высокой травы. Некоторое время он полз, ловко подтягиваясь на локтях и помогая себе коленями. Затем некстати приподнял голову, бросив взгляд на операцию прикрытия, и так и застрял в неловкой позе. Варвара стягивала через голову мокрую футболку. Обнажилась загорелая поясница, беззащитная линия позвоночника, острые лопатки… Мечтательный ступор оборвал прилетевший в затылок ком земли. Маркус резко обернулся — Софи помахала ладошкой, мол, давай, не отвлекайся. Пришлось продолжать. Хорошо, что мягкая зелень надежно приглушала звук. Главное, чтобы под руку не попался какой-нибудь засохший сучок. Приближение лазутчика заметила только лошадь, но не испугалась, а поприветствовала его тихим дружелюбным ржанием. Такая мелочь троицу манекенов, еще недавно бывших прислужниками Небесного Короля, отвлечь не смогла.
Бандит то полз вперед, то снова замирал, прижимаясь к земле. Наконец, телега с одеждой полностью скрыла его из вида стоявших у реки мужчин. Маркус привстал на корточки и дернул ближайшую рясу за рукав. Курган из одежды угрожающе покачнулся. Бандит шепотом выругался, придержал его рукой и принялся осторожно вытаскивать один балахон за другим, пока не насчитал шесть штук. Со стороны реки донесся сладострастный стон, оборвавшийся звуком, очень похожим на подзатыльник. Прижав к себе синюю охапку и убедившись, что ограбленная троица все еще увлечена, бандит пригнулся и рысцой возвратился в лес.
Варвара осторожно глянула через плечо. Хвала богам, унизительное купание можно было заканчивать. Так и не повернувшись к братии лицом, она взяла в зубы мокрую майку, нырнула в воду и шустро заработала руками и ногами. Печальные взгляды прислужников прожигали спину до самого поворота реки, становясь все безнадежней с каждым новым гребком.
Бандит вернулся к месту укрытия группы и вывалил награбленное добро на траву.
— Налетай!
Пока Варвара возвращалась окольными путями к кустам, пять из шести балахонов успели найти новых хозяев. Маркус первым заметил ее возвращение, показал большой палец и чмокнул воздух губами. На сердитом лице девушки неожиданно вспыхнул румянец.
— Чтоб я не слышала от тебя ни одного комментария, — Варвара вырвала балахон из рук тактично промолчавшего Дениса и принялась натягивать его прямо поверх мокрой одежды.
— Детка, да я могила, — бандит приложил палец к губам. — Умею хранить секреты. Вспомни об этом, когда тоскливой одинокой ночью не сможешь заснуть.
И снова Денис заметил смущенный румянец на щеках у подруги, поспешно закрывшей лицо капюшоном. На уровне глаз ткань прорезали узкие щели, дававшие плохонький, но все-таки обзор. Закаров мысленно вздохнул, завязал пришитый к балахону пояс и посмотрел на товарищей. Перед ним стояло шесть одинаковых синих трапеций, отличавшихся друг от друга только ростом и габаритами. Капюшоны скрывали лица до самого подбородка, подолы мели по земле, маскируя очертания фигур.
— Прикрытие, конечно, хорошее. — Денис пошевелил плечами, пытаясь унять зуд — грубая ткань немилосердно кусала все доступные участки кожи. — Но что будет, если с нами кто-нибудь заговорит?
Опасения развеяла Радмила, крутившаяся на месте и увлеченно расправлявшая складки своего нового балахона.
— Просто приложи руку сначала ко лбу, а затем вот сюда, — княжна прикоснулась двумя пальчиками к губам. — Это значит, что ты принял обет молчания. Так часто делают начинающие прислужники, когда хотят быстрее отречься от мирской суеты.
— Вот так? — Маркус повторил простой жест. Девушка переливчато рассмеялась.
— Почти, но не совсем. Давай вместе, — Радмила положила смуглую ладонь на его руку и осторожно, даже бережно помогла прикоснуться ко лбу чуть выше переносицы. Переместила пальцы ниже, мягко дотронулась до губ, задержав прикосновение на несколько секунд. Бандит слегка опешил, но быстро воспользовался ситуацией, предложив повторить урок еще раз, помедленней.
Синий куль, скрывавший Варвару, сердито дернул концы пояса, завязывая их в простенький узел. Денис мысленно покачал головой. Не было напасти…
— Ты уверена насчет обета? А если спросит какой-нибудь прислужник старше по званию? — уточнил один из балахонов голосом Софи.
Радмила пожала плечами и мелодичным голоском ответила, что никто не имеет права принуждать к нарушению обета. А затем поведала, что в детстве у них в семье служил старый духовник. Добрый дедушка развлекал маленькую княжну рассказами о быте прислужников, поучительными историями из жизни святых и байками о дальних странах, которые повидал, совершив в молодости большое паломничество. Княжна начала пересказывать одну из самых интересных баек, про трехногих людей с лисьими головами, надеясь уточнить, что в ней правда, а что дедушка от себя присочинил, но самый широкоплечий куль ее вовремя остановил.
Ряженые прислужники в последний раз придирчиво осмотрели друг друга и решились покинуть лес. Нестройный отряд миновал луг, пересек мелководную речку, задирая рясы до колен, и направился в сторону голубого замка, терявшегося на фоне такого же голубого неба. Очень скоро стало понятно, что Двор — популярное в округе место. На дорогу постепенно стекались люди, идущие в одну с ними сторону. Мужчины в балахонах обычного синего цвета, худые подростки, беспечно откинувшие на плечи черные капюшоны, еле ковыляющие старики в светло-голубом. Тянули заунывные песни прислужники с корзинами на спине, болтали, меся дорожную пыль босыми ногами, обычные поселяне всех возрастов. На шестерку фальшивых прислужников внимания обращали не больше, чем на траву у дороги. Тяжелая походка Софи тоже не привлекала внимания — чем ближе они подходили к Небесному Двору, тем больше вокруг попадалось и хромых, и кривых, и каких угодно.
Под стенами замка разрозненные ручейки сливались в пеструю многоголовую реку, с невообразимым гамом вливавшуюся в широко распахнутые ворота. Здесь, в отличие от города, никто за входом не следил и путников не допрашивал. Единственной трудностью было не потерять друг друга в уплотнившейся толпе. Денис незаметно взялся за кончик пояса идущей впереди Варвары, чтобы не отстать. За воротами река вновь распалась на отдельные ручейки, и появилась возможность осмотреться.
Они стояли на залитой солнцем площади, вымощенной бирюзовой плиткой. С трех сторон ее опоясывала крытая галерея нежно-лазоревого цвета. В напольных керамических горшках цвели колокольчики, каменные колонны обвивала дикая роза. Сочетание всех оттенков синевы разбавляли вкрапления позолоты в виде молний, змей и кудрявых стилизованных облаков.
— Куда теперь? Сразу в кладовую? — спросил Денис, не потрудившись приглушить голос. Вокруг, разбившись на группы, беседовали Небесные братья, и вопрос легко потонул в общем гомоне.
Подруга только пожала плечами и кивнула на самый низкорослый в компании куль, задумчиво оглядывающий двор.
— Мне нужно немного времени, чтобы вспомнить. Я бывала во Дворе Небесного короля много раз, особенно пока была жива мама. Но нас еще на подъезде встречала свита, мы никогда не оставались одни. Где-то здесь находится главный молельный зал. Там такой огромный купол, усеянный золотыми звездами. Когда я была ребенком, я мечтала
