стороне от основной группы медленно, почти театрально, снял с глаз свои тёмные очки и убрал их в карман своего длинного кожаного плаща. И как он ходит в нём в такую-то жару? Его глаза были полностью залиты чернотой. Никаких белков, никаких радужек. Просто две бездны, смотрящие прямиком во Тьму.
Его губы зашевелились, а от рук, поднятых ладонями вверх, начал подниматься туман. Зеленоватый, мерзкий, пахнущий болотной гнилью и трупным смрадом. Он взметнулся вверх и… растворился? Только вот для чего он был нужен? На этот вопрос у меня ответа не было.
— Fass[1]! — тихо произнёс эсэсовец и указал на меня пальцем.
И в этот момент я почувствовал какое-то подозрительное движение за спиной.
Я резко обернулся. Два зомби-патрульных, которых я убил у железки в самом начале миссии, они… Черт побери, они вставали. Не как живые люди, как куклы, на дергающихся нитях. Да это же чистые зомби! Их глаза открылись и засветились тусклым гнилушечным светом. Зомби, как по команде, повернули головы в мою сторону. А затем одновременно набросились на меня. Да так живо, что я и отпрыгнуть не успел.
Один вцепился мне в левое плечо, второй — в правое предплечье. Хватка была мёртвой. В прямом смысле. Они не чувствовали боли, не знали страха. Их пальцы, холодные как лёд, сжали мою плоть с силой гидравлических тисков. Благо, что руки у меня «из тени», а то бы мне точно не поздоровилось.
— Суки! — рыкнул я, пытаясь вырваться из их «любвеобильных» объятий.
Одновременно с этим сверху, с деревянной вышки, ударил по глазам яркий свет. Прожектор. Похоже, что охранники, которых я тоже отправил на тот свет не далее получаса назад, тоже умудрились восстать. Слепящий луч ударил мне по глазам. Окружающий мир на мгновение растворился в этой вспышке.
Но я успел заметить, что и второй мертвяк на вышке встал и устроился за пулемётом. Затвор сухо лязгнул. Я оказался в клещах. Сзади — мертвецы, сверху — пулемёт и свет, спереди — цепь солдат и прошаренные в магии эсэсовцы. Если пулемёт сейчас откроет огонь, меня изрешетят раньше, чем я выйду из-под обстрела.
Нужно было разбираться с ходячими. Быстро. Эффективно. А то останутся от меня одни рожки, да ножки. Я выдернул правую руку из стальной хватки мертвеца, рванув так, что ткань форменного немецкого кителя затрещала. В свободной руке я материализовал клинок. И рубанул по шее первого зомби.
Голова легко отделилась от тела и отлетела в сторону, кувыркаясь по насыпи.
Но тело не упало. Безголовый мертвец продолжал стоять. Его руки всё ещё сжимали меня в железных объятиях.
Мертвяк дёргался, и не думая помирать во второй раз. Отрубленная голова ему не была помехой.
— Вот это да… — вырвалось у меня от избытка чувств.
Отрубить голову — этого мало. Нужно было срочно избавиться от живых трупов. Ещё секунда, и они оба окончательно повиснут на мне мертвым грузом, мешая двигаться. А сверху уже брал меня на мушку мёртвый пулемётчик. Паники не было. Было только желание выжить в этой заварушке и как следует надрать зад этим грёбаным нацикам.
Но для того, чтобы выжить, мне надо было ускориться. Прямо сейчас. Немедленно. И Тень откликнулась на моё подсознательное, но такое мощное желание. Мир вокруг внезапно замедлился. Движения зомби стали вялыми и замедленными, как воспроизведение в слоу-мо[2].
Я почувствовал, как внутри меня резко просел резерв. За обретение новой способности Тень взяла свою плату — две ночи испарились мгновенно. Зато мой теневой клинок буквально запел. Я не рубил — я шинковал чертовых зомби в капусту.
В мгновение ока я превратил двоих мертвяков в набор несвязанных друг с другом частей. Это было жутко. Расчленённые части продолжали жить своей мерзкой жизнью, когда я вышел из ускоренного режима. Отрубленные кисти скреблись по земле, пытаясь ухватить меня за сапоги. Но вреда они принести уже не могли
— Вот же гадство какое! — выдохнул я, отбрасывая сапогом особо настырную руку.
Сверху ударила очередь — дохлый пулемётчик на вышке нашёл цель, когда я вновь встроился в нормальное течение времени. Пули засвистели вокруг. Щепки от шпал полетели в лицо. Одна пуля чиркнула по плечу, обжигая кожу. Я не стал рисковать и резко ушёл в ближайшую Тень.
Каждый рывок сжигал ещё немного силы из резерва. Похоже, что «бесплатная телепортация канула в Лету». Но останавливаться было нельзя — в любой момент меридианы могли вновь «забиться» и способность «шага» будет для меня потеряна. И еще неизвестно, сумею ли тогда пользоваться хотя бы теневым клинком.
Я вынырнул из Тени прямо на площадке вышки. Дохлый пулемётчик всё еще поливал землю свинцом, хотя меня там уже не было. Второй завис с прожектором и тоже не заметил моего появления. На площадке было тесно. Сложно размахнуться клинком.
Однако подчиняясь моим желаниям «Меч Тьмы» стал короче. И я вложил в удары всю оставшуюся ярость. Первым ударом я осчастливил пулемётчика. Клинок прошёл через шею, позвоночник, грудь. Я не остановился, пока не развалил его на две почти равные половинки. Пулемёт замолчал.
А я продолжал рубить дальше, словно заправский мясник коровью полутушу, пока тело не превратилось в суповой набор. Второй зомби сначала лишился головы, затем рук и ног. А после я покрошил и его на мелкие кусочки. Вышка была зачищена.
Я на мгновение перегнулся через перила, ища глазами эсэсовцев. И тут же столкнулся взглядом с оберштурмбаннфюрером. Фриц неожиданно достал из внутреннего кармана шприц. Прозрачная жидкость внутри колбы светилась слабым фиолетовым светом. Руническая вязь на стекле пульсировала. И этот гад без содрогания воткнул иглу прямо себе в шею.
Его глаза вспыхнули. Буквально. Таким же фиолетовым свечением, которое я увидел в шприце. Мне показалось, что даже воздух вокруг него исказился. И тут меня накрыло. Его удар пришёл «не снаружи». Он пришёл изнутри. И объектом его атаки стал мой мозг.
Я упал на колени, волшебный клинок рассыпался дымом. Мои руки стали ватными. Я не мог пошевелить даже пальцем. Мир вокруг исчез. Вместо вышки я оказался в совершенно другом месте.
Вьетнам. Влажные джунгли. Запах гниющей листвы и пороха. Вокруг меня лежат тела в чёрной одежде. Я вижу их обезображенные лица. Они смотрят на меня. «Мы сожрем твою душу!» — шепчут они на вьетнамском. Но я их прекрасно понимаю.
Ангола. Саванна. Красная пыль. Мертвые партизаны УНИТА. Эфиопия. Пустыня. Солнце жжёт. Солдаты в форме Сомалийской армии. Они лежат в песке, кровь запеклась на их телах коркой. Афган. Горы. Холодный ветер. Моджахеды. Их
