отнюдь не был устлан розами, но с тех пор, как случился зомбиапокалипсис, все было… ну, не сказать, чтобы легче, но…
Я очень быстро адаптировался. Я очень быстро прокачался. Я понял правила, и также понял, что если очень надо, то правилами можно пренебречь.
Я шел к своей цели напролом, и когда цель изменилась, моя манера игры осталась прежней. Не думаю, что он специально делал какие-то закладки в моем билде, ведь самую главную закладку он сделал с самого начала.
Генетика.
— Так ты озвучишь вопрос? — спросил он.
Значил ли я для него хоть что-нибудь, как… я? Или с самого начала был всего лишь удобным инструментом для изменения мира, который он помогал создавать и который в какой-то момент показался ему неправильным?
Я не был уверен, что я на самом деле хочу это знать.
— Нет, — сказал я.
— Да, — сказал он.
— Что “да”?
— Ты можешь мне не поверить, — сказал Рейден. — Но все это было настоящим.
Детство.
Мама… Сильный и суровый отец…
— Если бы мне были нужны исключительно средства для достижения целей, у тебя была бы целая куча братьев, — сказал Рейден.
— А, ну да, — сказал я. — Конечно.
Мы развернулись и пошли в обратном направлении. Все так же вдоль линии прибоя, все так же по песку.
— И снова нужно сделать что-то с этим неловким молчанием, — заметил Рейден. — Кстати, что это за тип там гуляет по пляжу с потерянным видом?
— Админское зрение тебе не подсказывает?
— Я же не использую его двадцать четыре часа в сутки.
— Ясно, — сказал я. — Это Кевин.
— Тот самый?
— Нет, — сказал я. — Просто похож.
Глава 20
Видимо, костер на пляже был личной инициативой Магистра, потому что после того, как он ушел, подбрасывать в него перестали, и к моему возвращению он уже не ревел, как дикий зверь, и пламя не вздымалось к небесам, а вместо буйства огня обнаружились лишь потрескивающие угли, слабо светящиеся в зарождающемся рассвете.
Так оно часто случается. Стоит главному идеологу покинуть основанное им движение, как оно постепенно рассыпается на куски и пропадает во тьме веков.
Или в реке какой-нибудь тонет…
Гарри с Артуром не было, видимо, они ушли спать, а старая команда ждала меня, сидя в шезлонгах на веранде одного из домиков.
— Привет, физрук, — сказал Федор. — А где папа?
— Ушел, — сказал я.
— Но он хотя бы обещал вернуться?
— Я не спрашивал.
— Кевин тоже ушел, — сказал Федор. — Меч свой подобрал и ушел. Сказал, что оставляет за нами право решать, что делать с Землей и просит в дальнейшем в наши дела его не вмешивать. Думаю, больше мы его не увидим.
— Кто знает, — сказал Виталик. — Жизнь длинная, а Система хоть и огромна, но все-таки недостаточно велика. Значит, ты — сын Рейдена?
— Я сам был в шоке, когда узнал.
— А когда ты узнал?
— Чуть раньше, чем сегодня, — сказал я.
— А почему не поделился?
— Были другие дела, — сказал я. — К тому же, я не считал, что это особенно важно и что-то изменит.
— Так-то да, — согласился Виталик. — Значит, это он Элронда уработал?
— Он, — подтвердил я.
— А все остальное?
— А все остальное — не он, — сказал я. — Все остальное — это мы сами.
— Так тому и быть, — сказал Виталик. — А чего он хотел в целом? Какое ценное мнение он попытался донести до нас этим визитом?
— Полагаю, просто хотел подбодрить.
— Значит, мы все правильно делаем?
— Он этого не знает, — сказал я. — То есть, он на нашем месте сделал бы то же самое, но не может гарантировать, что это не приведет к катастрофе.
— Звучит офигеть как обнадеживающе, — сказал Виталик.
— Чем могу.
— С другой стороны, выбора-то у нас нет, — сказал Виталик. — По-другому нам Систему не переиграть.
— Увы, но тут даже я вынужден с вами согласиться, — сказал Федор. — Время работает против нас. Система не потерпит противодействия, и очередной ивент по вторжению может начаться в любой момент. Если мы хотим сохранить Землю в том виде, в котором она сейчас, иного пути нет.
— А мы сидим здесь и ни черта не делаем, — сказал Виталик. — Ты вот где шлялся полночи, Чапай?
— Гулял, — сказал я. — Надо было проветрить мозги.
— Проветрил?
— Вполне.
— Магистр пытался прорваться к точке перезапуска Земли, — как бы между прочим и совершенно будничным тоном сообщил Виталик. — Его остановили.
— Как?
— Там Гарри, — сказал Виталик. — Я его попросил.
Вот черт, а я уже почти поверил, что он сдался. Да и Рейден, видимо, ему не все способности отключил… Страшно представить, что было бы, если бы Виталик не подстраховался и не отправил туда Бордена. Все могло бы улететь в очередной откат, боевой президент пришел бы в неописуемую ярость, и… В общем, хорошо, что они об это подумали, пока я гулял.
Мне даже стало немножко стыдно.
— Жертвы были?
— Все живы, включая и самого Магистра, — сказал Виталик. — Я на прямой линии с Землей, и там все штатно, но знаешь, я предпочел бы уже начинать. Как говорится, ожидание смерти хуже самой смерти, так давайте сделаем это, черт побери.
— Давайте, — согласился я. — Где Артур?
— Дрыхнет, — сказал Виталик, поднимаясь с шезлонга. — Пойду, разбужу.
— Давай, — согласился я, занимая нагретое им место. — А потом сразу на Землю. Кто откроет портал?
— Я и открою, — сказал Виталик и ушел.
Федор поерзал на своем шезлонге.
— Сын Рейдена, значит?
— Ну, как оказалось.
— И каково это?
— Понятия не имею, — сказал я. — Отец, как отец. Плюс-минус. В детстве мне и в голове не могло прийти, что он не такой, как другие родители.
— Да, в детстве все намного проще, — сказал Федор. — Вот помню… впрочем, неважно.
Он замялся, но я видел, что он хочет о чем-то спросить. Очень хочет, но не знает, как вообще завести об этом разговор. И я решил немного ему помочь.
— Ну? — немного помог я.
— Как ты вернулся? — выпалил он. — Как ты вернулся на самом деле?
— Давай сначала уточним, про который раз ты говоришь.
— Про последний, — сказал он. — Как ты вернулся из космоса, если скаут Архитекторов прилетел без тебя?
— То есть, в историю с кораблем Чужих ты не веришь?
— Ну, не очень, — сказал он. — Но если ты не хочешь об этом говорить, или если это какой-то секрет, то я постараюсь понять и принять, но, сам понимаешь…
— Ты все еще думаешь, что вернулся не я?
— Нет, — сказал он. — То, что ты — это ты, не вызывает у меня сомнений. Но… технические подробности не дают мне покоя.
Я не
