Девяносто девять бед и майор для круглого счета - Светлана Нарватова

И невозмутимо, помахивая котомкой, потопала на пятый этаж мимо взмокшей от пота (и, возможно, сосулек) парочки парней.

— Слушай, мужик, а стрелять не так болюче нельзя было? — возмутился брюнет с простреленной голенью.

Адреналин в крови ещё продолжал бурлить и пениться, но напряжение схватки начало отпускать. Я привалился к дальнему от лестницы дверному косяку, опустив руки с оружием, и медленно съехал по нему на пол.

— Можно. В голову.

— По-твоему, это не больно⁈

— Не знаю. Но, во всяком случае, ещё никто не жаловался, — честно уверил я.

Не делай добра, не получишь зла.

— Ладно, Лис, — похлопал его по плечу Гарри Поттер местного разлива. — Вообще-то, он тебе жизнь спас.

— Да я не против, — буркнул тот. — Но, блин, больно же!

— Чё ты ноешь? Обернись — и всего делов, — предложил Алексей, правда, я не понял, что именно за спиной брюнета должно было его обезболить.

— Так нельзя же. По протоколу! Меня же Лялька без ножа и вилки сожрёт! — продолжил нести пургу брюнет. — Короче, я пошёл. Вы тут дальше как-нибудь сами.

И он поплёлся вниз, заметно прихрамывая.

— Давай перевяжу! — высунулась в подъезд Ксения, мать Тереза локальная.

— Ничего. Я как-нибудь сам. — Полный страдания герой отправился лечить боевое ранение.

И голову.

Им всем нужно лечить голову!

И мне тоже.

Я вздохнул.

И тут из тёмных (по случаю отсутствия света) недр сорок второй квартиры в подъезд вынырнула внезапная, как выбоина на дне лужи, Ядвига.

— Какого чёрта вы тут творите! — возмутилась она, будто всё время эпической битвы просидела где-то бомбоубежище.

— Мы сражались с вашим соседом, Ядвига Кирилловна. — Алексей изобразил на лице демонстративно-фальшивое сочувствие. — Совершенно неожиданно он оказался личем.

— А почему ваша служба не выявила опасность своевременно? — Хозяйка квартиры вызывающе сложила руки на груди. Было понятно, что отношения у этой парочки не складывались, как китайский пасьянс: долго, изобретательно и креативно.

— А почему вы, Ядвига Кирилловна, будучи потомственной гадалкой, не проявили гражданской активности и не уведомили соответствующие органы о чёрномагической активности по соседству?

— Как вы заметили, Алексей Викентьевич, — ядовито процедила Ядвига, — лич с одной стороны мёртв, а с другой стороны — нет. Поэтому ни среди живых, ни среди мёртвых линии его судьбы не отслеживаются!

— Ну надо же! Какое совпадение! И у нас тоже! — источая сарказм, поделился Алексей.

— И, тем не менее, вызвав замыкание, вы не только подвергли опасности рядовых граждан, но ещё и нанесли ущерб имуществу! — гадалка сыпала канцеляризмами, как прокурор на суде. — Иван, чем вы думали⁈ — обратилась она к очкарику. — Мы — цивилизованные люди, живущие в двадцать первом веке! И теперь по вашей милости весь подъезд, а то и целый дом, без электроэнергии! У людей бизнес-процессы простаивают. А вы и лапой не шевелите!

— Я шевелю лапой! — возразил очкарик.

На месте, где только что стоял парень в очках, в ворохе одежды обнаружился… кот. Тот самый кот, который как-то просил позвонить для него в квартиру.

— Видите? — поинтересовался Кот с ироничным прищуром на морде. — Лапка. — Он поднял переднюю. — Шевелю.

Похоже, Ядвига вообще в местном мужском коллективе не пользовалась популярностью.

— Как ты смеешь издеваться! Я буду… жаловаться!

— Хорошо. А я пока за инструментами сгоняю, — заявил кот Иван и потрусил вниз.

Интуиция подсказывала, что в сорок второй квартире в ближайшие дни случится редкая аномалия: у всех вокруг свет есть, а у Ядвиги — нет.

— И дверь на место установи́те, — процедила она, разворачиваясь к избушке — передом, к собеседникам — задом. — А не то я в полицию заявление напишу! По факту злостного хулиганства!

Слово «заявление» взбодрило меня, как укол адреналина в сердце.

— Где она⁈ — рыкнул я, вскакивая и оглядываясь.

Ксения съёжилась и вжалась в стену.

Нужно сбавить обороты.

— Где они? — спросил спокойнее.

«Они» выглянули из комнаты, как обычно, в традиционной одежде и с приторными, как сахарный сироп, улыбками. Теперь попробуй угадай, кто из сестриц играл роль злодейки, если они на одно лицо.

— Вы кого-то ищите, товарищ полицейский?

— Да. Девушку примерно вашего роста, рыжую и в шляпке. Она сюда заходила. — Вот прямо любопытно, как они будут изворачиваться? Куда она с четвертого этажа делась? — И где сейчас находится Лев Клыков?

30. Ксения!

В ушах ещё стоял вой Ануфрия, а Стёпа — ничего, пытался отгавкиваться и вообще держался молодцом. Наверное, в бою ему было проще смириться с нереальным — для его реальности. Есть добро, есть зло. Есть свои, есть враги. В конкретной точке пространственно-временного континуума всё предельно ясно: что делать и кто виноват. Нет места для рефлексий, ибо все средства хороши.

Стёпа хорош вообще. Во всём. Просто эталон и идеал.

…Если добром не предложит после этого мне руку и сердце, придётся спаивать приворотным. Кто-то должен взять на себя ответственность за сохранение таких генов!

Но для начала пусть отмоет моё честное имя от грязных домыслов и прочих инсинуаций.

— … И где сейчас находится Лев Клыков? — вспомнил майор об изначальной цели своего визита на Туманную, 13.

— Мы не знаем, где Лев! — вцепилась в возможность уйти от неприятных расспросов одна из тройняшек, шайтан разбери, кто.

— Ядвига знает! — поддержала её вторая.

— У неё спросите! — не могла промолчать третья и ткнула пальцем в квартиру напротив.

Воду бы они так дружно убирали всякий раз, когда заливают, как заливают сейчас!

— Ваша драгоценная гадалка уже поделилась ценными сведениями, что у него всё хорошо, — едко улыбнулся Степан. — Однако у меня есть доказательства, что вы вели с ним переписку…

Ядвига, которая канула было во тьме квартиры, подтянулась поближе к свету.

Сестрички защебетали с удвоенной силой, перебивая друг друга:

— Она преследовала Льва!

— Она даже котёнка завела на днях, чтобы его позлить!

— Она ему кукол подкладывала под половик! Чтобы приворожить!

— А он думал, что это Ксения!

— А Ксения не умеет в вуду! Она вообще в любовной магии слабенькая! — наябедничала одна из тройняшек.

Не знаю, кто.

Припомню всем троим.

Хотя в данном конкретном случае оно мне даже на руку.

Но я всё равно припомню!

— … А Ядвига загон для Льва делала! — продолжила сдавать соседку другая тройняшка. — Я сама видела. В глазок! Честно-честно! Она картонной коробкой лестничный пролёт наверх перекрыла!

— Каким образом картонка могла бы удержать взрослого волка? — подала голос Ядвига.

— Взрослого волка бы точно не сдержала… — задумчиво произнёс майор.

— А потом она домой заносила две картонки. Той ночью, когда Лев