— Интересная у людей жизнь, — сказал Гарри.
— Как будто у тебя не такая, — сказал Магистр.
— Такая, — вздохнул Гарри. — Но это не радость моя, а боль. Я, знаете ли, человек достаточно скучный и не люблю все эти приключения. И в особенности я не люблю насилие. Я, можно сказать, пацифист. К сожалению, не практикующий.
— Для человека, неприемлющего насилие, ты слишком легко его творишь, — сказал Магистр.
— Само как-то выходит, — сказал Гарри. — У людей бывает физиологическая предрасположенность к чему-то, чего они разумом, может быть, и не очень хотят.
— Напомни мне, — попросил Магистр. — До того, как Система пришла на Землю, ты был садовником или пекарем?
— Долг перед страной и королевой позвал меня на государственную службу, — сказал Гарри. — Но в душе, где-то очень глубоко, я хотел совсем не этого.
— А чего же ты хотел?
— Не знаю, — сказал Гарри. — Маленький сад, скромный домик с красной крышей где-нибудь в сельской местности. Тишина, покой и немного пива.
— Это скучно, — сказал Магистр. — Я пробовал.
— Может быть, — сказал Гарри. — Но я-то не пробовал.
— Ты начнешь выть от тоски уже через неделю, — сказал Магистр.
Гарри промолчал.
— Знаешь, в чем твоя проблема? — спросил Магистр.
— В количестве людей, которые хотят рассказать мне о ней.
— Твоя проблема в том, что ты сам себя не понимаешь, — заявил Магистр. — Ты для себя просто очередной незнакомец.
— А ты, значит, читаешь меня, как открытую книгу?
— Я давно живу, — сказал Магистр. — И я знаю, как играть в эту игру. Система обнажает истинную сущность людей, смывая с них все наносное. И если бы ты на самом деле хотел быть садовником, пекарем или плотником, или вообще крестьянином каким-нибудь, то за последний год ты бы сделал хотя бы один шаг в этом направлении. Но вместо этого ты качал совсем другие навыки и стал самым эффективным убийцей Игры. И это не потому что такая игра, ведь игра для всех разная. Это потому что ты такой.
— Расскажи о вариативности прохождения тем, кого в первые часы сожрали зомби, — сказал Гарри. — Или тем, кто сам стал зомби. По какому, кстати, принципу Система решала их судьбу?
— Рандомно, — сказал Магистр. — Согласен, в первые дни все озабочены лишь вопросами выживания. Но потом, тем более, после того, как ты получил доступ в другие игровые миры, перед тобой были открыты любые дороги. А ты все равно пошел по привычной.
— Если ты находишься во враждебной среде, самое безопасное место в ней — на вершине пищевой цепочки, — сказал Гарри.
— Это рассуждения хищника, — сказал Магистр. — пусть даже в душе ему нравится думать, что он травоядный.
— А, пустое, — сказал Гарри. — Вы построили новый дивный мир по образу и подобию своему, и понятное дело, что ты будешь всячески его защищать, как практически, от очередного Пожирателя, например, так и на идеологическим фронте. Легко бросить человека в яму с крокодилами, а потом рассуждать о том, как он неэлегантно выгребает.
— Ты все-таки хочешь подраться, — уточнил Магистр.
— Хочу, — не стал отрицать Гарри. — Но я еще окончательно не определился, насколько мне это надо.
— Когда мы закончим с Пожирателем Миров, я к твоим услугам, — сказал Магистр. — Честный бой, нечестный бой, уличная драка без правил, как хочешь.
— Я обязательно извещу тебя, когда решу начать, — заверил его Гарри.
Магистр уселся в кресло и снова сделал корабль видимым. Окружающий их космос исчез.
— Может быть, лучше я поведу, Мессир? — спросил Брюс.
— Да, точно, — сказал Магистр и освободил монаху место пилота. — Я уже говорил, что слишком стар для всего этого?
— Дважды, — сказал Гарри. — Но если бы я был тобой, то уже обвинил бы тебя в том, что ты тоже прикидываешься.
— Когда ты живешь так долго, с каждым годом все труднее находить то, что может пробудить интерес к жизни, — сказал Магистр. — Ладно, хватит всего этого. Верни нас в Систему, Брюс. Нам нужно будет отыскать физрука и сесть ему на воображаемый хвост.
