Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 109
– А если я не соглашусь? – собрал свои последние глупые силы Лю Хо Юнг.
– Не соглашайся, – пожал плечами Барок. – Не будет у тебя сеансов рег-камер и новой дозы за каждые тридцать шесть картин. Ну, и денег, естественно, у тебя не будет тоже. Нисколько.
– Согласен, – торопливо зачастил Хо Юнг. – Согласен. Только можно мне немного денег прямо сейчас?
– Руди, – позвал Рудольфа Барок. – Ты не знаешь, это его ариш, он как действует? Вырубает, или нет?
– Насколько я знаю, нет, – поделился Рудольф. – Он наоборот, даже немного сил придает. Его потому вся богема и любит. Под ним работать неплохо. Главное, не пропускать сеансы в рег-камерах. Потому что потом не выкарабкаться.
– Спасибо, ты как всегда сведущ во всех вопросах порока, – не преминул поддеть его Барок.
– Бари! – возмутился тот.
– Молчу, молчу, – хихикнул Барок и вернулся к китайцу. – Короче так, бумагу мне и ручку, составим документ, ты его подпишешь. Потом дам денег на дозу. Еду сам принесу. Теперь передашь мне ключи от квартиры, и начинай работать. Следующая доза – через тридцать шесть картин. Все равно каких. Вперед.
Величественным жестом он отправил бедолагу куда-то в комнату, а сам посмотрел внутрь головы.
– Ни звука, – предупредил он Рудольфа. – Если хочешь обратно свое тело, деньги, славу и Сильвию. Даже не думай что-нибудь сказать. У нас еще тут дел немерено. Надо на первые картины узоры как ты говоришь «наколдовать». Надо снять квартиру. Все, что есть, перевезти отсюда туда. Убедиться, что это тело, – он показал в сторону соседней комнаты, откуда доносился грохот: художник бумагу искал, надо думать. – Что это тело будет работать. И с той скоростью, с какой нам надо. А потом….
– А что потом? – заинтересовался Рудольф. – Ты говорил, что покажешь что-то.
– Покажу, – согласился Барок. – Куда я денусь? Но это потом. А сейчас надо вспоминать текст соглашения, которое мы с тобой придумали. Давай, начинаем, будешь помогать. Вон и тело наше опять нашлось….
Из комнаты, сияя, как крыло атмосферного бота, появился Лю Хо Юнг. В руках он держал стопку чистых листов и странной формы ручку. Работа, судя по всему, начиналась….
– И как вы нашли картины? – небрежно развалившись в кресле, Барок посмотрел на собеседника. – Согласитесь, впечатляют?
Еще бы они не впечатляли. Он лично повесил вытащенные из памяти Баррокаина зуф Истадуч-он узоры на все тридцать шесть отобранных картин. Узоры назывались «Тихий смех» и предназначались для придания хорошего настроения. На Торквинии им иногда даже пользовались врачи для выведения больного из депрессии. Барок проверил эффект на самом Лю Хо Юнге – тот мгновенно начал блаженно улыбаться. Работает. Все же в этом проклятом Несуществующими богами мире еще хоть капли магии, но сохранились.
И теперь им с Рудольфом предстояло сделать первый, самый важный шаг: рассказать о «таланте» «мастера» Лю Хо Юнга всей галактике.
Барок с помощью Рудольфа долго изучал наиболее влиятельных игроков на рынке торговли произведениями искусств и, наконец, остановил свой выбор на «Лукас Трансгалактик». Во-первых, они были одними из старейших лидеров этого рынка. Во-вторых, у них имелись представительства практически во всех галактических слоях всех государств. И в-третьих, они не имели излишне тесных связей с Азиатским Содружеством – все мало-мальски значимые офисы «Лукаса» располагались либо в Сакс-Союзе, либо в РФМ. А это позволяло надеяться, что детальную информацию, которую неизбежно захотят получить спецслужбы всех заинтересовавшихся империй, им придется добывать не самым простым путем, так как весь объем не будет сконцентрирован в одном месте.
Они с Рудольфом не поскупились на гала-курьера, отправив одну из картин с наложенным узором в офис «Л.Т.». В приложенном письме выражалась надежда на плодотворное сотрудничество и намек на то, что длительное рассмотрение вопроса не будет способствовать заключению контракта.
Надо отдать должное «Лукас Трансгалактик», они не зря занимали на рынке свое место. С момента отправки образца курьером прошло десять дней, и на связь с Рудольфом вышел представитель «Л.Т.», только что прибывший на Наньдан очередным гала-люксом.
Первым делом Барок отправил его на съемную квартиру, где он оборудовал нечто вроде экспозиции. Тридцать шесть картин, заряженных «Тихим смехом» создавали в комнате непередаваемое ощущение легкости. Вышедший из квартиры агент улыбался счастливой улыбкой младенца, не успевшего узнать ни одной из грязных сторон жизни. И только по одной этой улыбке Барок понял, что первая часть их плана выполнена.
Теперь осталась техника. Всего лишь определить коммерческую составляющую сотрудничества. Но и тут проблем не предвиделось: Барок не был настроен торговаться. Ужин в дорогом ресторане, отдельный кабинет, тишина и лучшее вино, которое можно было найти на окраине империи. Барок считал, что бюджет Технократии может себе это позволить. В конце концов, «индикты» уже почти четыре месяца позволяют Алидаде и другим пяти планетам образования вдвое сократить лицензионные отчисления за пользование орбитальным преобразователем. Так что переживут. Тем более что эти расходы проговаривались в соглашении между Академическим Советом и Рудольфом.
– И как вы нашли картины? Согласитесь, впечатляют.
– Неплохо, очень неплохо, – согласился тот. – Действительно, необычно. По моему мнению, некоторые шансы на продвижение их на рынок присутствуют.
Барок только усмехнулся. Сидящий перед ним человек ни чем не напоминал бизнесмена. Яркие цвета ультрамодной одежды, вызывающие аксессуары, ухоженные ногти, тщательно уложенная пышная прическа. Любой житель Авангардов, отвыкший от привычек метрополий, увидел бы в нем всего лишь изнеженного жителя центральных слоев. Барок увидел то же самое. И видел до тех пор, пока не заглянул в глаза представителю «Лукас Трансгалактик». А после этого решил, что разговаривать надо максимально жестко. Говорить с человеком, имеющим такой взгляд, по-другому просто не было смысла.
– Они уникальны, – Барок согнал улыбку со своего лица.
Ужин был съеден, вино выпито, вечер входил в стадию цифр.
– Нигде в галактике вы не найдете ничего подобного. И я готов отдать «Лукас Трансгалактик» эксклюзивные права на распространение произведений Лю Хо Юнга. При соблюдении моих условий.
– Вы упоминали об этом, – агент расслабленно качнул бокалом, показывая покой и умиротворение. – И я готов обсудить ваши просьбы. Но для начала, я бы очень хотел познакомиться с нашим гением.
Тонкий голос агента и нарочитая мягкость движений говорили о том, что этот человек симпатизирует собеседнику, готов пойти на все его условия и просит всего лишь о небольшом одолжении.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 109
