этими «освобождёнными женщинами востока»? В данном случае — юга, но сути это не меняло.
Евнух так и остался стоять у дверей в полупоклоне, видимо, не смея нарушить таинство первого знакомства нового паши с теми, кто должен «скрашивать его жизнь и наполнять огнём тело», как он выразился, едва я переступил порог гарема.
После нескольких месяцев в походе, когда все мысли были заняты только тяготами военной жизни и предстоящими битвами, попасть в такой цветник было откровенно сильным ударом для меня. Недавний поединок с теперь уже бывшим пашой Диланом заставил кровь бурлить у меня в жилах, да и Лаэль я не видел уже около полумесяца. И этот эффект накладывался на буйство гормонов в молодом организме и дополнительно подстёгивал мои мысли и тело в совершенно определённом направлении.
А посмотреть тут было на что.
Высокая орчанка приковывала взгляд своей статью и каким-то животным магнетизмом. Не в плане того, что она была похожа на животное. Наоборот. Но она была однозначно хищницей, опасной и смертоносной, и от этого странно притягательной. Её высокая грудь вздымалась ровно, а взгляд тёмных глаз прожигал меня насквозь. На идущего позади меня Мархуна она не обратила никакого внимания. Хотя, мне показалось, именно её вид так сильно ударил по моему свирепому орку, что у него даже дыхание сбилось.
Рядом с зеленокожей красавицей стояла стройная эльфийка со светлыми волосами. А с другой стороны — ещё одна девица явно из Дайцин. Впрочем, ничего странного. Те же танцовщицы при имперском чиновнике, которых мы взяли в Небесной Язве, тоже были невольницами. Я ведь их тогда отпустил, и сейчас они где-то в Митрииме народ развлекают своими танцами.
Этих тоже всех освободить? И куда они пойдут? В городе, который многие века жил только за счёт рынка рабов, участь у них будет, прямо скажем, незавидная. Астра-Абад — это не цивилизованный Митриим. Тут жестокие нравы.
Раздать их моим военачальникам?
Я мельком кинул взгляд на Мархуна. Орк по-прежнему громко дышал, сопя носом и вдыхая местные ароматы полной грудью. Похоже, орчанка источала какие-то феромоны, которые чувствовал мой начальник гвардии. Вон как ноздри раздувает…
После присоединения к моему войску клана Красной Пасти многим из его отряда достались одноплеменницы. Насколько я знаю, перепало и Мархуну, но среди его народа моногамией никто не страдал. Род должен продолжаться — основной закон Степи! Орков и так мало, отсюда и множественные союзы. Отсюда и полукровки. Каждый орк должен обеспечить прирост клана.
Видя, что я с интересом рассматриваю орчанку, позади меня поспешил нарисоваться евнух и с поклоном проговорил:
— Это Ракель, о великий паша! Ей всего семнадцать лет, и она попала к нам буквально несколько дней назад с караваном из Мазар-И-Сола. Строптива и груба. Но Дилан-паша всё равно пожелал, чтобы она украсила его гарем, хотя так к ней и не притронулся ни разу.
Мархун рядом рявкнул на евнуха:
— Ну ты, отрыжка варга! Обращайся к повелителю: «Мой император»!
— Прошу прощения, мой император! — тут же поправился Магриб и ещё ниже склонился в поклоне.
— И говори только, когда тебя спросят! — опять пробурчал орк.
Но я его уже не слушал. В ряду наложниц я вдруг увидел блондинку необычной красоты. Её волосы будто отливали серебром, а черты лица казались вылепленными великим скульптором. Столько в них было изящества и гармонии. А когда она посмотрела на меня своими голубыми глазами — будто ангел с небес спустился. Хотя я тут ни про каких ангелов ни разу не слышал. Фигура — песочные часы, высокая грудь, длинные ноги. В отличие от всех остальных девушек гарема.
Да уж, набрал паша себе коллекцию. Глаз не оторвать! Или мне так просто с голодухи кажется?
— Это кто? — я указал евнуху на «серебряную» красотку.
— Её зовут Марцелла, мой император, — евнух поднял на секунду голову, чтобы увидеть, про кого я спрашиваю, и тут же опять склонился в поклоне. — Она из Феррума. Железная империя, что лежит за горным хребтом на западе от Нефритовой реки. Она здесь уже год.
— Целый год? — удивился я.
За это время, судя по местному отношению к рабам, такую красавицу можно было уже всю заездить до неузнаваемости, а она выглядит так, как будто девственница.
— У Анвара-паши, который был предшественником Дилана-паши, да будет милостив к ним обоим Единый после смерти, были весьма особенные вкусы. Как бы это сказать… — он на секунду замялся, — когда Дилан-паша месяц назад вошёл впервые в эту часть дворца, то ему пришлось сразу продать большую часть старого гарема и купить для себя новых наложниц. Он оставил только тех, которые не интересовали прежнего хозяина Астра-Абада.
Я ещё раз с удивлением посмотрел на Марцеллу.
— Как такая красавица могла не заинтересовать предыдущего пашу? Может, с ней что-то не так?
— С ней точно всё в порядке, мой император! Её купили из-за красоты, но для утех Анвар-паша её не ценил, — евнух вздохнул и развёл руками. — Ведь она не мальчик.
— Я вижу, что не мальчик… — а потом до меня наконец дошло. — Хм… Вот оно что… Зачем тогда ему нужен был гарем из женщин?
— Так положено!
Ну и нравы… Я оглядел стоящих передо мной женщин всех рас и возрастов и опять повернулся к Магрибу.
— А предыдущий гарем точно весь продали? Тут ведь только женщины остались?
Мне вспомнилась поездка в Таиланд во время отпуска. Сколько там ходило по улицам леди-боев…
— Да. Но, если моему императору угодно, я могу тут же послать за…
— Не угодно, — перебил я его. — Довольно уже про это.
Я опять оглянулся на застывших словно изваяния наложниц. Одна орчанка только смотрела на меня с вызовом. Белые клыки, торчащие из нижней челюсти, придавали её лицу презрительное выражение.
— Приготовьте мне ванну, — распорядился я евнуху. — И пусть вот эта Марцелла мне прислуживает в ней.
Про Железную империю я уже слышал, но не встречал никого из неё. Именно где-то там проходит граница с Санти-Дай. А тут можно было совместить приятное с полезным. Помыться после дуэли и порасспросить красотку про их жизнь и нравы там, на западе.
Я развернулся и пошёл к выходу.
Сзади я услышал довольное хмыканье наглой орчанки. Может, и правда отдать её Мархуну?
* * *
Пока я разоблачался из доспехов и скидывал с себя пропахшую моим и конским потом
