— Считывание завершено. Как обозначить идентификатор? Коллеги? Друзья?
— Гоблины — фыркнул я и поморщился, когда аптечка вколола мне что-то еще.
— Принято. Готовлюсь к отправке сообщения. Будут ли еще пожелания, сэр?
Прислушавшись к звукам приближающейся стрельбы в коридоры, я вогнал в пулемет конец патронной ленты, захлопнул крышку, влил в себя еще чуток трехсотлетнего бурбона и отрицательно помотал залитой кровью башкой:
— Да не, у меня все норм. День удался. И проветри здесь…
— Я поняла вас, сэр. Заслонки открываются, показатели воздуха снаружи удивительно хороши. Буду ждать дальнейших указаний…
— Ага… — кивнув, я перешагнул стонущего декламатора и потопал к выходу.
— Ба-ар… кто ты такой? — пробормотала валяющаяся рядом с златовлаской Шейна — Кто ты сука такой?
— Я? Я проводник Ба-ар — ответил я и шагнул за порог — Ну который приятель плотогона Ахулана… Эй, суки! Я здесь! Тащите свои вонючие жопы сюда!
Снаружи — вне здания, где-то над водной площадью и всеми небоскребами захрипели древние громогласные динамики, взвыла и тут же заглохла сирена, после чего перевозбужденный мужской голос пронзительно завопил на всю Церру, сотрясая окна высоток:
— Экстренное сообщение! Экстренное сообщение всем бойцам Церры! Всем явиться на свои боевые посты! Альбаир! Боевой отряд во главе с самим Альбаиром прибывает в Церру на большом корабле! Идут с востока! Внимание! Приказ всем — быть готовым к худшему, но первыми огонь не открывать! Таков строжайший приказ Совета Правящих родов и таков мудрый совет самой Седьмицы! Альбаир послал гонцов передать его слова: он не враг Церры! Все что ему нужно — всего лишь один чужак, что может быть среди нас! Повторяю! Альбаир грядет в Церру! Сам Альбаир! Не стрелять!…
— Понаехали тут — пробормотал я, перестав слушать нервные завывания и сосредоточившись на медлительных целях в коридоре — Выпить спокойно не дают… Эй! Это тебе! — пулемет в моих руках снова ожил, с радостью стряхивая с себя многовековой сон.
Попавший под очередь боец в черном присоединился к оружейному ликованию, радостно танцуя и орошая гребаные гобелены кровью и выбитыми мозгами…
Дем Михайлов
Инфер-11
Глава 1
Пролог.
— Эй, пацан… иди что интересное покажу — иссохший как мертвое дерево старик поманил меня к себе.
Я и с места не двинулся — этот урок жизни я уже усвоил — но сильнее вонзил зубы в хрустящий оранжевый овощ, с хрустом пережевывая его вместе с комочками земли.
В прошлый он меня точно также позвал, я, радостный тупень, стуча копытами подбежал… и после короткой ожесточенной возни он отобрал у меня раздавленный во время схватки помидор и сам сожрал его. А мне только и осталось что облизывать залитую кислым соком собственную руку…
— Да ладно тебе, не отниму…
Запив деревянистые куски водой из носика старого чайника, я проигнорировал и второй его призыв, сосредоточившись на догрызании овоща. Я слишком много сил потратил на то, чтобы заработать эту кривую морковку.
Поняв, что я не двинусь с места под его старым навесом на крыше древнего небоскреба, он задумчиво поскреб ногтем седую щетину на щеке и вдруг улыбнулся:
— Умным себя считаешь? А вот хер там, пацан. Ты как был тупнем — так им и остался.
Смерив расстояние, между нами, я убедился, что одним прыжком ему меня не достать и ничего не отнять, как это уже случалось, и только после этого проявил заинтересованность:
— Почему?
— Ты был голодным, так?
— Так.
— Попросил у меня жратвы, и я предложил тебе её заработать. Так?
— Так. Все честно.
— Ради этого ты оббежал по моим поручениям сколько этажей?
Припомнив, я догрыз последний кусочек, запил его, облизал губы и только после этого ответил:
— Ты послал меня на восемь этажей. Но если считать все лестницы… то двадцать туда и потом обратно.
