проверить, Ваше Величество. Способен ли порядок сохранить форму, когда сталкивается не с послушанием, а с живой переменной.
Проекция погасла.
НАСТОЯЩЕЕЗейнарец стоял у панели наблюдения, глядя на шахту лифта. На голограмме всё выглядело допустимо: локальный сбой, краткая остановка, отклонение в пределах управляемого сценария. Небольшой стресс-тест. Не более.Но через секунду линии на панели дёрнулись и ушли в красную зону.
[ ПЕРЕГРУЗКА ПРОТОКОЛОВНАРУШЕНИЕ АЛГОРИТМОВ БЕЗОПАСНОСТИ ]
Его взгляд стал жёстче. Пальцы быстро пробежали по интерфейсу. Ответа не было.На экране вспыхнуло новое предупреждение:
[ НАРУШЕНИЕ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТИРИСК МЕХАНИЧЕСКОЙ ДЕСТАБИЛИЗАЦИИ]
Мей’Тарин замер лишь на долю секунды.Это уже не было частью его сценария. Лифт в шахте дёрнулся. Металл отозвался протяжным, неприятным скрежетом. Он тут же ввёл обходной код, пытаясь вернуть системе базовый приоритет, но интерфейс оттолкнул команду, словно доступ уже принадлежал кому-то другому.
Чужая работа. Точная. Аккуратная. Без демонстративности.
За его спиной раздался голос:— Ты потерял контроль, Эра’Лай?
Келар стоял в проходе, напряжённый, слишком быстрый для своей обычной холодной манеры. Его взгляд сразу ушёл к панели. Мей’Тарин не обернулся сразу.
— Это не мой код.— Система ускоряет кабину, — отрезал Келар, делая шаг ближе. — Мне безразлично, чей именно это код.
На голограмме вспыхнули новые данные: отключение стабилизаторов, провал резервной последовательности, рост нагрузки на направляющие. Мей’Тарин снова попытался войти в ядро управления. Пусто.Команды не проходили.
— Кто-то не просто вмешался, — произнёс он уже тише. — Кто-то знал, куда бить.
— Тогда прекрати смотреть и начни исправлять, — резко бросил Келар.
На секунду между ними повисло напряжение, острое и почти личное. Потом на панели вспыхнул отклик:
[ РЕЗЕРВНЫЕ ПРОТОКОЛЫ ВОССТАНОВЛЕНЫСТАБИЛИЗАЦИЯ СИСТЕМЫ ] Мей’Тарин выдохнул, но не расслабился. Лифт ещё держался, однако это уже было не его управление. Кто-то вошёл в систему раньше, глубже и жёстче, чем он рассчитывал.
— Это было предупреждение, — произнёс он наконец.Келар резко повернул голову:— Кому?
На губах Мей’Тарина появилась короткая, почти бесцветная улыбка.— Тому, кто решил, что всё ещё понимает пределы этой станции.Он сделал шаг к выходу, но у самой двери остановился.— Выясни, кто перехватил контур, прежде чем искать виноватого среди очевидных, Артер, иначе в следующий раз мы оба будем смотреть на обломки.И, не добавив больше ни слова, вышел.
Келар не дожидаясь поддержки рванулся вниз по коридору, его серебристо-голубая кожа отражала тревожный свет аварийных сигналов.
"Эра Лай и его игры," — мысленно выругался он, перепрыгивая через ступеньки винтовой лестницы, ведущей лифтам, где застрял его будущий проект.
Кабина лифта находилась на грани, и Келар знал: если он не вмешается, система резервного торможения просто не сработает. "Эти протоколы должны быть неуязвимыми! Кто осмелился их сломать?"
На подходе к шахтам лифта он увидел Карриса и Шерраса студентов другой кафедры. Его взгляд устремился к центральной панели, которая мигала тревожными сигналами.
— Время на исходе, — бросил он, глядя на Карриса. — Резервные протоколы не активировать, они падут до самого дна шахты.
