неукротимый и несокрушимый дух китайской нации.
Не всегда Хукоу такой невероятный и — охота сказать — лютый. Так, зимой река замерзает, падающая вода превращается в сосульки. В самые морозные зимы по ледовому мосту над «горлышком» можно пешком перейти.
Для транспортного бурного потока всё далеко не так радужно… В прошлом году только на выезде из Шанхая машины застряли более, чем на двенадцать часов. А это далеко не единственный город, откуда люд двигался.
Их можно понять.
Люди рвутся домой.
Поэтому, чтобы хоть как-то растянуть этот гулкий людской поток, каникулы, да и вообще — выходные дни — начинаются за несколько дней до смены года по лунному календарю.
Вскоре всё затихнет: на улицах больших городов станет значительно меньше народа. Дороги опустеют. Многие магазины и лавочки закроются. Даже часть производств остановится.
Нам не грозит давка, у нас рейс до Гуанчжоу одиннадцатого февраля, первым классом. Родственники полетят бизнес-классом. Дальше на машинах, благо, их тоже успели обновить.
Батя постарался «удаленно» — это от нас подарки на Новый год. Для фуму и для семьи родного батиного брата (у них разница в возрасте, совсем не похожи, мало общаются, но семья-то одна).
Такими темпами у нас скоро закончатся идеи с подарками для родни. Ну да ладно, баловать близких хотя бы изредка — дело хорошее.
Мы с мамой тоже потратились. В первых числах посетили два места. Первое: детское отделение в нашей районной больнице. Мэйхуа заранее выяснила, что специальный фонд именно для детского отделения существует, и принимает чеки от частных лиц.
С тем, как делиться своими деньгами, в Поднебесной есть закавыки. И всегда лучше заранее уточнить нюансы. Так, взнос через специальный фонд снижает риски, что юани уйдут «не туда», так как все пожертвования подотчетны, и за использование средств отвечает специальная команда. Бонус: налоговые льготы.
Конкретно по цифрам не скажу, но наш чек на пятьсот тысяч юаней точно даст некоторые уменьшения по налоговым выплатам с моих доходов за уходящий год.
Но это, если что, не суть важно. «Прикрыться» от общественного мнения, которое ж в любой момент может, что тот флюгер, развернуться — тоже не главная цель. Формирование положительного образа, конечно, правильно и значимо, но — нет, оно не на первом месте.
Эта ворона в прошлом бывала в аду. Ад не находился в ином измерении, за его границами светило солнце, высились деревья и зеленела трава. Ад назывался — онкологический центр.
Когда болеют взрослые, это мучительно-больно. Тягостно для их близких. Нередко — беспросветно для всех.
Когда болеют дети… Это беспредельно, как бездна отчаяния.
В Поднебесной дорогая медицина. Не всё покрывают страховки. Не на всех хватает субсидий по особым программам. И не каждая семья в состоянии потянуть медицинские расходы.
Если мой скромный вклад поможет хотя бы одному малышу выздороветь, вернуться к семье и улыбнуться, глядя на солнышко, значит, всё было не напрасно.
Первый вклад необходим, чтобы в дальнейшем зарегистрировать частный благотворительный фонд. Для успешного прохождения процедуры обязательно нужно выбрать «поручителем» госструктуру. Та должна отвечать за соответствующее направление, и получить одобрение Министерства гражданской администрации.
Пока мои доходы были на уровень ниже теперешних, вписываться в благотворительность было рано. Хотя бы потому, что ещё одно требование (вроде бы неофициальное, но я не вдавалась в подробности) для создания частного фонда — это разовый стартовый вклад в размере двух миллионов юаней.
Для нас это было весьма чувствительно. Теперь же на рекламах отбивается больше, чем нужно для запуска фонда. После праздников Мэйхуа всем этим официально займется. Деньги — это хорошо, но они для этой вороны, напомню, не самоцель.
И да, заодно покажем лишний раз общественности, как добра и милосердна Младшая сестра Поднебесной. С большой буквы — потому что титул. Полуофициальный, но всё же.
Второй наш визит был в приют для собак. Он в пригороде, держит его милейшая пара средних лет. Тут кто-то циничный может ухмыльнуться и спросить: «А часто к милейшей паре приезжают с рынков или из едален за свежим мяском?»
Нет. Чу Суцзу провела целое расследование, чтобы вызнать: как попадают собаки в центр «Четыре лапы». Почему это случается, куда и как пристраиваются животные. Даже встретилась с новым владельцем милого корги (бывшим приютским).
Человек щедро поделился тем, что знал. Что его дружочек раньше жил с девушкой. После несчастного случая семья девушки не готова была содержать щенка, но и усыпить (или отнести к «гурманам») не решились. Новый владелец узнал о центре от коллеги по работе, тот хорошо отзывался о приюте на территории бывшей бойни.
Да, и такое бывает. Место с историей, причем довольно пугающей. Теперь там всё переделали. Дают месту новую жизнь, а хвостикам — шанс найти двуногих друзей.
Сначала мамочка хотела выписать им чек. Приюты — это не только звонкий лай (мяв, ежели речь о кошках), но и огромные расходы на корма. Медицинские расходы: прежде, чем попасть в «Четыре лапы», все животные проходят осмотр. И, если что-то нехорошее находят, лечение.
Но владельцы «лап» категорически отказались. Не знаю, что тому причиной: может, сложности в налоговых отчетах, может, принципы. Они не объяснились.
Зато согласились принять несколько фур с кормом и материалами для утепления. Хотят ещё одно зимнее помещение обустроить.
Сказано — сделано. Батя «пошаманил» и устроил подвоз в лучшем виде. Мы же походили по центру, пообщались с его обитателями. У дяди Ли, точнее, у Гоу, появится дружище — молоденький белый самоед по кличке Снег (Сюэ).
Кроме утепленных помещений и огороженного пространства для выгула, в «Четырех лапах» нашлась и площадка во внутреннем дворе. Так сказать — для знакомства питомцев с претендентами на их лапы и хвост.
Снегу с неба насыпало снега. Чтобы мы все дружно набегались и от души порезвились.
Видео нас попросили не записывать. Это потому, что владельцы приюта опасаются: мои зрители умилятся животинкам, разберут их… а затем это вдруг перестанет быть модным. И собаки снова окажутся ненужными.
К этой просьбе мы отнеслись с уважением.
Но Сюэ я всё одно потом ещё больше затискаю. Это ж столько шерсти и добродушия, как пройти мимо?
На этой белой и пушистой ноте все дела уходящего года можно было считать закрытыми.
Оставался только самый важный разговор.
Так, после вкусного ужина, за сутки до отлета в провинцию Гуандун, я приперла мать мою к стенке. Или к спинке дивана? Ай, не суть.
Эта ворона спросила про бабушку Хань.
И получила долгожданный ответ.
