– Яньгэ, – попытался оправдаться Лэн Юнгань, напоминая провинившегося щенка.
– Нет, даже слушать не буду, – подняла Вай Яньгэ руки. – Я услышала все, что хотела. Сяо-эр, пойдем.
Бросив торжествующий взгляд на главу Ганшаня, Вэнь Шаньяо поспешил к госпоже Вай и позволил увести себя из кабинета. Она шла медленно, спрятав руки в широких рукавах, недовольно хмурясь и поджимая губы.
– Госпожа Вай…
– Здесь нет твоей вины, – перебила его Вай Яньгэ. – Юнгань всегда очень подозрителен к новым людям, особенно если это касается Шуана. Прошу, не принимай его слова близко к сердцу: он боится за сына и не знает, как это показать иначе.
Она вздохнула, с печальной улыбкой взглянув на Вэнь Шаньяо.
– Я рада, что ты справилась. Шуан уже вернулся – к счастью, он не пострадал.
– Я могу с ним встретиться? – тут же встрепенулся Вэнь Шаньяо.
– Не сейчас, – качнула головой Вай Яньгэ. – Нам нужно закончить церемонию, пока кое-кто вновь не взбунтовался.
Женщина вела его по длинным запутанным коридорам к дверям из толстого хрусталя с вырезанными волками. Прикоснувшись к ним и раскрыв их, Вай Яньгэ повернулась к Вэнь Шаньяо, взяв его за руки.
– Я верю, что Шуан в надежных руках. Береги его вместо Юнганя и меня.
– Я не дам ему пострадать, – пообещал Вэнь Шаньяо.
Кивнув, Вай Яньгэ отвернулась и, слегка прихрамывая, отошла назад. В ее глазах было столько тепла, что оно могло растопить вечный лед Севера.
Лэн Шуан и правда глупец, раз не замечает заботы Вай Яньгэ. Она относится к нему, как к собственному сыну, беспокоясь даже больше, чем о Вай Сянцзы. Невольно Вэнь Шаньяо даже почувствовал укол зависти: заботились ли о нем с сестрой так же их родители?
Вэнь Шаньяо вдруг понял, отчего запах ягод от Вай Яньгэ ему кажется знакомым. Так вот как все было на самом деле.
Отвернувшись, Вэнь Шаньяо вошел в плавно спускающийся коридор, озаренный голубым свечением. Он должен был вести к сердцу Ганшаня с запертым там ребенком Хаоса – с Кушэн, которая лила свои слезы, создавая ледяные реки.
Чем ниже Вэнь Шаньяо спускался, тем холоднее становилось. Укутавшись в плащ, он быстрым шагом шел вперед, пытаясь выкинуть из головы предполагаемую реакцию госпожи Вай, если та узнает о нем чуть больше.
Впереди забрезжил слабый белый свет, являя высокую фигуру волка, его сверкающие в волосах кольца и серебряные узоры на одежде и сапогах.
– Шуан! – сорвался на бег Вэнь Шаньяо.
– Не думал, что ты будешь так рад видеть меня, – рассмеялся волк.
– Удачно прошла охота? – отстранившись, поинтересовался Вэнь Шаньяо.
– Да, но слышал, тебе знатно на ней досталось.
– Ничего, кости целы. Однако мне кое-кто помог, – негромко ответил Вэнь Шаньяо, внимательно смотря на волка. – Тяньгоу с красными глазами.
Лэн Шуан застыл, и его зрачки сузились до небольших точек. Он внимательно осмотрел Вэнь Шаньяо, словно тяньгоу оставила на нем свою печать.
– Я проверил, на мне ничего нет.
– Она спасла тебя… Зачем?
– Не знаю, но она не выглядела враждебно, – признался Вэнь Шаньяо. – Тяньгоу явно не собиралась меня убивать.
Лэн Шуан не ответил, покачав головой и повернувшись к толстым дверям из многовекового льда, от которого исходило мягкое сияние.
– За этими дверьми – сердце Ганшаня. Готов?
– Как мы их откроем?
В руке волка сверкнула печать из белого малахита, которой он коснулся одной из створок. Лед с тихим треском разошелся, приняв ключ. По ту сторону раздался грохот, с которым открываются старые задвижки.
Одновременно с волком Вэнь Шаньяо толкнул двери и вошел в просторную пещеру со старым деревом, покрытым у вершины коркой льда, из которого образовывались ветки и прозрачные листья, сверкающие изнутри белым светом.
