вы бы воскресли?
— Телефона? — переспросил я.
— Антон, царство ему небесное, стрелок был отличный, по крайней мере, так утверждает Павел Николаевич — пояснил Вагнер, стягивая с рук перчатки — Потому попасть мог… Как там у Булгакова? В любое предсердие или в любой из желудочков? По-моему, как-то так звучало. Тем более что стрелял он в вас, насколько я понял, с нескольких шагов, а пистолет у него был не дамский, серьезного калибра. И попал бы, кабы не визитница, что у вас в кармане лежала. Пуля пробить ее, конечно, пробила, но траекторию изменила. Все равно, конечно, пошалила внутри вас здорово, разумеется задела легкое, но не убила на месте. И если бы еще особо не трепыхались для того, чтобы… Кхм… Скажем так — воздать кое-кому по заслугам… Короче — все могло бы обойтись, но вы сами сделали все, чтобы умереть.
Надо же. Ему все прямо в деталях рассказали. Не ожидал.
— Но не умер же?
— Отчего же? — всплеснул руками Петр Францевич — Обязательно умерли. В вертолете, на котором вас сюда доставили. На целых десять секунд. Потом, правда, дернулись, выгнулись дугой, харкнули кровью и снова задышали. А теперь еще и вот, персонал мне взбаламутили. Хорошо, что они у меня вышколены и знают, что есть такие вещи и случаи, о которых можно говорить, а есть такие, о которых надо сразу забыть и больше никогда не вспоминать. Вы из последних. Причем я делаю это не для вас. Для себя.
Умный мужик, ничего не скажешь. А еще я, оказывается, на вертолете прокатился, только сам этого не помню. Впрочем, оно и понятно — наиболее скоростной вариант доставки меня в данную клинику. В башне есть площадка, тут тоже, а в небе никаких пробок. Но, вроде, и в «Москва-Сити» клиники есть, они еще ближе? Хотя нет, они не подходят. Ряжские наверняка не захотели слишком уж афишировать произошедшее, а клиника Вагнеров это гарантированное молчание.
Ну, и плюс Павел Николаевич наверняка рассчитывал на то, что время, что я проведу в пути, завершит то, что не доделала пуля.
— Петр Францевич, я вам очень благодарен. И за то, что жив, и за то, что вы все верно понимаете. И вот еще что. За вами там кое-какой должок значился?
— Верно. Пять раз вы можете обратиться ко мне с…
— Три раза. Только три.
Да я бы и все пять, скажем так, простил, но он не только врач, но и бизнесмен. Если ему палец протянуть, то он руку по локоть отгрызет.
— Не скажу, что меня этот долг вообще сильно тяготил — заметил Вагнер — Если бы вы привезли мне пациента и сказали его лечить, я бы и без всяких условий его взял. Просто из уважения к вам, Александр. Ну, и немного из нежелания с вами ссориться. Я и Ряжскому несколько раз советовал не доводить конфликт с вами до кипения, поскольку знал, что добром это не кончится. Не предполагал только вот такой развязки.
— Вы думали, что на столе раньше или позже окажется он, а не я, верно?
— Именно — Петр Францевич придержал меня за плечи, заметив, что я хочу встать — Нет-нет-нет! Лежим!
Он глянул мне на грудь и покачал головой.
— Хорошо, что я персонал спровадил. Именно вот так и возникают нездоровые сенсации. Десять минут назад там было пулевое отверстие, а теперь рана, которой на вид недели две, если не больше. Завтра, я так понимаю, там можно будет увидеть только небольшой шрам. А то и вовсе гладкую кожу.
— Это разовая акция — неожиданно для себя самого сообщил ему я — Пожалели меня, дурака.
— Даже не желаю знать, кто именно. Меньше подробностей — меньше поводов для беспокойства. Я лучше стану делать то, что умею и что должен. Палата, внутривенные вливания и так далее. И не вздумайте нарушать мои предписания и распорядок.
— В утку писать не буду — сразу заявил я — Это унизительно!
— Это нормально — сдвинул брови Вагнер — Как и то, что минимум на пару дней я вас тут задержу. Ничего. Полежите, анализы сдадите, процедуры кое-какие пройдете. У вас утомленный вид, Саша, и дело не только проникающем ранении. Тем более что все равно за все платят Ряжские.
— Пару дней можно — согласился я — Хоть высплюсь.
— Даже не сомневайтесь — подтвердил доктор — Тем более что главного современного убийцы времени и нервов, а именно телефона, у вас больше нет.
— Как нет?
— Никак. Настолько я понял из рассказа тех, кто вас доставил, он разбился. Выскользнул из кармана, когда вас в вертолет грузили, и экраном прямо о железку какую-то ударился. Просто в нашей клинике принято в подобных случаях родным и близким звонить, ведь их поддержка — это очень важно.
— Беда — вздохнул я.
— Вовсе нет. Напротив, это к лучшему, не будет лишних отвлекающих факторов. Питание, покой и режим — вот ваши друзья на ближайшее время. А родителям после сами позвоните.
Глава 10
Палата мне досталась хорошая, светлая и просторная. Впрочем, тут, наверное, других и не было.
— Если вам что-то понадобится — нажмете на эту кнопку — деловито объяснила мне симпатичная медсестра.
Наверное, по всем канонам жанра мне следовало у нее спросить «что-то — это что?», добавив в голос легкий оттенок интимности, но я этого делать не стал. Думаю, она подобные шутки если не каждый день слышит, так через день точно. Надо же чем-то отличаться от остальных пациентов?
Да и не до шуток мне сейчас. Вопросов на текущий момент у меня имеется больше, чем ответов, так что надо сначала все по полочкам в голове разложить.
— Хорошие у вас вены — похвалила меня медсестра, втыкая в левую руку иглу, соединенную тонким хоботком с бутылочкой, висящей на штативе.
— Хоть в чем-то повезло — порадовался я — А туалет где? Вон там? Вдруг приспичит?
— Вот тут — с готовностью показала мне девушка недавно упомянутое мной приспособление под названием «утка», достав его из-под кровати — Я же говорю — нажали кнопочку, я пришла…
— Не-не-не — перебил ее я — Мы с Петром Францевичем договорились — я все сам буду делать. Без посторонней помощи.
— Так у нас не положено — ласково произнесла медсестра — А если станете спорить, так я вам катетер поставлю, и все наши разногласия сразу прекратятся.
Я не сразу понял, что она имеет в виду, а когда до меня
