я ещё пару секунд смотрела ему вслед.
С чем он там старался? С тем, что сообщил мне эту новость? Или с тем, что поспособствовал переводу моих мужчин в самое пекло?
Вот только…
Кому тут надо бояться? Уж точно не сыну первородного пламени!
Вот только Данечка зря думает, что это всё сойдет ему с рук. Зря. А как испортить ему жизнь, я придумаю. Фантазия у меня хорошая.
Ну а пока…
Взяв свежий бокал с соком у проходящего мимо официанта, я плавно влилась в беседу старшего поколения о современной моде и порой странных тенденциях.
Время шло, мы общались. К нам подходили друзья Головиных и нереальное количество знакомых Пестриковой и Зубарева, с которыми меня неизменно знакомили, и я запоминала каждого. Я была мила и учтива, держала себя скромно, но с достоинством, подарила пару танцев пожилым полковникам, которых не призвали по возрасту, и в целом очень хорошо проводила время.
В районе одиннадцати, как и обещал лакей, нас почтил вниманием император, причем не один, а с супругой.
Я знала, что мужчине чуть за сорок, но выглядел он моложе, хотя русые усы и борода придавали ему нужной солидности. Мужчина был довольно высок и прекрасно сложен, по нему было видно, что он много уделяет время физическим нагрузкам, а вот насчет того, чем он одарен и как сильно, я сказать затруднялась. Официально император был архимагом воздуха и тверди, очень хорошее сочетания для бойца и управленца, но в его движениях проскальзывала и порывистость огня, и текучесть воды, а в глазах и вовсе мелькали отблески ментала. Так что вполне могло статься, что кое-что официальные СМИ замалчивают.
Но это и неудивительно, козыри — они такие, до поры до времени их лучше держать в рукаве.
Рядом с императором Василием пятым стояла его супруга Екатерина — высокая миловидная шатенка с мягким взглядом ореховых глаз. Не помню где, но видела информацию, что она сильная целительница с дополнительным даром природы. У пары было уже трое детей, старшему наследнику недавно исполнилось двенадцать, средней дочери девять и младшему мальчику семь. На празднике их не было, всё-таки это не детское мероприятие, да и я бы сама поостереглась выводить их на публику в столь опасное время.
Но вот император дождался, когда стихнет музыка и произнес торжественную речь, явно написанную профессионалами. О том, как рад видеть всех нас. О том, как важно в этот трудный час быть сплоченным народом. О том, как он благодарен отцам и матерям за то, что они воспитали настоящих героев, которые сейчас защищают границы нашей родины…
И всё в таком духе, что обычно говорят правители в такой момент.
В общем, слушала я его вполуха, предпочитая рассматривать самого императора, его супругу и их свиту. Мой взгляд скользил по нарядам и украшениям, незнакомым, но торжественно одухотворенным лицам, запоминая и анализируя, кто, где и как стоит, но в какой-то момент застопорился, и мои брови медленно поползли наверх.
Серьезно⁈
В итоге конец речи императора я бессовестно пропустила мимо ушей, а когда наши взгляды пересеклись и Варвара Тимофеевна, одетая, как невероятно знатная дама в украшениях стоимостью с годовой бюджет какого-нибудь графства средней руки, улыбнулась уголками губ и хитро мне подмигнула, и вовсе впала в ступор.
Погодите-погодите! А она тут каким боком??? И какое имеет отношение к князю Трубецкому, который стоит рядом с ней? Ну, помимо того, что он ездил к ней лечиться!
Но вот император сказал последнее слово, зал зарукоплескал и заиграл торжественный вальс. Василий предложил руку супруге и их пара закружила в центре зала первой, а через несколько секунд таких пар был уже не один десяток.
А вот я всё ещё пребывала в ступоре…
К счастью, меня никто не спешил приглашать, мужчин в зале в принципе было меньше, чем женщин, и я была только рада этому, потому что обязательно бы оттоптала партнеру ногу. Так меня это выбило из колеи.
Вот только, словно в насмешку знахарка решила подойти ко мне сама, сопровождаемая светлым князем, и пользуясь тем, что я осталась в одиночестве (остальные ушли танцевать), радостно заявила:
— Ева, милая, и ты здесь. Давно не виделись. Позволь познакомить тебя с моим спутником.
Мы с князем обменялись учтивыми улыбками и мужчина даже поцеловал мне руку. Уже в возрасте, точно за шестьдесят, но крепкий и подтянутый, князь Трубецкой Леонид Алексеевич окинул мою фигуру не только по-мужски оценивающим взглядом, но и практически просканировал на предмет всякого такого. Запрещенного. Особенно его заинтересовали мои украшения, словно он распознал в них не только сплетение металла и камней.
При этом я не знала точно, какое именно ведомство он курирует. Вроде бы министр. Но чего именно? Вроде бы военный… Но в то же время занимается вопросом гомункулов. А это не то чтобы именно военное производство. Лишь отчасти. Наука? Магия? Исследования на благо империи? В общем, всё сложно.
Сама я тоже внимательно изучила князя, отмечая, что он определенно одарен магией, причем довольно щедро. И помимо явного огня и тверди в его ауре проскальзывают и иные стихии. Например… Цифромагия. Причем довольно явная. И это необычно! Потому что всем известно, что цифромагия сама по себе, а стихии — сами по себе.
Надо держать с ним ухо востро! Вот зачем Варвара Тимофеевна его ко мне подвела? Это же так опасно!
— Лёнечка, — тем временем продолжала улыбаться бабуля, в прошлом которой я хотела покопаться с каждой минутой всё сильнее, — вот ты всё сетовал, что современная молодежь только и умеет, что жизнь по клубам прожигать, да родительские деньги на наряды транжирить, а Ева тем временем и умница, и красавица, и охотник дипломированный, и хозяйственник отличный. Слышал, может, про учебный центр «Олимп»? Её рук дело. А митрополит Иларион намедни о новом храме в Карабаново отчитывался — тоже её проект. Более того, сама расписывала! А девочке всего восемнадцать!
И подмигнула в первую очередь мне.
Кхм… Ну и к чему меня сейчас так разрекламировали?
— О? — Судя по интересу, который мелькнул в глазах светлого князя, а потом и странному ироничному блеску, он что-то вспомнил. — Так это вы Афина? Каюсь, не признал. Согласен, ваши заслуги достойны уважения, ваше сиятельство. И раз уж мне повезло узнать вас лично, ответьте на вопрос, который мучает меня далеко не первый день: почему Афина?
Почему-почему…
Так исторически сложилось!
— Я за справедливость и развитие, — улыбнулась ему. — А ещё у меня сова есть.
Князь на секунду растерялся.
— Настоящая?
— О,
