гробят здоровье населения… Ну и всякое такое в этом же стиле, — я потянулся к ручке двери, собираясь наконец выйти. — И сейчас она уже сидит в застенках Тайной Канцелярии. Причём закрыли её в каком-то определённом отделе… Достаточно важном, чтобы оттуда просто так не выходили, но в то же самое время и не сильно важном, чтобы поднимать из-за этого глобальную военную тревогу. В общем, рабочие моменты.
У Валерии буквально челюсть отпала. Она в шоке смотрела на меня, её глаза медленно расширялись, пытаясь осознать масштаб озвученного мной «ничего страшного». Главного партнёра и одну из влиятельнейших женщин города забрала самая страшная служба страны по обвинению в госизмене, а он говорит «рабочие моменты»⁈
Я хмыкнул, поворачивая дверную ручку и мысленным приказом заставляя хомяков-охранников с той стороны разбежаться в стороны.
— Я же говорил тебе, не парься, — подмигнул я застывшей Лере. — Всё будет хорошо. Ждите, я скоро вернусь. Кстати, а где наш супер гений по ядам Роман?
* * *
Центр Петербурга
Башня корпорации Любомирова
Раннее утро на сотом этаже высотки всегда выглядело идеально. Сквозь панорамные окна открывался вид на залитый светом, копошащийся внизу город, а в самом кабинете стояла идеальная тишина.
Герцог Любомиров сидел в кресле, обитом кожей песчаного левиафана, и аккуратно помешивал серебряной ложечкой густую тёмную жидкость в позолоченной чашке.
Напиток слегка отдавал запахом сырой хвои и терпкой крови.
Обыватели предпочитают начинать свой день с чая или кофе. Аристократы балуют себя редкими сборами. Но то, что пил Любомиров, не купишь ни за какие миллионы на легальных аукционах.
Для приготовления одной порции этого тонизирующего настоя требовались корни особых магических деревьев, произрастающих в глубине закрытых секторов Диких Земель. Возраст дерева должен быть не менее двухсот лет. И при извлечении эфироносного корня вековое дерево-исполин умирает, выплёскивая всю накопленную ману в обрубок корневой системы.
Процесс добычи представлял собой запредельную жестокость. Нанятые герцогом дикие друиды-ренегаты с превеликой радостью убивали уникальные образцы флоры ради щедрого транша на тайные счета. Защитники природы, узнав о подобном, наверняка подняли бы визг на всю Империю, приковав себя цепями к фасаду корпорации.
Любомирову было откровенно плевать на умершие деревья. Экстракт расширял магические каналы, продлевал молодость и давал такой заряд чистой энергии, что герцог физически чувствовал себя повелителем мира. И за это ощущение можно было сжечь хоть половину сибирской тайги.
Он сделал обжигающий глоток. Живительное тепло мгновенно разлилось по венам.
Зажужжал закрытый коммуникатор экстренной связи, нарушая утреннюю гармонию.
Любомиров недовольно поморщился и нажал на кнопку приёма.
— Ваша светлость, простите, что беспокою в такой час, — из динамика донёсся суетливый голос Кострицына — начальника специального изолятора Тайной Канцелярии. Человек был куплен герцогом с потрохами много лет назад. — Я по поводу графини Новиковой. Девочку мы оформили, в блок доставили. Только вот… что с ней дальше-то делать? Сидит, требует адвоката. Наши инспекторы не могут вечно держать её просто так. Каковы будут инструкции?
Любомиров раздражённо поставил чашку на блюдце.
— Вы там в своём управлении совсем думать разучились от казённых харчей? — холодно произнёс герцог. — Я тебе за что плачу? За то, чтобы ты мне звонил с просьбой составить для тебя методичку для допросов?
В трубке виновато засопели.
— Ваша светлость, девчонка всё-таки глава Рода. Плюс любимица публики сейчас… Это не простого торгаша прессовать. Нам нужно понимание…
— Моё понимание предельно прозрачно, — перебил Любомиров. — Плевать я хотел на её статус и публичность. Мне нужно, чтобы у этой сопливки осталось всего два пути. И оба должны стать для неё персональным филиалом ада, — он встал с кресла и подошёл к окну, разглядывая муравьиные пробки на проспектах внизу. — Вариант первый: она больше никогда не выходит из ваших застенков. Умерла от сердечного приступа во сне, подавилась пуговицей, споткнулась на ровном полу и свернула шею… Мне без разницы! Как именно ты оформишь свидетельство о смерти — исключительно твоя проблема.
Герцог сделал паузу, позволив Кострицыну переварить сказанное, и продолжил:
— Вариант второй. Она выходит. Но при одном ма-а-аленьком условии. Она лично, добровольно и под запись «Ока Правды» подписывает полное признание. Сознаётся, что это она отдавала приказы травить людей экспериментальными препаратами своей корпорации, что подделывала сертификаты и зарабатывала грязные деньги на смертях. И как только она выйдет за порог твоего отделения, лишённая всех активов, чести и титулов… Её прямо на ступеньках должны перехватить ребятки из Департамента Имперской Безопасности. За измену и терроризм. Понятно объясняю?
— П-понятно, Ваша Светлость. Сделаем всё в лучшем виде…
Любомиров сбросил вызов.
Убить её, конечно, было бы быстрее. Щепотка яда в баланду — и дело с концом. Но от банального устранения конкурентки он не получил бы и десятой доли удовольствия. Теперь ему хотелось закончить однажды начатое — стереть род Новиковых в пыль. Но для начала растоптать репутацию.
Подумать только… Он публично объявил этой дуре войну, показал ей её реальное место. Агнесса должна была тут же приползти к порогу его особняка, стереть колени об мрамор и молить о пощаде.
Но вместо этого что сделала девчонка? Она активировала свои крошечные боевые отряды и села в глухую оборонительную позу! А на следующий день на один из заводов корпорации кто-то организовал шикарную атаку. Бабахнуло так, что обломки до соседней улицы долетели.
Неужели это графиня посмела огрызнуться? Сомнительно. Откуда у её жалкой гвардии такие ресурсы и яйца? Значит, во всём виноват тот самый хрен — ветеринар, к которому она постоянно ползает.
Виктор Химеров… Человек без биографии, который творил с местной биомассой абсолютные чудеса. И с этим фактом герцог вынужден был считаться. Его личный штаб химерологов-консультантов прожужжал Любомирову все уши, разглядывая те жалкие крупицы данных об искусстве «Доброго Доктора».
«Не убивайте его, господин, если появится такая возможность, — упрашивал накануне пожилой магистр генетики, работающий в проектах корпорации. — Этот юноша владеет знаниями, которые утрачены целые века назад! Возможно, он потомок вырезанного древнего клана, а в его голове лежат архивы мёртвых поколений. Бросить его под пули — преступление против прогресса! Возьмите его живым. Мы запрём его в нашей лучшей лаборатории. За несколько лет вытянем из его мозгов все формулы и технологии до капли. А когда он окончательно выдохнется и станет пустышкой — вот тогда пустите его в расход».
План звучал рационально. Золотые мозги ветеринара принесут Любомирову монополию не только на логистику, но и на передовое вооружение. Осталось только взять наглого доктора за жабры и объяснить новые правила его жизни. Но теперь без графини, у него исчез «зонтик безопасности», и
