и подколола её иглой.
— Снимай, — сказала она. — Сейчас всё сделаю.
Она отвернулась и сообщила:
— Кстати, Максим. Я вчера напечатала шесть тысяч знаков. Как ты и говорил.
— Не я говорил, а Стивен Кинг. Я только повторил его слова.
Я бросил джинсы на кровать, без особого удовольствия снова влез в заштопанные штаны.
— Это было не так уж просто, Максим, — сообщила Зайцева. — Я думала: моя голова взорвётся от напряжения.
— Это в тебе шла борьба с внутренним критиком, — сказал я. — Он тебя убеждал, что так быстро ты ничего путного не напишешь.
— Убеждал, — согласилась Наташа.
— Он ошибался.
— Ты думаешь?
— Я уверен. Разве ты сама это не поняла?
— Как я могла это понять?
Наташа обернулась — в тот самый момент, когда я застегнул ширинку.
— Очень просто, — ответил я. — Прочти, что написала вчера. Вряд ли ты справилась вчера с работой хуже, чем обычно. Я уверен, что у тебя получилось даже лучше. Потому что ты не подражала тому же Кингу. А заговорила своим голосом.
— Ты думаешь? — повторила Зайцева.
Она с сомнением посмотрела на экран монитора, затем подняла взгляд на моё лицо.
— Максим, может… ты посмотришь, что у меня получилось? — спросила она. — Пока я вожусь с джинсами.
Наташа пожала плечами и заверила:
— Я обычно никому свои работы не показываю. Пока их не завершу. Но… мне кажется, что ты посмотришь и снова мне посоветуешь что-нибудь дельное. Ведь это ты мне подсказал, сколько нужно писать… в день.
— Не я, а Стивен Кинг.
— Ну… да, Кинг.
Наташа выжидающе посмотрела мне в глаза.
Я махнул рукой и сказал:
— Ладно. Уступи место. Взгляну, что ты там сочинила.
— Ура!
Наташа резво соскочила со стула.
Она радостно улыбнулась и спросила:
— Максим, а ты не пробовал сам написать книгу? Ведь ты же зачем-то прочёл эти заумные статьи Стивена Кинга. Вряд ли бы ты ими заинтересовался, если бы не подумывал… хотя бы попробовать что-то написать. Я права?
Я усмехнулся и заявил:
— Мне много чего раньше хотелось попробовать. Только…
Я не договорил.
Замолчал, удивлённо приподнял брови.
Потому что в воздухе передо мной появились сверкнувшие золотым блеском надписи.
Глава 4
Доступно задание «Написать книгу»
Срок выполнения: 180 дней
Награда: 5 очков опыта
Принять задание?
Да/Нет
Я вскинул руку и пригладил ладонью волосы на затылке.
— Вы это серьёзно⁈ — спросил я.
Заметил, как позади застывших в воздухе передо мной золотистых надписей растерянно моргнула Зайцева.
— Конечно, серьёзно, — сказала Наташа. — Ведь ты же зачем-то пошёл в библиотеку за этой информацией. Вот я и подумала…
Я пропустил Наташины слова мимо ушей и теперь уже мысленно спросил: «Господа, вы это серьёзно насчёт написания книги? Книга за шесть месяцев? За пять очков опыта? Вы надо мной издеваетесь?»
Я невольно сжал между ладонями голову, словно почувствовал боль.
— Максим. Максим! Тебе стало плохо?
Зайцева шагнула сквозь золотистые надписи, прикоснулась рукой к моему плечу.
— Не…
Я прикусил язык.
Посмотрел на нижнюю строку — она будто бы очутилась на Наташиных губах.
Да/Нет
Я выдохнул:
— Всё хорошо. Да, я напишу книгу. Всегда говори «да», правильно?
Надписи мигнули, рассыпались золотистыми искрами и погасли.
На их месте появились два слова:
Задание принято
«Какие же вы гады», — сообщил я разработчикам игры.
— Максим, что ты сказал? — переспросила Зайцева.
Я посмотрел в Наташины глаза и повторил:
— Да, я напишу книгу. Не в ближайшее время, разумеется. Но в ближайшие полгода точно.
— Правда?
— Надеюсь.
Мне показалось: Наташу мои слова порадовали.
Зайцева улыбнулась.
— Это же здорово! — заявила она. — Мне уже не терпится прочесть то, что ты напишешь. Уверена: это будет нечто необычное и интересное. Ты определился с жанром?
Я пожал плечами.
— Пока ещё над этим думаю.
Пояснил:
— Идей много. Выбрать непросто.
— Как же я тебя понимаю! — сообщила Наташа. — Я тоже хочу то одно написать, то другое. Долго прикидывала, какую книгу напишу первой. В итоге остановилась на… вот этом.
Зайцева указала рукой на монитор.
— Мне показалось, что это будет интересно, — сказала она. — Только не знаю, как получается. Раньше я сочиняла только рассказы. На большие формы не замахивалась. Это первая попытка.
Наташа подняла на меня глаза.
Я усмехнулся и ответил:
— Понял. Сейчас взгляну.
— Там пока немного, — сообщила Наташа. — Только три главы. Первую я написала ещё дома. Две другие — уже здесь, в Москве. Причём, третью очень быстро: всего за четыре дня. Ты уж не суди строго… или суди.
— Ладно. Сейчас заценю.
Я уселся перед экраном, положил руку на мышку, ещё хранившую тепло Наташиной ладони. Посмотрел на экран и подумал: «Книга за полгода? Дурдом. Издевательство. Может, лучше приступ головной боли? Неприятно, конечно, но геморроя поменьше. Нужно было на бой с Тайсоном согласиться. Было бы веселее». Я пробежался взглядом по тексту на экране, оценил размер абзацев и количество строк диалогов. Невольно задумался над Наташиными словами. А действительно, с какой целью я тогда прослушал выступление престарелого Стивена Кинга? Потому что случайно наткнулся на его интервью в интернете?
Уже неделю я испытывал информационный голод. Усталость от физических нагрузок его слегка притупила. Но теперь этот голод вновь о себе напомнил. Рука снова то и дело ощупывала карман, где раньше я хранил айфон. Сегодня в метро, по пути к универмагу, я одно за другим зачитывал расклеенные на стенах вагона рекламные объявления. Словно они мне заменили ролики из интернета. Отпечатанные в двух цветах предложения по продаже оргтехники я зачитывал так же внимательно, как раньше слушал выступления психологов, политологов, тарологов, экономистов, блондинок и различный коучей.
Временами я в прошлом почитывал и книги — так же на экране телефона. Десяток романов в месяц точно проглатывал в перерывах между игрой в компьютер и листанием чужих страниц в соцсетях. Но сочинять истории никогда не пробовал. Как не использовал и большую часть другой по случаю полученной в интернете информации. Слушал я и адиокниги. Сочинение Стивена Кинга «Как писать книги» я именно в таком варианте и употребил (в не самой качественной озвучке нейросети) — после того интервью Кинга, где он поучал начинающих авторов (и просто любопытствующих) правильной
