на палубу сами. Оба арбора были в земном обличье – вероятно, Ежевика опять осторожничала. Вслед за Делином по трапу поднялись Магрим и двое жандеран.
– Там еще что-то можно спасти? – спросил у них Каллумкал.
– Кое-что из припасов. И нам удалось найти все летательные ранцы, – доложил Магрим. Он выглядел усталым, все штаны и рукава рубахи были в песке, словно он копался в обломках. – Но саму лодку – нет. Движители сорваны с корпуса. Потому она и упала.
Толк заметил раны Луна и поспешил к нему.
– Что случилось? Дай посмотрю.
Обеспокоенно охая, Ежевика последовала за ним.
Лун отстранил Толка.
– Ничего страшного.
Делин присоединился к Нефрите, Каллумкалу и Келлимдару и что-то настойчиво говорил. Лун хотел это услышать. Но к нему подошла Елея и крепко схватила за руку.
– Нефрита сказала, чтобы ты шел в каюту и дал Толку себя осмотреть, иначе она больше не позволит тебе помогать. И она велела взять с собой Ежевику.
– Так нечестно! – возмутился Лун. – Так не…
– Давайте зайдем внутрь и там все обсудим, – сказал Каллумкал Нефрите – Прежде чем принимать решение, нам нужны главный навигатор и карты. – Он обернулся к Келлимдару: – Команда готова к новой атаке, ты проверил?
Утес потянул за собой Луна, и тот смирился – все равно самое главное, похоже, будет происходить внутри. Может быть, сидя он почувствует себя лучше. Уже возле люка их нагнал Делин и сказал на языке раксура:
– Пока мы были под песком, у меня возникла идея. Я подумал, что именно там и может быть вход.
– Под песком… – растерянно повторил Звон. – Ты имеешь в виду песок под водой, у подножья скалы? Там, где лестница?
– Да. Утес не увидел никаких признаков двери или отверстия, но возможно, оно еще ниже. – Делин поднял бровь. – Утес может копать под водой?
Вздох Утеса прозвучал почти как рычание, отчего кишцы, ожидавшие в коридоре, испуганно отступили.
– Утес думает, что Делину стоит определиться – хочет он войти в город или держаться от него подальше, – сказал Утес.
– Утес прав, – безропотно согласился Делин.
Ожидавший в коридоре Калам сообщил, что каюта готова и там целитель займется Луном. Выбор места был удачен для раксура – близко к люку и к открытой палубе. Лун собрался сказать об этом, но его усадили на скамью, наполовину обложенную подушками, и велели не двигаться, пока Толк не осмотрит рану.
Делин, Каллумкал и другие кишцы пошли дальше, но Нефрита обернулась к воинам:
– Толк должен осмотреть чьи-то раны? Вам требуется отдых или вы можете караулить снаружи?
Все качнули шипами в знак отрицания. Воины оставались в крылатом обличье, так что раны и порезы у них заживали быстрее.
– Я вряд ли сумею уснуть, даже если попытаюсь, – сказала Эрика.
– А я вроде как голоден, – добавил Корень.
– Я этим займусь, – пообещала Ежевика, запихивая пожитки под скамью.
Улыбнувшись, Нефрита ласково потрепала Корня по плечу.
– Пусть Эрика, Поток и Песня несут вахту снаружи, на верхней палубе. Звон останется здесь, с Утесом и Луном. Корень, ты пока побудь тут, на нижней палубе, перед люком.
Воины вышли, и Нефрита обернулась к Утесу.
– Ты останешься?
– Пока да. – Утес опустился на ближайшую скамью. – Я намерен немного вздремнуть.
Нефрита перевела взгляд на Луна.
– Я тоже останусь, – пообещал он.
– И правильно.
Она подошла ближе и взглянула из-за плеча Толка.
Он как раз снял повязку и накладывал на порезы сладко пахнущую траву, от которой боль сразу ослабла и притупилась.
– Как ты думаешь, мне позволят помочь земным раненым? – спросил Нефриту Толк.
– Может быть. Мы спросим. – Нефрита провела ладонью по щеке Луна, а потом вышла вместе с Елеей.
Толк поспешно собрал сумку и побежал вслед за ними.
Глядя вслед Нефрите, Ежевика нахмурилась:
– Она встревожена.
Звон скрестил руки на груди, и его шипы нервно дернулись.
– А мне тоже идти в караул?
– Нет, ты должен остаться с Луном, как велела Нефрита, – ответила Ежевика. – Она встала и направилась к Каламу, до сих пор неуверенно топтавшемуся у двери. Разговор вели на раксурском, так что он ничего не понял.
– Ты не мог бы найти нам какой-нибудь еды? Воины скоро проголодаются, – попросила на альтанском Ежевика.
Калам явно рад был помочь.
– Да. Пойдем, я покажу.
Они вышли, и напряженные мышцы Луна расслабились, а веки отяжелели. У него возникло смутное ощущение, что это из-за трав, которые Толк приложил к ране. Ну и ладно, если она от этого затянется быстрее. Утес на скамье в другом конце комнаты уже спал или просто дремал. Звон еще стоял, и Лун похлопал по скамье рядом.
Звон помедлил, обратился в земную форму и сел на скамью. Он слегка обмяк, а одежда была мокрой от плавания через бухту. В земном облике было видно, что глаза у
