Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 126
Виор снова смотрит на меня, но на этот раз за безбрежной зеленью её глаз ощущается мощь незаурядного интеллекта, который наконец-то начинают приводить в действие.
— Я не такая, как ты. Нет больше таких, как ты. Ты не сметаешь препятствия со своего пути, как Даратея, не заставляешь других убирать их за тебя, как Раниэль-Атеро, не обходишь их и не игнорируешь… Ты просто… оказываешься на другой стороне, и как-то вдруг получается, что препятствия и не препятствия вовсе, а удобный трамплин для следующего старта.
Не могу не усмехнуться: вот так определение моего стиля работы с неприятностями. Слышали бы её сейчас умники из Конклава Эйхаррона!
— Ты только что дала классическое определение деятельности любой вене, дорогая.
— Но ты не любая вене! Ты особенная!
— Чем? Тем, что сохранила способность к глубинному изменению и в зрелом возрасте? Это наследственность, любая Тея так может. Что ещё я могу делать, кроме как танцевать? Нет, малыш, особенная ты. Это хорошо, что тебе достанется титул наследницы.
Аррек всё-таки прав, я совершенно не вписываюсь в рамки любого общества, даже общества эль-ин.
Юная Тея шевелит ушами, пытаясь со всех сторон обдумать мои слова и мельчайшие оттенки выражений, с которыми они были сказаны. Ах, какая эль-ин из неё вырастет, если дать этому ребёнку время!
— Ты не права. Точнее, права, но не в том смысле, в каком ты думаешь.
— Что есть смысл? Что есть правда?..
— Не играй сен-образами! Ты можешь сколько угодно наслаждаться прихотливостью различных языков и философским многозначием определений, всё равно ты делаешь то, что не под силу никому другому!
— Это извинение, чтобы ничего не делать самой?
— Нет!
Прерываю её взмахом руки:
— Закончим на этом.
Всё-таки не зря я столько времени находилась рядом с арр-Вуэйном. Кое-какие навыки в общении с истеричными детьми удалось приобрести. Немного поспорили на отвлечённые темы, и — гляди-ка! — девочка пришла в себя.
Ласточкой взмываю в воздух и без всплеска вхожу в зеленоватые воды бассейна. Это, конечно, не великолепная ванна в аррском стиле, но плавать в нём — одно из величайших наслаждений моей жизни. После полётов, конечно. С удивлением замечаю, что мне не хватает высоких волн океана, ощущения смертоносной бездны под собой. Допутешествовалась. Это всё Аррек с его дурацким пристрастием к солёным лужам! Ладно, если мне так уж хочется щекотать нервы присутствием большеротых чудовищ в собственной ванне, их всегда туда можно поселить!
Доплываю до противоположного края, стремительно разворачиваюсь, несусь назад. Движения чёткие, экономные, каждый мускул совершенно точно знает, что ему делать. Да, общение с Арреком определённо не проходит для меня даром. Ныряю, в несколько гребков достигаю дна, подплываю к внешней границе бассейна. Вода удерживается силовым полем, отражение света от поверхности бассейна выглядит совершенно по-особому. Устремляюсь вверх, выскакиваю на «сушу», активизирую набор осушающих заклинаний. Виор окидывает меня странным изучающим взглядом, ну очень напоминающим взгляд Раниэля-Атеро. Аналитик до мозга костей.
— Я не очень хорошо помню, что было до Эпидемии, но мне кажется, что за это время ты здорово изменилась, тётя Антея.
— Каждое мгновение меняет нас, Виортея-тор. Это аксиома. — Называю её официальным именем, чтобы подчеркнуть — разговор вышел из плоскости личных отношений.
— Ты используешь философию как оружие, причём обоюдоострое. — Это не вопрос, она просто рассуждает вслух.
— Согласись, это хорошее оружие.
— Философия — остановка жизни, небытие смерти. Ту замирает, ты выходишь за его пределы, за свои пределы, чтобы увидеть новый смысл. Это — высокое искусство. Не стоит так просто разбрасываться им направо и налево ради забавы или сиюминутного развлечения.
— Отсюда мораль?
— Морали нет. Просто меня раздражает лёгкость, с которой ты швыряешься заученными истинами.
— Меня тоже.
Она молчит, прищурившись и наматывая на палец длинную тёмную прядь.
— Ты плаваешь очень профессионально. Не для удовольствия, а так, будто от скорости и экономичности твоих гребков может зависеть жизнь.
Хмыкаю, вспоминаю милейшего монстрика, чуть было не пообедавшего нами с Арреком в неизвестном море неизвестного мира. Да уж, стимулов для ускоренного обучения у меня хватало.
— Вообще, в каждом твоём жесте, в походке и наклоне головы чувствуется та же выверенная экономичность, грация хищника, не желающего терять даром ни одной калории. В сочетании с импульсивностью и разорванностью движений вене это производит странное впечатление. Страшное.
— Это из-за ограниченной диеты. Сложно терять лишние калории, если не знаешь, когда в следующий раз удастся поесть.
— Знаешь, некоторые твои сен-образы не понимает даже Раниэль-Атеро.
Вот это заставляет меня замереть. В недоумении дёргаю правым ухом.
— Трудно поверить. Мои сен-образы — примитивные детские рисунки, наборы галочек и кружочков, не лишённые, правда, очарования. А принц-консорт Раниэль-Атеро может расшифровать любую информацию, он в этом лучший из лучших. Ты ошибаешься.
— Нет.
Внимательно разглядываю загадочно щурящегося аналитика. Моё новообретённое многогранное видение расщепляет образ, тысячи оттенков воспринимаемого складываются в тысячи смысловых узоров, чтобы тут же рассыпаться и сложиться в новые. Это азбука, это первая ступень обучения любого аналитика. Вот только я как-то умудряюсь воспринимать все точки зрения одновременно, сливая их в своём восприятии в целостную, непротиворечивую картину, не проводя границы между окружающим миром и собственным существом. Удивительное состояние, такое простое и столь естественное, что не могу не удивляться своей прошлой слепоте.
Она пытается произвести в моём сознании сдвиг. Надо признать, она преуспела. Только вот что же во мне изменилось?
— К чему этот разговор, Виортея-тор? С чего вдруг такой пристальный интерес к моей скромной особе?
— Ты считаешь, что интерес не оправдан?
— Я сыграла свою роль. Теперь события будут развиваться под контролем Матери клана.
— Возможно. — Она смотрит на меня изучающе. — Но согласись, наивно рассчитывать, что тебя совсем уж оставят в покое. Терять такой ресурс… Я бы на их месте ни за что не сделала такой глупости.
Напрягаюсь, удерживая готовые сорваться с языка вопросы и проклятия. Она делает лишь то, что я приказала, пытается мыслить как аналитик. Сейчас со мной говорит не Виор, несколько минут назад плакавшая навзрыд о своём потерянном детстве, а будущая наследница клана.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 126