— Ты притащил мне пару ведер говна для удобрения…
— И ведерко кровавой блевоты — тощий Джомни кажись скоро помрет… его жена говорит, что желудок уже дырявый и ничего не принимает… еще я оттащил им от тебя полную бутылку чистой воды. Они сказали спасибо. Еще она сказала, что Джомни хотя бы неплохо пожил — ему уже скоро сорок…
— Ну да… ну да… Но мы не об этом. Ты все притащил, потом вылил все это вон в тот ларь для перегнивания и долго все перемешивал, вдыхая ароматы…
— Не первый раз уже. Я привык. И все сделал.
— Сделал — подтвердил старик и придвинулся чуть ближе ко мне, оставаясь все еще успокоительно далеко — Подытожим, пацан… ты помотался по этажам, приволок тяжеленные ведра с дерьмом, перемешал содержимое нехилого ларя с гниющими отходами и…
— И? — я начинал понимать, что допустил какую-то ошибку, но все еще не мог уловить, где именно.
— И за все твои нехилые изнурительные труды я расплатился с тобой примерно одной стограммовой морковкой… Смекаешь, пацан? Тут нет ни намека на честность оплаты — только на беготню ты потратил кучу калорий, а взамен получил тощую морковку калоражем калорий на сто максимум…
— Я все еще не… морковка была норм на вкус. Что такое калораж?
— Причем тут вкус?
— Ну… вкусная хрустящая морковка. Я честно ее заработал.
— Только дебил ведется на вкус и хруст заработка, пацан! Заключенная тобой сегодняшняя сделка — полное дерьмо. Ты остался в убытке. То есть даже не при своих, а в большом минусе. Я поимел тебя.
Сжав кулаки, я зло уставился на подло посмеивающегося черного хренососа:
— И что? Надо было отказаться от вкусной морковки⁈
— Конечно, дебил! Да! Надо было отказаться от вкусной морковки — потому что ты потратишь больше, чем получишь! Эта сделка — дерьмо!
— Но я же поверил тебе — ты предложил эту… сделку. О! И не только морковка! Ты дал мне еще вот эту почти красную помидорку! — отвернувшись всего на секунду, найдя глазами и нащупав плод за спиной, я торжествующе показал ее и… жилистая черная рука выхватила помидор у меня из пальцев, а через мгновение он уже сожрал его, брызнув соком мне в грудь.
— Эй! Отдай! Отдай!
Показав в широкой усмешке залитые томатным соком зубы, старик загоготал:
— Таким ослам как ты хватит и морковки! Урок жизни, пацан! Урок жизни! Награду мало получить — её надо еще сберечь!
— Отдай!
— И впредь перед заключением сделки убедись, что она выгодна именно тебе, а не кому-то другому и что в этой сделке ты не играешь роль всеми трахаемого осла!
— Отдай помидор!
— Так я уже съел!
— Дай другой помидор! И побольше!
— Вот ты уже и начинаешь чему-то учиться, пацан… Эй! Не вздумай пинать мой радиоприемник, а то жопу надеру! Хочешь помидор?
— Хочу! И еще морковку! И… и чуток вяленой рыбы — я знаю, что у тебя есть!
— Хо-о-о… вижу аппетит у тебя разыгрался… что ж… — хитро улыбнувшись, старик уселся передо мной и скрестил ноги — Давай заключим еще одну сделку, пацан… только в этот раз постарайся быть поумнее…
Глава первая.
Вошедших в бар я встретил, как и положено вышколенному бармену — в белой рубашке и черном жилете сверху, в драных и стоящих колом от грязи и морской соли снизу. Но меня по пояс скрывала стойка, за которой я неспешно протирал бутылку неплохого виски, дежурно улыбаясь в сторону двери и заодно прикидывая чем именно вышибить им мозги. А еще была мысль закрыть заведение до следующего утра: во-первых, устал, во-вторых, после громкого открытия остался как-то не в восторге от первых посетителей — орут, стреляют, брызжут мозгами и кровью на скромный, но все же недешевый интерьер. Надо бы потом перекинуться парой слов с тем дебилом, кто выбрал это место для приличного бара… ах да… ведь этот дебил — я.
Первым сквозь дым и порог ступил неуверенно державший дробовик парень, причем держа его одной рукой, а второй прикрывая яйца. Хотя «ступил за порог» — громко сказано. Он только занес ногу и у него на лбу и груди тут же возникли красные метки лазерного прицела, а проникновенный голос Ирмы Уотсон вежливо сообщил:
