Валерий выпрямил затёкшие ноги; за ним внимательно наблюдали три пары глаз. Нок успел выпотрошить вторую сумку — горка ненужных вещей белела у его ног. Олеся зашуршала опавшей листвой, останавливаясь возле пилота.
Валерий махнул рукой в ту сторону, откуда они пришли, и заговорил:
— Я не хочу вас успокаивать пустыми обещаниями, будто завтра нас обязательно найдут. Разумеется, я тоже на это надеюсь, но надежда не должна превалировать над здравым смыслом. К сожалению, рассудок говорит вещи неутешительные. Помимо маячков-маркеров каждый образец внутри контейнера был снабжён микроэлектронным передатчиком размером с булавочную головку. Об этом сказано в сопроводительных бумагах. После исчезновения винтолёта с радаров службы ведения, об инциденте доложили в бюро поиска. Специальный спутник немедленно стал передавать кодированный сигнал, в ответ на который миниатюрный передатчик должен был включиться и дать пеленг. В результате не более чем за двенадцать часов местонахождение винтолёта должно было быть установлено в любой точке планеты с точностью пеленгования в сто метров. Таковы цифры. Факты перед вами…
— Что ты предлагаешь? — хриплым голосом спросил Нок.
— Я предлагаю вместе подумать над проблемой. — Валерий посмотрел на замершую возле него Олесю. — Если редчайшую природную аномалию не заметили с орбиты, значит, она носит узколокальный характер. Причём границы её так малы, что разрешающей способности аппаратуры недостаточно для её обнаружения…
— Не говори загадками! — недовольно пробурчал Нок.
Валерий пожал плечами.
— Я думаю, мы находимся в области, граница которой не позволяет радиоизлучению ни выйти из него, ни попасть внутрь. Только таким образом можно объяснить нереальную пассивность спасателей.
— Не согласен. — Нок, тяжело ступая, подошёл к Валерию. — Твои действия, как пилота, я ставлю под сомнение. Вместо того чтобы спасать пассажиров, ты выдумываешь нелепые бредни, пугая и девушек и себя.
— Твоё право. — Валерий не собирался спорить. — Я готов выслушать любые соображения.
— В моём предложении не будет той зауми, с помощью которой ты пытаешься прикрыть собственный страх. — Нок вернулся к сумке, решительно взвалил её на плечо и сказал: — Я предлагаю вернуться в палатку и ждать помощи!
— А как же свечение?.. — испуганно спросила Ариша.
— Да не было никакого свечения! — вспылил Нок. — Наш храбрый командор, получив удар по затылку, принял обыкновенный вечерний туман за невесть что!
Видя нерешительность Ариши, он спросил:
— Ты со мной?
Олеся подошла к Ноку, положила руку на его плечо.
— Не нужно непродуманных действий. Если Валера ошибся, тогда скажи, по какой причине обезумили звери?.. Разве обычный туман мог их так всполошить?
Нок хмыкнул, опустил сумку и неуверенно проговорил:
— Их действительно что-то напугало… Ладно, я сам выясню причину.
— Не делай этого, — посоветовал Валерий.
Нок демонстративно отвернулся и поспешил скрыться в темноте.
— Он может заблудиться… — произнёс Валерий, глядя на Олесю.
— Кто, Нок?! — удивилась девушка. — Да что ты! У него феноменальная зрительная память. Он находит правильную дорогу по ничтожным деталям, на которые любой другой и внимания не обратит. Думаю, через час он вернётся и будет более сговорчивым.
— Ты тоже не поверила моим словам? — Валерий посмотрел в глаза девушке.
— Не знаю… — призналась она. — Всё случилось так неожиданно… Я не могу избавиться от ощущения, будто нас кто-то разыгрывает. Мысленно я уже давно представляю себя на конференции, поэтому не воспринимаю происходящее с драматизмом Нока.
Подошла Ариша.
— Нок вернётся голодным, — сказала она с улыбкой. — Давайте разожжём костёр и вскипятим чаю!
Олеся посмотрела на пилота. Валерий прислушался к себе: покалывания не ощущалось. Либо они оторвались от волны холодного свечения на значительное расстояние, либо волна, поглотив винтолёт, остановилась.
Валерий нащупал рюкзак, достал плёнку. Половину расстелил на земле, второй предложил девушкам укрыться — к ночи в лесу заметно похолодало. Устроившись на выброшенных Ноком вещах, Ариша с Олесей молча наблюдали за тем, как пилот сноровисто разводит костёр. Первые языки, метнувшиеся в вязкую черноту, осветили сосредоточенные лица девушек. Валерий украдкой бросил на них взгляд и понял, что за напускным равнодушием и кажущейся бравадой, они пытались скрыть овладевший ими страх.
…Нок вернулся часа через полтора. Молчаливый, злой. Опустившись возле костра прямо на влажную от росы землю, он неторопливо выпил кружку пахучего чая, долго смотрел в костёр немигающим взглядом, потом сказал:
— С наступлением темноты свечение заметно ослабло. Возможно, для своего движения оно использовало фотосинтез: за те десять минут, что я наблюдал за ним, оно не изменило своего положения. Я бросил в него несколько палок и камней, но ничего не произошло. Пытался по стволам близко растущих деревьев пробраться вглубь, однако после встречи с белкой, которая выглядела… брр… просто ужасно, решил вернуться…
Нок налил из термоса ещё одну кружку, поднёс её к губам и вдруг обратился к Валерию:
— Холодное сияние земли, покрытой странной субстанцией, освещает лес не хуже полной луны. Сидя на дереве, я сумел разглядеть винтолёт. — Нок сделал паузу. — Там происходит что-то непонятное…
Пилот молчал, ожидая продолжения.
— И ещё, — Нок тяжело вздохнул. — Я обратил внимание, что небо совершенно безоблачное, а луны нет.
— Новолуние. — Тихо сказала Ариша.
— Но звёзд на небе тоже нет… — Нок с шумом втянул в себя горячую жидкость.
Девушки переглянулись. Валерий поднял голову вверх.
Кроны деревьев открыли большой участок. Свет почти прогоревшего костра не мешал. На небе, действительно, не было ни одной звезды. Как не было ни облаков, ни луны, вступившей в первую фазу, ни привычной ночной темноты, имевшей в обычных условиях десятки тончайших оттенков. Вместо них перевёрнутая чаша небосвода едва заметно пульсировала холодным серебристым светом…
Дежурили по очереди. Первым вызвался Валерий, потому что Нок после ночной прогулки выглядел уставшим и немного подавленным. Привалившись спиной к давно заснувшим девушкам, он быстро забылся тревожным сном. Валерий подложил в костёр несколько толстых сучьев, придвинулся к рюкзаку, и стал следить за тем, как огонь неторопливо пожирает сухую древесину.
В лесу царила пугающая, неестественная тишина. Многочисленные ночные хищники не вышли на охоту, в страхе покинув в одночасье ставший чужим лес. Даже ветер, беззаботно резвившийся над лагерем весь вечер, теперь куда-то пропал. Лес стоял чёрный, угрюмый, немой. Обступив человека со всех сторон мрачными деревьями-часовыми, он будто следил за Валерием, не то оценивая его, не то проверяя.
