Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 234
и дверью. Мак благодарно кивнул мне. Брэддок выглядел так, будто вот-вот расплачется или начнет кричать.
– Невелика потеря, – сказал я ему.
Парень оскалился, глядя на то место, где стоял Каин.
– Однажды Элизабет поставила его в неловкое положение. Он не привык к отказам и ничего не забывает. Вы думаете, это его рук дело?
– Вряд ли, – ответил я. – Мак, что-то подсказало тебе, что дело нечисто. Свет мигал?
Мак хмыкнул:
– Дважды.
Брэддок уставился сначала на Мака, потом на меня:
– Какое это имеет значение?
– Активная магия нарушает работу электрических систем, – ответил я. – Ломает мобильники, портит компьютеры. Более примитивные устройства, такие как лампы, обычно просто мигают.
Теперь на лице Брэддока неуверенность мешалась с отвращением.
– Магия? Вы ведь шутите, да?
– Этот разговор меня утомил, – заявил я, доставая из кармана пряди волос Элизабет Брэддок. – В этом заведении есть запасной выход?
Мак молча указал направление.
– Спасибо, – поблагодарил я. – Мыш, идем.
Запасной выход вел в длинный, узкий, грязный переулок, тянувшийся параллельно Кларк-стрит. Ветер набрал силу, и ледяной дождь хлестал преимущественно по верху одной из стен. Повезло. Даже под слабым дождем трудно сплести устойчивое заклинание. А когда льет как из ведра, это практически невозможно, даже если заклинание совсем простое – например, поисковое.
Я проделывал это сотни раз, и процедура давно стала рутиной. Найдя чистый участок бетона под прикрытием стены, я кусочком мела быстро нарисовал круг, вложив в это движение силу воли.
Стоило мне закончить – и результат не заставил себя долго ждать: меня накрыл энергетический экран, защищавший от случайной энергии, которая могла испортить заклинание. Тихонько бормоча, я снял с шеи серебряную цепочку с потертой старинной серебряной пентаграммой и привязал к центру пентаграммы несколько волосков Элизабет. Затем сосредоточился, ощущая, как энергия возле круга концентрируется в нечто почти осязаемое, прошептал несколько слов на фальшивой латыни и выпустил скопившуюся магию в пентаграмму.
Серебряная пятиконечная звезда вспыхнула, по металлу и привязанным к нему волоскам пробежала дюжина крошечных искорок статического электричества. Я поморщился. Какая небрежность – дать энергии превратиться в статику. А сам целую неделю пилил свою ученицу за ее ошибки.
Стерев мел ногой, я нарушил круг и посмотрел на Мыша, спокойно сидевшего неподалеку с распахнутой в собачьей ухмылке пастью. Мыш присутствовал на некоторых из тех уроков и был умнее обычной собаки. Насколько умнее, я не знал, но почти не сомневался, что он смеется надо мной.
– Это все дождь, – сообщил я ему.
Мыш чихнул и завилял хвостом.
Я хмуро уставился на него. Не уверен, что смогу смириться с тем, что мой пес умнее меня.
Дождь смыл бы заклинание с амулета, поэтому я аккуратно прикрыл его рукой, спрятавшись под стеной здания. Честно говоря, здесь не помешала бы шляпа. Возможно, стоит ею обзавестись.
Я поднял амулет и сосредоточился. Пентаграмма на цепочке задрожала, потом внезапным, резким движением качнулась в направлении дальнего конца переулка.
Присвистнув, я спрятал ладонь с амулетом в рукав плаща.
Она прошла здесь. И, судя по силе реакции, испытывала жуткий страх. Оставила хороший след.
Мыш издал пыхтящий звук и припустил по переулку, принюхиваясь. Конец его короткого поводка – в основном надевавшегося для вида – волочился по земле. Я не отставал. Через двадцать футов Мыш начал низко рычать.
Это было выдающееся событие. Мыш не издает звуков, если поблизости нет чего-то плохого. Пес ускорил шаг, и мне пришлось сделать то же самое.
Я понял, что рычу вместе с Мышом. Мне до смерти надоели плохие твари, нападавшие на жителей моего города.
Мы выбрались на улицу, и Мыш сбавил скорость. Сильный дождь способен смыть не только магию. Пес снова зарычал и оглянулся на меня, опустив хвост.
– Понял, – сказал я ему. И приподнял посохом полу длинного кожаного плаща, чтобы укрыть амулет. Выглядело все это странно – но не слишком.
Нет, клянусь, в ближайшее время куплю себе шляпу.
Поисковое заклятие держалось, и амулет повел нас дальше по улице, в сторону «Ригли». Молчаливую громаду стадиона омывали серые струи ледяного дождя. Мыш, по-прежнему старательно принюхиваясь, внезапно резко свернул в какой-то проулок и перешел на бег. Я заглянул под плащ и вновь проконсультировался с амулетом.
Я настолько увлекся мыслями о холоде, дожде и собственной внешности, что забыл о мерах предосторожности, и выскочивший из ниоткуда Каин обрушил что-то на мой череп.
В последний момент я повернул голову и отдернул ее, поэтому удар пришелся в лоб. Перед глазами вспыхнул свет, и ноги подогнулись. Я увидел, как Каин снова замахивается, и понял, что он держит в руке длинный грязно-белый спортивный носок, в котором лежит нечто тяжелое. Получился неплохой цеп.
Мои бедра пришли в контакт с муниципальной урной, и я выставил вперед руку, чтобы защитить лицо. Защитные заклинания на моем плаще вовсе не плохи, однако предназначены против пуль и острых предметов. Цеп врезался в мое правое предплечье. Оно мгновенно онемело.
– Так, значит, это ты украл мой бочонок, чтобы коричное говно Брэддока получило приз? Прощайся со своей задницей.
С этим чудесным обещанием Каин снова замахнулся цепом.
Однако он совершил ошибку, отвлекшись на свой изящный монолог. Ударь он немедленно – и у него был бы шанс забить меня до полусмерти. Каин промедлил недолго, но за это время я успел собраться с мыслями. Пока он замахивался, мой посох вошел в контакт с его промежностью. Глаза здоровяка вылезли из орбит, а рот раскрылся в беззвучном вопле.
В жизни учишься ценить маленькие радости.
Каин споткнулся и завалился набок, однако один из каинитов выскочил из-за него и врезал мне по губам. Сам по себе такой удар я бы пережил, но Каин уже успел со мной поработать. Я рухнул на одно колено, пытаясь понять, что происходит. Некто в огромных мотоциклетных ботинках пнул меня в живот. Я упал на спину и ударил его пяткой по коленной чашечке. Раздались хрясть и чпок – и он с воем покатился по земле.
Третий смельчак вооружился монтировкой. Времени на магию не было – перед глазами все плыло, мысли тоже разбегались. Каким-то чудом я отразил первый удар при помощи посоха.
А затем две сотни фунтов мокрой псины приземлились на грудь каинита номер два. Мыш не стал его кусать, – вероятно, некоторые вещи не хотят брать в рот даже собаки. Он просто задавил мерзавца и прижал к земле, где человек и пес продолжили крутиться и извиваться.
Я поднялся и увидел, что Каин снова вращает своим цепом.
Не думаю, чтобы он являлся знатоком боев на
Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 234
