птичку.
— Проще простого, — сказала она.
Ворон захлопал крыльями и поднялся в воздух с ее плеча. Каркнув напоследок еще раз, он удалился и скрылся где-то под сводами Волшебного леса.
— Ну и какой норматив мы будем сдавать на этот раз? — спросила она.
— Что-нибудь придумаем.
Глава 3
Разумеется, я знал, что никакая она не дриада.
Разумеется, она знала, что я давно уже не преподаватель физкультуры. Но здесь и сейчас это не имело никакого значения.
После третьего сданного норматива я вытянулся на траве и закурил сигарету.
— Куда пойдешь? — спросила она. — Снова нести возмездие?
— Нет, — сказал я. — Ну, может быть, позже, но это не по работе. Это личное.
— Война?
— Сначала — переговоры, — сказал я. — А дальше уж как получится.
— О, эти легендарные переговоры…
— Нет, без шуток, — сказал я.
Она наткнулась на меня в лесу, когда я долго и мучительно регенерировал. Спросила, не нужна ли мне помощь. Я тогда ответил, что вроде бы неплохо справляюсь и сам, помахал ей обрубком ноги и поинтересовался, кто она такая.
Она представилась дриадой, и черный ворон, сидящий на плече, подтвердил ее слова карканьем. Раз уж она так удачно здесь оказалась, я попросил ее принести воды, и вместо этого она напоила меня вином. Кое-кто более подозрительный и неусыпный, чем я, мог бы заметить, что не слишком благоразумно пить вино из рук странной женщины, встреченной в глухом лесу где-то на задворках игровых миров, но в моем положении привередничать смысла не было. Да и потом, если бы она хотела меня добить, это можно было бы сделать и без яда.
По непонятным мне причинам регенерация шла тяжело и куда медленнее обычного, и она осталась рядом, потому что ей было интересно, чем все это закончится и с чего все это началось.
Делать все равно было нечего, и я рассказал.
И она тоже много чего рассказала. В частности, что любит гулять в этом лесу в промежутках между основными своими обязанностями. Ну чем не дриада?
Разве что дриады не охотятся на оленей, тупо догоняя их на бегу и сворачивая им шеи.
С другой стороны, это же Система, чтоб ее. Как им еще качаться?
— Но война же будет? — спросила она.
— Обязательно будет какая-нибудь война, — согласился я. — Но войны, на которых я дерусь, не похожи на те, к которым ты привыкла. Как правило, на них нет двух армий, честно и без затей пытающихся вырезать друг друга.
— Но ведь это и есть самый честный способ, — сказала она.
— Поэтому мои враги им и не пользуются, — сказал я.
— Жаль, — сказала она. — А то я могла бы к тебе присоединиться. Воодушевить твоих воинов, поселить ужас в сердцах врагов, может быть, добыть пару черепов для коллекции…
— Ты на самом деле коллекционируешь черепа?
Она пожала плечами.
— Только забавные.
С другой стороны, а чего я хотел? Встретить нормальную женщину и обустроить быт? Уходить на работу в девять утра, проламывать черепа до шести вечера, а потом возвращаться домой и рассказывать, как прошел мой день? Она сбежит через неделю. А если не сбежит, то еще через неделю сбегу я сам.
Мирная спокойная жизнь казалась чем-то далеким и почти нереальным. Если уж ты встал на тропу войны и шел по ней довольно долго, черта с два у тебя получится так просто с нее сойти. А потом обязательно найдется кто-нибудь, кто затащит тебя обратно. Новый враг, старый враг, случайное стечение обстоятельств… Какой-нибудь мерзавец влезет в твой дом, угонит твою машину, застрелит твою собаку, и потом тебе придется несколько месяцев топить всех этих ублюдков в крови…
Поэтому, лучше так.
Я докурил сигарету.
— Попробуем улучшить результат?
— Не сегодня, — сказала она, присела на валун и принялась надевать доспехи. — Я уже слышу звук рога.
— Я ничего не слышу.
— Неудивительно, — сказала она. — Призывают-то меня.
— Да и пусть призывают, — сказал я. Меня постоянно кто-то призывает, делов-то…
— Этот народ важен для меня, я должна откликнуться, — сказала она, и в каждой ее руке появилось по тяжелому копью, а ворон вернулся и сел на ее плечо. — Когда закончишь свои дела, возвращайся сюда. Я часто здесь бываю, а если мы не встретимся, то я оставлю для тебя весточку.
— Да, конечно, — сказал я.
— Удачи тебе в твоей мести.
— Удачи тебе в твоей войне.
Она открыла портал (божественный, значит, не врет насчет призыва) и шагнула на поле будущей битвы, чтобы воодушевлять одних воинов и вселять страх в сердца других. И заодно присмотреть пару забавных черепов для своей коллекции.
Такая работа.
Я закурил еще одну сигарету и только сейчаса сообразил, что дворец Кевина закрыт для обычной телепортации, а персональный свиток-приглашение у меня вытащил чертов покойный недомерок. Да и в целом у меня по инвентарю гуляют такие сквозняки, что хомяк с жабой, будь они у меня в принципе, могли бы простудиться и воспаление легких себе заработать.
А для того, чтобы использовать божественные порталы, нужно какое-то обоснование.
Ладно, поищем.
Я открыл вкладу божественных призывов (их было дофигища, как обычно), сгруппировал мольбы по локациям (все равно дофигища) и выбрал Темную Империю, область поближе к столице.
Призывов стало значительно меньше. Либо в империи у Кевина царил порядок, либо его подданные привыкли улаживать такие вопросы в личном, так сказать, порядке, без привлечения стороннего специалиста.
Остается только порадоваться и похвалить их за такую сознательность.
Но заказы, конечно, все равно были, пусть и в куда меньших количествах, чем в целом по Системе. Большая часть, разумеется, призывала меня кроваво отомстить самому Кевину, но это и логично. Если ты стоишь выше всех, большинство шишек валится на твою голову. Тут указ кому-то не понравился, там закон кого-то против шерсти погладил, а здесь, может быть, дочку метили за одного из сыновей выдать, а он, стервец такой, в другую сторону посмотрел… А кто виноват? Разумеется, отец.
Вот это все я, конечно, проигнорировал.
Я всегда такое игнорирую, даже если речь и не о Кевине идет.
Убивать правителей по таким мотивам — занятие довольно бессмысленное и ни к чему не приводящее. Следующий все равно не будет слишком сильно отличаться, и за первые же месяцы правления соберет такое же количество жалоб. Если не большее. Просто потому что при старом-то лучше было…
А, вот это уже любопытно.
Шестнадцать заказов на одного человека. Кто же ты такой, мистер Свенсон? Серийный маньяк, безжалостный ростовщик, главарь местной банды грабителей и убийц, ближайший сподвижник Соломона Рейна, также