— Насколько это будет сложно? — спросил Гарри.
— Отыскать физрука? — удивился Магистр. — Вообще не сложно. Я же на него метку поставил.
— Ты на всех своих знакомых метки ставишь?
— Конечно, — сказал Магистр. — Иначе как их потом искать?
Брюс устроился в кресле пилота, надвинул на лицо визор и положил руки на управляющие джойстики, когда Гарри пришло очередное Системное уведомление. Судя по тому, что никто больше не дернулся и даже бровью не повел, его спутники такое сообщение не получали.
Оно было достаточно коротким и извещало Гарри о том, что он больше не на вершине пищевой цепочки.
— Похоже, что наш общий знакомый, на воображаемый хвост которого вы решили присесть, завалил что-то эпическое, — сказал Гарри. — А может быть, даже и легендарное.
— То есть?
— Физрук теперь номер один в рейтинге, — сказал Гарри.
— И что ты по этому поводу чувствуешь? — спросил Магистр. — Расстроен? Хочешь об этом поговорить?
Гарри пожал плечами.
— На самом деле, мне плевать, — сказал он. — Тебе ли не знать, что эти ваши рейтинги реальной картины не предоставляют. Вас двоих в них вообще нет.
— Предоставляют, — сказал Магистр. — Но не в полной мере, конечно. Итак, судя по Modus operandi нашего друга и тому, сколько в мире вообще есть эпических созданий, за убийство которых отсыпают подобное количество эскпы, мы можем сделать вывод, что альвионский эксперимент Системы закончен. Впрочем, это казалось мне неизбежным с самого начала. Физрук — парень очень дотошный, и я не сомневался что теперь, когда он думает, что игра подходит к концу, он не обойдет Альвион своим вниманием.
— В чем была суть эксперимента? — поинтересовался Гарри.
— Теперь уже не важно, — сказал Магистр. — Несколько веков научных наблюдений коту под хвост только потому, что у кого-то сильно зачесалась бита. Но на самом деле, мне ни чуточки не жаль, эта идея с самого начала казалась мне неудачной.
— По крайней мере, физрук не сидит без дела, — сказал Гарри. — Хотя я и не вполне понимаю, как то, что он делает сейчас, связано с тем, что он собирается сделать.
— Никак не связано, — заверил его Магистр. — Он просто подчищает хвосты. Убирает за собой, так сказать. Расставляет точки над i. Тащи нас обратно в игровые миры, Брюс. И поскорее, пока там еще хоть что-то осталось.
Гарри уселся в кресло, потянулся было в инвентарь за сигаретой, но вовремя вспомнил, что вот-вот должны начаться перегрузки. Так что он просто закрыл глаза и перед его внутренним взором тут же возник небольшой залитый солнечными лучами домик в сельской местности.
Крыша у домика была красной, а вокруг него был разбит небольшой, но очень ухоженный сад.
Над печной трубой вился дымок.
Глава 13
На место встречи я прибыл первым, но в этом не было ничего странного, ведь меня подгоняли постоянно пытавшиеся меня убить терминаторы, мир их праху, а у моих друзей таких проблем не было.
По крайней мере, я на это надеялся.
Виталик пока еще не набрал прежние уровни, позволяющие ему справляться с любого рода угрозами, а Федор… Ну, не знаю. Может, он уже и стал почти крутым магом, экспертом в школе огня, способном зажарить зайца на ходу и так же на ходу его и сожрать, но для меня он все еще оставался тем самым Федором, ныкающимся от зомби в своей серверной, и я по-прежнему не мог воспринимать его, как серьезную боевую единицу. Федоры Сумкины — они ведь не для того, чтобы головы кому-то проламывать, для этих задач природа создала нас с Виталиком. Федоры — они для другого.
Встречу мы назначили в обычной придорожной таверне в мире, выбранной нами методом научного тыка в карту мира, в котором никто из нас раньше не бывал. Главным достоинством этого места была решительная невозможность просчитать его на основе наших предыдущих перемещений, а неплохое на вкус пиво стало лишь приятным бонусом.
Угостив себя второй кружкой этого бонуса, я таки заказал у трактирщика еще и поесть и, в ожидании заказа, погрузился в свой виртуальный интерфейс на предмет разбросать внезапно появившиеся свободные очки характеристик. И тут возник некоторый затык.