Дерево оказалось полым, и внутри него, скованная толстыми цепями, томилась телесная оболочка Кушэн. Из запертых детей Хаоса это была его единственная дочь. Она так долго находилась в заточении, что ее кожа стала серой и у ног и бедер покрылась толстым слоем льда. Губы и глаза были зашиты железными нитками, однако с ресниц все равно срывались черные слезы и, стекая по лицу, падали в щели в стволе дерева и убегали в подземные реки, что никогда не замерзали.
Тяжелые цепи опутывали тело Кушэн; надежно вбитые в стены, они не давали ей даже пошевелиться.
– Как же долго мы пытались до нее добраться, – невольно вздохнул Вэнь Шаньяо.
– Жалеешь, что мы прошли через все?
– Нет, ничуть.
– Почему вы зашили ей рот? – кивнув на Кушэн, поинтересовался Вэнь Шаньяо.
– Ее голос способен подчинить себе людей. Услышишь пение Кушэн, и ты в ее власти. Только закрыв ее пасть, можно прийти в себя.
Вэнь Шаньяо с пониманием кивнул, указав на лицо демона:
– Тогда у нас не очень приятные новости: ее нитки порваны.
Стоило ему это произнести, как волк застыл, а на его скулах заиграли желваки. Достав Шуайцзяо и встав на него, Лэн Шуан потянул к себе Вэнь Шаньяо, и они медленно поднялись наверх.
Железные нити толщиной с палец были покрыты льдом, однако у правого уголка не хватало одного шва.
– Когда…
– Они уже тут, – прошептал Вэнь Шаньяо. – Паразиты в клане.
– Нет, мы бы их…
– Как? Они ведут себя так же, как и прежде, а тварь внутри них не дает телам разлагаться. Шуайцзяо не почувствует Паразитов, так что понять, кого подменили, мы не сможем.
Лэн Шуан выругался, опустив их на землю и спрятав меч.
– И что будем делать? Оставлять все как есть – нельзя. Если Паразиты доберутся до отца или освободят Кушэн… – в ужасе прошептал волк, запустив металлические пальцы в волосы.
– Рано еще для паники, – поспешил успокоить его Вэнь Шаньяо. – То, что Паразиты проникнут в Ганшань, было лишь вопросом времени, – они отвлекали нас и не давали надолго задерживаться здесь.
Сев прямо на пол, Вэнь Шаньяо жестом приказал волку опуститься рядом, создав печать на случай, если их подслушивают.
– И что ты придумал?
– Это тебе не понравится, – улыбнулся Вэнь Шаньяо, – но, обещаю, будет весело.
– Не сомневаюсь, – мрачно ответил волк.
* * *
Тепло приятно обволакивало тело. Завернувшись в меха, Вэнь Шаньяо совершенно не хотел просыпаться, готовый не двигаться добрую сотню лет. Если Цзинь Хуэй лежал на столь же удобной кровати, то ясно, почему он до сих пор спал.
– Лао Вэнь, – раздался голос над головой.
С трудом приоткрыв глаза, Вэнь Шаньяо прищурился, стоило чужим мозолистым пальцам убрать волосы с его лица.
– Ты снова куда-то уходишь? – с трудом шевеля языком, пробормотал Вэнь Шаньяо.
– Нужно поговорить с отцом.
Вэнь Шаньяо проворчал:
– Сбегаешь, как трус.
– Укоротить бы тебе язык.
Вэнь Шаньяо не сдержал смешка, показав ему кончик языка.
– Попробуй.
Полежав после ухода волка еще немного, Вэнь Шаньяо с неохотой поднялся. Нужно было перекусить и найти кое-кого, чтобы начать воплощать их план.
Позавтракав в небольшом зале, не обращая внимания на взгляды в свою сторону, Вэнь Шаньяо приступил к поискам. Он обошел несколько залов, прежде чем найти госпожу Вай в одной из кладовых. Та пересчитывала мешки с крупами, записывая их в тетрадь угольным карандашом.
– Госпожа Вай.
– Сяо-эр, – улыбнулась ему женщина. – Что-то случилось? Юнгань снова угрожал тебе?
– Нет-нет, он тут ни при чем. Я хотела бы с вами поговорить.
Облегченно вздохнув, Вай Яньгэ кивнула.
– Вчера я заметила, что вы прихрамываете, – с наигранным беспокойством произнес Вэнь Шаньяо.
– Неудачно подвернула ногу, – отмахнулась Вай Яньгэ. – Все уже в порядке, такое часто бывает. Не переживай обо мне: все же я выросла на Севере и такие мелочи привыкла не замечать.
– Хорошо, – с облегчением выдохнул Вэнь Шаньяо. – Когда я была на охоте, кое-что произошло.
Вай Яньгэ с интересом взглянула на него, сжав карандаш чуть сильнее.
– Я думала, что тяньгоу обходят заклинателей стороной, но одна из них спасла меня.
