В ликующем возбуждении связистка Койны перешла с осторожного шепота на полный голос:
– Совет отклонил предложение Фейна о расформировании полиции Концерна рудных компаний. Вертигус Шестнадцатый вновь выдвинул законопроект об отделении. Президент Лен поставил вопрос на голосование! О Боже! Они приняли единогласное решение! Холт Фэснер больше не владеет полицией!
Больше не владеет… Мин вскочила с кресла, подброшенная вверх пружиной многолетнего желания. Она чувствовала себя огненным протуберанцем. Уорден добился успеха! Господи! Он сделал это! Сила его раскаяния одолела Фэснера на человеческом космосе. Теперь у Дракона остались только незаконные методы принуждения: предательство и насилие.
– Фейн в истерике, - доложила связистка службы протокола. - Охранники вывели его из зала.
Конечно, он впал в истерику. Клитус знал, что это означало.
На третьей линии был Центр: «Командный модуль "Карателя" и "Трубы" почти на месте. Стыковка через полторы минуты».
– Капитан Вертигус…- донеслось из динамиков. Очевидно, связистка Койны была потрясена.
– Я не верю своим глазам. Капитан Вертигус забрался на стол и танцует. Многие советники ошеломлены его поступком. Остальные аплодируют. Блейн Мэне, Тел Барниш, Сигард…
Внезапно в жизни Доннер все стало простым и понятным. Она больше не тревожилась о будущем человечества, интригах и сомнениях. Мин вновь почувствовала себя руководителем подразделения спецназа. И ее обязанности были предельно ясными. «Достаточно, - сказала она Центру. - Отключите шестой канал». Диспетчер безоговорочно подчинился. Звонкий голос в динамиках оборвался на полуслове, как будто Сака-Батор перестал существовать.
«Теперь твой ход, - подумала она о Фэснере. - Давай же! Начинай!»
Наверное, Морн ждала этого момента. Закрыв глаза на несколько секунд, она собрала последние силы, затем расстегнула ремни и встала с кресла. Взгляд облегчения озарил ее скорбное лицо.
– Директор Доннер,- тихо сказала она, - я передаю вам командные функции на мостике. Отныне можете не обращать на меня внимания. Когда все закончится, прошу вас вспомнить о том, что Мика, Сиро, Вектор и Энгус являются моими пленниками. Я отвечаю за их слова и поступки, которые в дальнейшем могут быть использованы в суде. Если вы считаете, что они не заслуживают амнистии и отмены смертной казни, я прошу вас перенести их вину на меня.
Морн отпустила сына на «Затишье». Она одобрила его решение, хотя и знала о замыслах амнионов. Ей удалось сохранить миллионы человеческих жизней, включая служащих Руководящего Совета. Затем, ради спасения Дэйвиса, она доверилась Энгусу. Не удивительно, что ее радость была смешена с горечью.
Центр на четвертой линии: «Стыковка завершена. Они прибыли».
Огонь подступил к глазам Мин, как горячие слезы. Горло перекрыл ком эмоций.
– Лейтенант Хайленд… Она попробовала еще раз:
– Морн, я горжусь своим знакомством с вами. На мой взгляд, доктор Шейхид, Сиро и Мика Васак не виновны с тех пор, как появились на свет. Что касается капитана Термопайла, то он работает на Бюро по сбору информации и является нашим сотрудником. Будучи временным заместителем главы полиции, я клянусь, что не позволю кому бы то ни было переносить на вас чужую вину. Вы - моя лучшая…
Директор Доннер уже нашла слова, которые могли выразить ее чувства. Ей хотелось сказать о многом - о главном. Но этому не суждено было случиться. Диспетчер Центра и Порсон одновременно закричали:
– Домашний офис Концерна рудных компаний открыл огонь! Лазеры и плазменные пушки! О Боже! Они стреляют по Сака-Батору!
Мин предчувствовала этот ход. Опираясь на отвагу Морн, гениальность Хэши и собственную веру в Диоса, она верно оценила намерения Фэснера. Теперь у нее появился шанс на искупление вины - на конкретную помощь тому человеку, которому она служила.
Пылая вдохновением и страстью, Мин отдала приказ:
– Огонь! Всем кораблям, огонь! Немедленно!
