любовь и вечная тревога. — Пусть не забывают, до чего цивилизация когда-то дошла.
Нева наклонилась и легко подхватила Алекса на руки.
— Ого! Да ты у нас какой тяжелый уже стал! Скоро будешь ходить со мной в разведку.
Габриэла тут же метнула на нее взгляд, полный такой материнской ярости, что, казалось, воздух затрещал. Нева усмехнулась, глядя на нее.
— Шучу я, шучу. Вы всегда будете за семью замками. Пока эти твари бродят вокруг, вы — наше самое ценное, что мы охраняем.
Она опустила Алекса на землю и легонько подтолкнула в сторону матери.
— Габи, доктора Меррика нужно пристроить.
— Как раз в особняке освободилась комната на втором этаже, группа Дейва расселилась по соседним домам, — тут же откликнулась Габриэла, переводя взгляд на пожилого врача.
Нева повернулась к доктору Меррику, который терпеливо ждал, держа свою медицинскую сумку.
— Стивен, идите с Габриэлой, она всё покажет. Закончим тут с барахлом Дейва — и я сразу подойду, покажу вам ваше новое место работы.
— Не торопитесь, Нева, — спокойно ответил Меррик.
Пока Габриэла, взяв Алекса за руку, повела доктора Меррика показывать его новый дом, Нева почувствовала на себе чей-то тяжелый, спокойный взгляд. Она обернулась. Прислонившись к дереву, стоял Вилли. Он не улыбался. Он ждал. И она, кивнув ему, направилась к нему, зная, что минутка отдыха и семейных радостей окончена. Впереди был разговор о бензине, о чужаках и о новом бое.
Нева подошла к Вилли, и они отошли подальше, где шум двора стихал, уступая место шелесту промозглого ветра в сухих ветках деревьев.
Вилли скрестил руки на груди, его внимательный взгляд не отрывался от Невы.
— Завтра на рассвете уходим. В отель «У Озера». Нужно вернуть наш бензин.
Лицо Вилли осталось невозмутимым, лишь мышцы на скулах слегка напряглись.
— Проблема?
— Чужаки. Группа. Человек пятнадцать. Заняли отель, укрепились.
— Силы?
— Мы с тобой, Кайл, Эд. Штурм — самоубийство. Нужна хитрость. Выманить, отвлечь, забрать главное и уйти. Без лишнего шума.
Вилли медленно кивнул, его мозг уже анализировал знакомую местность.
— Подъезды они, наверняка, заминировали или под наблюдением держат.
— Приманка как вариант, — мрачно сказала Нева. — Я уже думала об этом. На месте решим. Собери оружие. От этого бензина зависит, будем ли мы пахать весной или глодать прошлогодние кости.
— Понял.
Вилли развернулся и направился к оружейному складу, его массивная фигура исчезла в полумраке сарая.
Нева, сделав глубокий вдох, направилась к гаражу, где раньше стоял их первый «Хамви». Теперь сюда сгрузили все ящики Дейва. Внутри царила оживленная деятельность. Том и Кайл, красные от натуги, устанавливали на полку тяжеленный блок питания, а Дейв, руководил разгрузкой.
— Том выдели ему пару мужчин, — сказала Нева. — Всё это нужно будет таскать на высоту!
— Хорошо, — кивнул Том, окидывая взглядом груды оборудования. — Кого-нибудь покрепче освобожу.
— Дейв, — спросила она. — С чего начнешь?
Инженер оживился еще больше.
— Арес мне сказала! У вас тут есть телевышка, на северо-востоке города. Она дала мне высоту и угол наклона! Если я смогу поднять туда передатчик и настроить антенну... — он с жаром принялся объяснять, размахивая руками, сыпля техническими терминами.
Нева слушала, глядя на него с легким удивлением. "Наверное, Дейв раньше любил свою работу", — мелькнуло у нее в голове. С каким энтузиазмом он рассказывает, будто вокруг не руины, а современная лаборатория.
— Дейв, — снова остановила она его. — Успеешь к нашему возвращению? Мы уходим дня на три-четыре.
— Уложусь! — уверенно бодрился инженер, но потом его взгляд стал более серьезным. — Если помощь будет, конечно. Двоих мужчин... мало будет. Нужно таскать, страховать, ставить...
— Хорошо, — Нева махнула рукой, давая добро. — Бери еще. Сколько нужно помощников — бери. Скажешь Тому. Главное — чтобы к нашему возвращению здесь что-то уже работало.
Она развернулась и пошла прочь, оставив Дейва в его стихии — среди проводов, схем и грез о налаживании связи. У нее же были свои, более приземленные заботы. Нужно было показать доктору Меррику госпиталь. И постараться выкроить хотя бы несколько часов для сна перед рассветом, который мог стать для кого-то из них последним.
Доктор Меррик вышел из дверей особняка, его силуэт вырисовывался в сгущающихся сумерках. Он направился к джипу, где Нева, перебросив пару слов с Вилли, уже заводила двигатель.
— Доктор Беннет? — окликнул он, подходя.
— Садись, прокатимся, — кивнула она.
Он устроился на сиденье, и Нева медленно тронулась, подъехав к главным воротам. Часовой спрыгнул с вышки и отодвинул тяжелую металлическую конструкцию. Они выехали за пределы относительного уюта и направились по темнеющим улицам Пальмонта в сторону госпиталя.
— Стивен, — сказала Нева, ломая короткое молчание. — Зови меня просто Нева.
— Хорошо, — он кивнул, глядя на проплывающие за окном мрачные картины.
— Вряд ли уж в этой жизни я буду кого-то интересовать как настоящий «доктор Беннет».
В ее голосе звучала не горечь, а констатация факта.
— Прошлое оставим в прошлом, закончила она.
Уже почти стемнело. В воздухе, смешиваясь с вездесущим запахом гари и смерти, витал аромат вареной крупы — люди тянулись к особняку на ужин. Меррик смотрел на группы мужчин, которые при свете фонариков все еще грузили на тележки последние тела, укутанные в брезент.
— Не представляю даже, как вы смогли с этим справиться, — тихо, больше самому себе, произнес он. — В бункере… безопасно. Стерильно. Зря ты не приняла тогда приглашение Ливии.
Нева крепче сжала руль, ее глаза были прикованы к дороге, очертания которой терялись в темноте.
— Стивен, в бункере нет будущего. Может, на наш век и хватит той тушенки да зелени с гидропоники. А дети? Они потом, запертые в бетонной коробке, с голоду помрут, когда запасы кончатся. Или их психика сломается, когда прийдется его покинуть. Надо тут, наверху, вернуть хоть тень прошлой жизни. Хоть призрачный шанс, что все это, — она сделала резкий жест рукой, охватывая и дым, и разруху, и темные фигуры людей, — не напрасно.
Они подъехали к зданию госпиталя и вышли в колючую ноябрьскую темноту. Нева молча подошла к двери, вставила ключ и сняла тяжелую металлическую цепь с массивным висячим замком, обвивавшую дверные ручки. Без лишних движений она бросила ее на землю у порога, где железо глухо звякнуло о каменные ступени. Толкнув тяжелую дверь, она вошла первой,