— Слабое утешение для тех кто внутри лифта, — отозвался Каррис с лёгкой насмешкой, но в его голосе чувствовалось напряжение.
— Если ты не хочешь сотрудничать, я сделаю это сам, — сказал Келлар, срывая защитный экран с панели. Пусть кабина на дисплее замедлилась, но опасность была на грани.
— Ещё немного, — заметил Келар, его пальцы уверенно двигались по интерфейсу. — Если удастся распределить нагрузку, нам удастся быстро вытащить их.
— Следите за магнитами! — рявкнул студентам Келар, его голос был резким. Каррис активировал ручной переключатель, и стал следить как перераспределяя напряжение по направляющим.
— Если это был ты, Мей’Тарин, я сделаю всё, чтобы ты за это ответил, — мысленно проклял зейнарца приу.
Он вытер пот со лба, и взглянул на мигающие линии данных. Они всё ещё сигнализировали о чужеродном вмешательстве. Затем развернулся к внутренней камере наблюдения, его лицо было искажено смесью злости и усталости.
Келар запустил сканирование кода, его глаза метались по строкам данных. Тем временем Шеррас заметил глядя на дисплей.
— Держится, — сказал он. — Но это было чертовски близко.
Келар бросил на голографический дисплей прощальный взгляд, где отображалась стабилизированная кабина.
— А теперь спускаем их вручную. И начинаем искать того, кто решился на такую игру.
***
Эльвира чувствовала, как кабина вновь начала двигаться, но на этот раз рывки были более плавными. Голос студента звучал приглушённо, словно через плотный туман:
— Они нас вытаскивают! Ты слышишь? Мы спасены!
Она кивнула, хотя каждое движение причиняло мучительную боль. Пока их шатало в кабине как в центрифуге она успела удариться головой и пораниться. Веки стали тяжёлыми, но она заставила себя оставаться в сознании. Стиснув зубы, она мысленно повторяла, что должна продержаться.
Наконец-то двери открылись с громким шипением. Свет ворвался в кабину, и Эльвира зажмурилась. Мастер Келар, братья вирассы Каррис, и Шеррасс и ещё пара студентов — встретили их тревожными взглядами.
— Медик! — выкрикнул Келар, глядя на окровавленную Эльвиру. — Немедленно!
Эльвира пыталась подняться, но её ноги дрожали, и она снова осела на пол.
— Не сейчас, — прохрипела она, но её голос был слишком слабым.
Келар нагнулся, чтобы помочь ей встать. Его лицо оставалось серьёзным, но в глазах на миг вспыхнуло притворное участие.
— Ты выдержала, — сказал он коротко, почти сдержанно.
Она посмотрела на него сквозь пелену боли и слабости. В её взгляде всё ещё читалась скепсис в отношении своей выносливости.
— Конечно, выдержала, — прошептала она, прежде чем позволить себе наконец расслабиться. Её сознание погрузилось в темноту.
***
Я чувствовала слабость и тяжесть в голове, как будто мой разум пытались вытянуть из глубокой трясины. Всё вокруг размывалось: свет, звуки, тени. Постепенно ощущения начали возвращаться. Чужие голоса, гулкие и приглушённые, резали тишину. Холодная поверхность под спиной подсказывала, что тельце мое точно не находится в мягкой постельке, а запястья что-то сдавливало.
Резко открыла глаза. Яркий свет заставил зажмуриться, но через мгновение разглядела лица учёных в белоснежных одеждах, склонившихся надо мной. Один из них начал снимать с моей головы массивный шлем с подключёнными кабелями.
— Где я? — выдохнула, ощущая лёгкую дезориентацию. Голос прозвучал слабым, едва узнаваемым.
Учёный взглянул на меня равнодушно, его лицо оставалось бесстрастным.
— В медицинском корпусе Академии, — ответил он ровным тоном. — Ты только что прошла стресс-тест в симуляторе.
Я нахмурилась, взгляд метнулся в сторону. Комната была стерильной, освещённой ровным голубоватым светом, который подчеркивал блеск металлических панелей. Что напомнило о