И тут же - почти в унисон - каждая пушка на кораблях кордона и каждое орудие станции полиции Концерна ответили яростной атакой, обрушив шквал опустошения на домашний офис Фэснера.
Дэйвис
Когда модуль скользнул по направляющим штангам к стыковочным захватам порта, толчок и металлический скрежет отозвались в сердце Дэйвиса холодной дрожью. Несмотря на мобилизацию сил он не был готов к такому повороту событий. И он не знал, как одолеть свой страх. Ему приходилось напоминать себе о том, что Энгус, Сиро и директор Доннер не собирались отпускать сторожевик со знанием, которое могло обречь человечество на ужасную гибель. Кроме того, Дэйвис понимал, что даже при полном провале операции он и Вектор не станут мутантами. Их искусственный иммунитет должен был продлиться достаточно долго, чтобы они успели умереть людьми.
Скрежет перешел в небольшое содрогание: направляющие штанги скорректировали расположение модуля. Через пару секунд захваты сжали корпус судна и остановили движение. Их полет завершился. Слабый вздох амортизаторов подтвердил окончание стыковки с «Затишьем».
Дэйвис посмотрел на Вектора. Он вдруг испугался, что уже никогда не увидит его лицо. Они все еще были без шлемов. В противном случае их разговоры стали бы слышны амнионам. Вектор молча встретил взгляд Дэйвиса. Они подошли к финальной черте. Им больше нечего было сказать друг другу.
Почти в тот же миг зажужжал интерком. Капитан Юбикве решил использовать последнюю возможность для приватной беседы. Похоже, он еще не наговорился - или хотел сообщить им какую-то новость. Дэйвис неловко ткнул пальцем в панель интеркома. Напряженные мышцы лишили его привычной гибкости и грации.
В басе Долфина звучала легкомысленная бесшабашность. Капитан «Карателя» вел себя как человек, не знавший страха.
– Мы на месте, парни, - объявил Юбикве. - Дэйвис, Вектор, вы можете передумать. Мне очень хочется освободить директора Диоса. И я думаю, он ждет нашей помощи. Но это вы рискуете жизнями и человеческим обликом. Я не имею права указывать вам или оспаривать ваши решения. Скажите слово, и я вырву модуль из захватов! Мы попробуем улететь отсюда! Черт! Мне не впервой нарушать приказы и обещания. Возможно, мы даже уцелеем. Я буду удивлен, если большому кораблю удастся навести на нас прицел с такой близкой дистанции. Мы улетим в блеске славы. Но после этого начнется кровавое месиво.
Долфин был прав. Как только амнионы почувствуют себя обманутыми, они уничтожат Сака-Батор. Или станцию полиции с дюжиной кораблей - если Энгус успеет вывести из строя излучатель протонной пушки. Так или иначе командный модуль и «Труба» будут разорваны на части в перекрестном огне.
Повиснув в воздухе рядом с интеркомом, Дэйвис задал единственный вопрос, который интересовал его в данный момент:
– Где Энгус?
– На корпусе «Затишья»,- быстро ответил капитан Юбикве. - Он почти добрался до излучателя. Я хотел предложить вам немного подождать, пока Энгус не направится к нам, но, к сожалению, Вестабул уже приказал мне открыть воздушный шлюз.
Долфин громко фыркнул.
– Похоже, он не в настроении ждать. И я не знаю, насколько хороша затея Термопайла. Науке не известно, что происходит с протонными пушками, когда в их стволы заливается наполнитель. Так что решайте сами.
Вектор прочистил горло.
– А что делает Сиро?
– Он на «Трубе».
Тон Долфина намекал на пожатие плеч.
– Парень сдрейфил, и мы вряд ли можем рассчитывать на него. Будем надеяться на Мику и дисперсионное поле. У нас по-прежнему есть шанс остаться живыми.
Дэйвис уловил в басе капитана едва заметный отголосок тревоги. Но он не стал расспрашивать его. Пора было действовать. Вестабул уже приказал открыть воздушный шлюз. Он молча посмотрел на Вектора. Тот кивнул ему в ответ. На лице Шейхида появилась печальная улыбка. С трудом подавив стон, который рвался из груди, Дэйвис обратился к Долфину:
– Передайте амнионам, что мы выйдем, как только наденем шлемы.
