неудачно.
– Вперёд, вперёд.
Эльда ужасно боялась, что щита окажется недостаточно. Что Полумрак натворит что-нибудь ещё, а Шани не сможет простить его. И себя.
Они пересекли пещеру, окружённые силовым щитом невиданной силы. Сквозь него даже звуки проходили с трудом. Но тревожный сигнал позади они услышали. Все, кто остался в Логове, сейчас бросятся в погоню за беглецами.
Шани легко снесла замок с решётки, перекрывающей выход из пещеры драгончих. После того как они прошли дальше, Сержен закрыл решётчатую дверь. Шани убрала щит, драгоныши бросились на заграждение, рыча, визжа и брызгая слюной.
– Дикие, совсем как у нас в Камнесаде. Чем бы закрыть?
Шани молча вытянула руку, и два металлических прута сплавились между собой. Лучше любого замка. Сержен поспешно отдёрнул руку.
– Ты бы хоть предупредила.
Шани молча сверкнула глазами, в Полумраке взвихрился новый хоровод искр.
Они двинулись вперёд. Постепенно переход стал подниматься вверх. В крутых местах даже появлялись ступеньки.
– Впереди ратхли, – сказала Эльда, всматриваясь в темноту.
– Опять они? Они что, вездесущие? – пробормотал Витан.
– Это настоящие ратхли. И нам придётся пройти сквозь пещеру, которую они стерегут.
– Всегда мечтал на них посмотреть, – мрачно пошутил Сержен.
– Ну, если Шани выставит такой же щит, какой использовала только что… – сказал Витан, уважительно глядя на Полумрак.
– Нет-нет, с ратхли так нельзя, – торопливо сказала Эльда. – Они поглощают свет. Полумрак светится, и щит от него тоже, мы не сможем пройти.
– У неё теперь даже глаза светятся, – осторожно сказал Сержен.
– Нам надо спрятать тебя, Шани, – сказала Эльда. – Тебя и Полумрак, иначе ратхли нас не пропустят. Помнишь, что говорила чара Палария? И Алейн. Помнишь?
– Помню, – сквозь зубы произнесла Шани. Она, казалось, боялась говорить, чтобы вместе со словами из неё не вырвалось то, что она не сможет остановить.
– А если накинуть на неё капюшон?
Эльда осторожно натянула на голову сестры капюшон плаща. Плотно укрыла красный камень. Сияние стало еле заметным. Но глаза.
– Закрой глаза, пожалуйста.
Шани закрыла. Лучики спрятались.
– Более или менее. Но для надёжности можно я надену на тебя ещё свой плащ?
– Ни одной искры не должно быть видно.
Эльда сняла с себя плащ и надела на Шани задом наперёд, застегнув на спине. Свет от Полумрака перестал пробиваться наружу сквозь двойной слой ткани.
– Вот так хорошо.
– Я ничего не вижу, – голос девочки из-под плащей звучал глухо.
– Я тебя поведу. А парни возьмут яйца ратхли.
– Это ещё зачем? – спросил Сержен.
– Они освещают путь и служат защитой от чудовищ. Достань из сумки. Один из вас пусть идёт впереди, другой – сзади. А я поведу Шани.
Они услышали, как позади звякнул металл, послышались голоса. Преследователи возились с решёткой. Выпустят ли они драгонышей? Рискнут ли? Ждать было нельзя.
Тёмный туннель впереди пугал и манил одновременно.
– Бежим. Я не знаю, длинная ли пещера.
Только бежать теперь было сложнее: Шани спотыкалась и путалась в полах сразу двух плащей. Её это злило, но Эльда успокаивающе держала сестру за руку.
– Ещё немного, мы почти выбрались, – повторяла она. – Вас было только двое? Дик с вами?
Она обернулась к Сержену, который шёл сзади. Вопросы сейчас казались неуместными, но идти в тишине было невыносимо.
