встретила, при этом из комнаты Стеши доносился смех, и я узнала Марка и Клео. Видимо, из-за дождя ребята перебрались в комнату и теперь болтали о чём-то забавном. Я с удовольствием присоединилась бы к ним, но, во-первых, нужно было закончить с медосмотром, а во-вторых, мне ещё только предстояло как-то свыкнуться с мыслью, что от ребят у нас с Женькой теперь тоже есть секреты. Мне это не нравилось, но откровенничать я пока ни с кем не была готова: слишком много странного вокруг происходило.
В комнатах Дарьи и Люси было тихо, и я не смогла определить, у себя они или куда-то ушли. Впрочем, какое мне до этого дело, если разобраться…
Юлия Борисовна ждала меня у себя в кабинете, и следующие сорок минут я отвечала на всевозможные вопросы, то одевалась, то раздевалась. Меня взвесили, прослушали, сделали кардиограмму, измерили давление и в итоге признали практически абсолютно здоровой.
– Группа для занятий физкультурой – основная, без ограничений, – не поднимая головы от моей карточки и внося в неё какие-то данные, сказала Юлия Борисовна, – тренажёрный зал при желании через день, бассейн аналогично. Допуск будет ждать тебя завтра на стойке ресепшен у Виктории. И напоминаю: завтра перед завтраком жду тебя на анализ крови. И, пожалуйста, никакого кофе или чая утром.
– Хорошо, – я послушно кивнула, испытывая странное желание как можно скорее покинуть медицинский кабинет, хотя причин для такого отношения к этому месту вроде как не было никаких. Но вот неспокойно мне было, хоть ты что… Не так, конечно, как в кабинете директора, но чувство дискомфорта усиливалось с каждой минутой. При этом я заметила очень странную вещь, объяснить которую не смогла бы даже под дулом автомата. Тревога усиливалась, стоило мне взглянуть на высокий белый шкаф, стоящий в углу. Судя по мигающей зелёной точке, это был не то холодильник, не то бокс для хранения чего-то скоропортящегося. Как только взгляд падал на него, ощущение опасности накатывало с новой силой, но стоило посмотреть в сторону – беспокойство не уходило, но становилось значительно слабее.
– Иди, Морозова, – по-прежнему не отрываясь от бумаг, сказала доктор, – и не забывай о том, что я сказала тебе насчёт отношений.
– Да я ничего такого и не планировала, – я удивлённо посмотрела на Юлию Борисовну, – мы просто дружим, что в этом странного?
– Да-да, – она насмешливо улыбнулась, не прерывая своего занятия, – надеюсь, это так и есть.
– До свидания, Юлия Борисовна, до завтра.
Я выскользнула из кабинета и с облегчением выдохнула: было такое чувство, что я долго находилась под водой и вот наконец-то дорвалась до возможности сделать глоток воздуха. Проходя через холл, я через окно заметила трёх мужчин в ярких сине-оранжевых жилетах, которые на специальных тележках везли в сторону открытых ворот до боли знакомые коробки. За шлагбаумом их ждал здоровенный мусоровоз, а которые они эти коробки благополучно и загрузили. Значит, ещё пара часов – и никто ничего никогда не узнал бы! А может, так оно и лучше было бы?
Время до ужина я провела и с пользой, и с удовольствием: наконец-то добравшись до любимого фотоаппарата, я перебрала его, аккуратно проверила объективы, пересмотрела всё содержимое кофров со всякими примочками. Время пролетело незаметно, и сигнал на ужин заставил меня удивлённо посмотреть на часы. Надо же, действительно уже семь часов… Правду говорят, что, когда занимаешься любимым делом, время летит незаметно.
Выйдя в гостиную, я обнаружила там Стешу, Клео и, как ни странно, Люсю. Степанцова что-то вещала девчонкам, а они внимательно её слушали.
– Лиз, иди сюда, – Клео махнула мне, и по тому, что она не назвала меня Лизхен, я поняла, что разговор идёт, так сказать, официальный.
– Люся предлагает устроить небольшой праздник в честь начала учебного года, – пояснила мне Стеша, – но не просто чаю попить, а, так сказать, с культурной программой.
– Да! – сверкая глазами, подхватила Степанцова. – Нужно же делать свою жизнь более насыщенной, а то просто сидим по комнатам, и это неправильно. Нужно активнее коммуницировать, девочки!
Я хотела сказать, что последнее, на что мне стоит пожаловаться, так это на отсутствие событий в моей жизни, так как настолько насыщенной она не была ещё никогда. Но воздержалась… Время откровенности пока не пришло, а уж с непонятной Люсей – тем более.
– Коммуницировать, – Стеша медленно повторила слово, словно пробуя его на вкус, – это прекрасная мысль. Но мне кажется, твою идею с праздником лучше сначала обговорить с представителями руководства. Я не знаю, как они называются здесь, а в обычной школе это организатор внеклассной работы. А то мы напридумываем всякого разного, а потом выяснится, что уже есть готовый сценарий.
– Пожалуй, ты права, – помолчав, задумчиво согласилась Люся, – нужно попробовать узнать.
– Я думаю, следует спросить у Виктории, – внесла свою лепту в обсуждение я, – она же говорила, что со всеми вопросами – к ней. Тогда, Люся, мы тебя торжественно делегируем в качестве ответственной за участие в потенциальном празднике от нашей гостиной.
– Сейчас и зайду к Виктории! – решительно сказала Люся. – Спасибо вам, девочки за доверие! Я не сомневаюсь, что мы с вами легко добьёмся звания лучшей гостиной этого учебного года!
С этими словами она вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Мы дождались, пока решительный стук её каблучков затихнет вдали, переглянулись и согнулись от хохота. Очень громко смеяться не решались, потому что кто её знает, эту Степанцову, вдруг у неё слух, как у летучей мыши? Потом устанем оправдываться…
– Чего веселимся?
Дарья стояла в дверях своей комнаты и непонимающе смотрела на нас.
– Ком-му-му-муними-цируем, – еле выговорила Стеша, вытирая выступившие слёзы.
– Что делаете?
– Уф… – я выдохнула, – коммуницируем, как сказала Степанцова, а потом начнём бороться за звание дома высокой культуры быта, в смысле – лучшей гостиной сезона, то есть учебного года.
– Какая у вас тут интересная жизнь, – задумчиво сказала Дарья.
– У нас, – поправила её отдышавшаяся Стеша.
– В смысле?
– Ты теперь тоже живёшь в этом дурдоме, так что не у вас, а у нас.
– Логично, – подумав, признала Дарья.
– Девочки, давайте всё же пойдём на ужин, – всё ещё улыбающаяся Клео вернула нас к делам насущным, – Даш, ты идёшь?
– Конечно, – кивнула та, закрывая дверь, – тоже буду, извините за выражение, коммуницировать.
– Будешь в нашей образцово-показательной гостиной заведовать физподготовкой, – хихикнула Стеша, – ой, девчонки, не могу… Давно так не смеялась!
– Кстати, Стеш, а как там физкультурник? Ты же за роликами ходила, хотела на него посмотреть, – вспомнила я, когда мы уже шли по коридору.
– Нормальный дядька, бывший футболист, насколько я поняла, впечатления
