«Для Глеба Быстрова. За чудесное платье и бусы. За то, что ты похитил меня. Целую. Я когда-нибудь тебя найду!».
– Извините, госпожа Дроздофара, но такие безумные суммы не следует хранить в финкартах. Их можно потерять, или вас могут ограбить, – заметил капитан «Иса Рос».
– Мне это уже говорили в банке, – Ариетта, махнув двумя прямоугольниками со знаком «Эко-Рауфу», беззаботно рассмеялась. – Курс на Равст, капитан! Подальше от дряной станции!
– Вы самая удивительная девушка, которую я встречал! – отозвался Луанес Лринк, наращивая тягу двигателей до максимума. – И самая прекрасная, – добавил он тише.
Сидя в кабинете напротив голограммы кровавого этюда в сфероиде, Легх Краул изучал данные экспертизы. Данных, надо заметить, имелось не много. Произошедшее в транспортной сфере практически не удавалось установить, за исключением ясного и без экспертизы: все три агента были убиты над Садом Герхов в течении пяти-семи стандартных секунд. Сила механического воздействия на жертвы доходила до пятисот восьмидесяти единиц, при том что ни один представитель гуманоидной расы даже в состоянии аффекта не мог продемонстрировать более ста шестидесяти. Еще экспертиза выявила микроскопические частицы вещества биологической природы, аналогов которому не было известно. Над этим веществом работали генетики и экзобиологии.
Успехи поисковой группы были так же скромны. Старший агент определил место, где Существо выплыло из озера и нашел даже двух свидетелей-милькорианцев, наблюдавших Его падение в воду из сфероида. Так же старший агент установил, что Существо провело ночь в лесу и вышло из Сада через сеть пещер. Далее след Существа терялся, и обнаружить Его на гигантской «Сосрт-Эрэль» можно было, если только Оно как-то проявит себя. Но ведь этого могло и не случиться в ближайшие дни.
Немного подумав, Краул связался с руководителем службы внутренней безопасности станции.
– Силы и власти, добрый Арах, – поприветствовал он человека в верном мундире со значком на груди.
– И тебе, честный Легх, много светлых дней!
Они поговорили немного о беспорядках на «Сосрт-Эрэль», которые никогда не прекращались о новостях с материнских планет и ценах на раху, затем Краул вежливо спросил:
– Не мог бы ты оказать одну услугу, друг?
– Разве есть в этом необходимость спрашивать, любезный Легх? Я всегда делаю, как ты просишь, и всегда нам двоим есть от этого польза.
– Я хотел, чтобы ты освободил человека, задержанного при беспорядках на Малой финансовой площади.
– Я догадываюсь о ком речь. Капитан Быстров сейчас же будет свободен, – отозвался Арах. – Его женщине-галиянке тоже предоставить свободу?
– Да, – после минутного размышления отозвался координатор сектора Холодной Звезды. – Да, так будет лучше.
«И естественнее, – мысленно добавил он».
Когда изображение руководителя безопасности станции растаяло, Легх связался с агентом Ванрох и приказал ей установить наблюдение за людьми, которые вот-вот должны были покинуть стены службы Араха. Шансы, что капитан Быстров выведет их на Существо или Существо само найдет капитана, были не велики, но они были, и Краул подумал, что это дополнительная возможность выйти на Существо, которыми глупо пренебрегать. К тому же Быстров не был ему нужен: скоро в контору Холодной Звезды доставят капсулы с информационными копиями мозга его и галиянки – этого достаточно. А то, что Быстрова разыскивает служба Имперской Безопасности – это не проблемы Холодной Звезды. Да и преподносить Флаосару в подарок беглого капитана Краулу не было никакой выгоды.
* * *
Выйдя из серых дверей с золотой окантовкой, Глеб направился через скверик к транспортному узлу. Он хмуро глядел под ноги и мысленно возвращался к пережитому в камерах изолятора службы безопасности. Землянин так погрузился в неприятные мысли, что не заметил, как к нему метнулась молодая женщина, на бегу похожая на белую комету.
– Глебушка! – вскрикнула Ивала и обняла его с такой силой, что Быстров в первый миг подумал, что его кто-то решил раздавить.
– Товарищ Ваала, мне сказали, что ты выпущена еще два дня назад! – отрывая галиянку от себя, произнес капитан.
– Врут, фашисты проклятые! Десять минут, как я вышла и тебя жду! Я им скандал на выходе закатила, так один железно-головый сознался, что тебя тоже сейчас вышвырнут. Кстати, мой масс-импульсник не отдали. А не имеют ведь права, сволочи!
– Кстати, и мои сигареты сгинули в фашистских застенках. Наверное, андроиды скурили. А ты… – он приподнял подбородок подруги пальцем, улыбаясь и глядя в ее счастливые, синие с сиреневым оттенком глаза. – Тебе маленькое заключение пошло на пользу. Распрекрасно выглядишь.
– Не знаю, что теперь во мне распрекрасного, – Ивала пожала плечами. – Я думала, уже не выйду отсюда. Думала, передадут меня Службе Наказания и я пропаду навсегда. Ведь они голову мою светили – ты же знаешь, сколько в ней всего такого, что даже невозмутимых милькорианцев передернет!
– Пошли-ка отсюда, – Быстров взял ее под руку и повел к стоянке, где толпилась шумная группа елонцев.
– Что думаешь об Ариетте? – лицо Ваалы стало серьезным. – Ведь ты не отступишься?
– Не отступлюсь. Буду искать подходы к Холодной Звезде.
– Я с тобой, – галиянка шагнула к торговому автомату, выбрала в меню две бутылочки сока и приложила браслет терминалу. – Я с тобой, Глебушка, – повторила она, протягивая землянину сок. – Хотя мне твоя принцесса не слишком нравится. И знаешь, – Ивала выставила на дозатор сахара на бутылочки на минимум, – я думаю, ее уже отправили из «Сосрт-Эрэль». Нас поэтому и отпустили, что ее здесь уже нет. Теперь мы как бы списаны, вычеркнуты из их великой игры, которая, возможно, закончилась полной победой Милько.
– Может быть, – Быстров отпил кисло-сладкую влагу. – Отчасти я чувствую себя списанным. Особенно после того, как они сняли информационную копию с моей черепушки. Неприятно осознавать, что точная копия тебя в чьих-то нечистых руках. И еще такое ощущение, будто из тебя высосали всю кровь, а потом проводили пинком под зад. Мол, иди отсюда, ты нам больше не нужен. А летим скорее к Вили, – он бросил бутылку в утилизатор. – Агафон наверняка у него, и вместе они с горя пьют водку.
Быстров не ошибся: Агафон Аркадьевич все эти дни действительно находился у Розмана. И они действительно пили водку, одновременно пребывая в глубоком недоумении от случившегося два часа назад. А когда робот-охранник доложил хозяину, что у дверей стоит господин Быстров с Ивала Ваалой, Розман вскочил и сказал:
– Вот, Агафоша! Все-таки свершилось: справедливая рука Господа проникла даже на чертову «Сосрт-Эрэль» и расставила все по местам!