– Дик остался в лодке. С нами были ещё Ниром и Ривт, но они носятся над озером. Отвлекли на себя изганов, чтобы мы могли попасть к вам.
– Бедный Дик! – вырвалось у Эльды.
– Это самый смелый крыс в мире, – сказал Витан. – Он предупредил нас о ловушке. И рвался с нами тебя спасать. Насилу уговорили остаться в лодке.
– Теперь он там один посреди огромного озера, – ужаснулась Эльда. Рука Шани дёрнулась в её руке.
– Ничего, мы его вытащим, самим бы выбраться, – пообещал Серж. – Я думал, что через ратхли не пройти. Мы этот вариант даже не рассматривали.
– Мы тоже, – сказала Эльда. – Но оказалось, что у нас есть друзья.
Сейчас путь им освещал только бледно-голубой свет чешуйчатых яиц в руках у ребят. Проход вдруг расширился, и они оказались в пещере. Сомнений не было: они добрались до обиталища ратхли, потому что тьма вокруг сгустилась до полной черноты. Под ногами что-то запружинило.
Сейчас они увидят ратхли. И страшно, и любопытно одновременно. Неосознанно они замедлили шаг. Шани напряглась под двумя плащами, почувствовала что-то.
– Они где-то рядом, – сказала она. – Полумрак чувствует опасность.
Эльда пыталась рассмотреть что-нибудь в чернильной густой тьме. Нет, это было невозможно. Яйца ратхли не рассеивали тьму, они были словно маячки среди неё, но даже руку Витана с высоко поднятым ориентиром было не рассмотреть. Как тут пройти? Куда двигаться? Где сами ратхли?
И тут они услышали сопение тысяч носов: кто-то шумно втягивал воздух и выпускал его обратно. Что-то влажное и мягкое ткнулось в бок Эльде, задело руку, втянуло вместе с воздухом ткань плаща. Она чуть не вскрикнула, почувствовав новое прикосновение. И ещё одно. И ещё.
– Меня кто-то ощупывает, – сказал Витанис, вращая вокруг лампой-яйцом. Но не было видно, кто этот невидимый сопельщик.
– Пошёл прочь! – раздался шлепок сзади. Это Сержен пытался сбросить с себя особенно настойчивое рыльце. – Их тут целая стая.
Откуда тянулись сопящие носы, Эльда не понимала. Казалось, они касаются её со всех сторон и даже сверху. Это было неожиданно и страшно. Сразу несколько сопящих носов-щупалец внюхали её капюшон, и ткань поехала сначала вверх, а потом, брошенная, опустилась обратно. Эльду передёрнуло от отвращения. Так вот о чём говорила Алейн: носы ратхли – их главное оружие. Довольно мерзкие носы, и это их ужасное сопение, от которого по коже бегут мурашки. А как же то рычание, которое они слышали около Энграда? Определённо, это были не ратхли. Точно не ратхли.
– Эльда, они меня тянут, – послышался голос Шани.
– Меня тоже, это не страшно, – попыталась приободрить её Эльда. Они продвигались вперёд, хоть и медленно. Витанис держал яйцо и шаг за шагом двигался вперёд, а за ним тянулись все остальные.
– Они даже сверху, а я ничего не вижу, – сказала Шани. В голосе её слышались панические нотки. – Кто-то шарится по моей голове.
«По голове», – с ужасом подумала Эльда.
Капюшон!
В следующий момент сразу несколько носов втянули в себя капюшоны Шани, и оба они одновременно разъехались в стороны. Красные лучи из глаз девочки осветили пещеру, и стали видны ратхли, до того скрывавшиеся в черноте.
Сопящие носы росли из вздутых пупырчатых тел, заполонивших всё пространство. Носы тянулись отовсюду, словно гибкие щупальца, на каждом теле их было несколько – хищных сопящих носов, заканчивающихся рыльцами. Почуяв или увидев красный свет, носы раскрылись, словно маленькие зубастые пасти, и стало видно, что ратхли светятся изнутри. Но свет
