Револьвер выплёвывает кассеты с дробью. Одну за другой.
Твари дёргаются, но замирают с последним рывком. Буквально пару секунд — и весь коридор завален огромной кучей мерзкого, смрадного и ядовитого мяса.
Отступаю на шаг.
Бесёнок рядом восторженно подпрыгивает. Тварюшка пищит, окутывается зеленоватым туманом и ныряет внутрь ближайшего засадника, разрывая его плоть.
Смотрю на остальных бесят, тех, что попроще. Подчинённые моего специфического напарника тоже подпрыгивают и тихонько попискивают. Вот только нырнуть внутрь мертвых тел не торопятся. Наоборот, стараются обойти стороной и не задеть.
Бесята пробегают мимо замершей всё еще спутанной между собой массы, но задевать засадников все же опасаются. И ведь не зря: когда один из мелких бесят наступает в лужу крови, растекшейся под одним из монстров, его лапа начинает дымиться.
Теперь всё предельно понятно: в отличие от моего напарника, его подопечные тварюшки реагируют на яд. Для мелких бесят твари не просто ядовиты, но и очень опасны.
Слышу приглушенный воинственный писк главного бесенка. Его товарищи мчатся на голос по стенам и по бордюрам, ловко пробираясь между тушами. Перепрыгивают к центру, чтобы быть как можно ближе к основному гнезду.
Посреди коридора со смачным звуком взрывается основное кубло засадников. Оттуда выскакивает сосредоточенный бесенок. Он бросает свою добычу в лапы подчиненных и тут же ныряет обратно. Бесята радостно подпрыгивают и бегут по стенам на противоположную сторону коридора. Здесь им, похоже, больше делать нечего.
— Как знал, что увижу тебя здесь, — раздаётся сзади знакомый голос.
Резко оборачиваюсь. Из-за поворота выходит физрук и с интересом наблюдает, как бесята прыгают рядом с монстрами.
Не успеваю даже поздороваться.
— О, сейчас мы этих гадов… — Физрук медленно формирует боевой глиф, а я словно случайно дёргаюсь и вхожу в зону формирования рисунка.
— Да твою ж мать, Орлов! — Резко обрывает предполагаемую атаку препод. — Ты чего тупишь? Ну вот, посмотри, сбежали!
Физрук досадливо морщится.
— Извините, господин учитель. А что случилось? — делаю вид, что не понимаю.
— Что б тебя! — препод высказывает очередное негодование. — Не мог всего секунду потерпеть? Молодец, что нашёл гнездо, я же как раз его искал. Ходил и не мог понять, где собрались все эти твари. А ты вот заметил. Ещё бы под руку не лез, когда не просят, вообще бы цены не было! — Видно, как он расстроен тем, что не удалось подпалить бесят.
Физрук обходит переплетенные клубки монстров и оценивающе кивает.
— Нормально ты их тут набил. Я смотрю, ещё и неплохо сохранились. Если бы не эти вредители, — препод сплёвывает и снова возвращается к осмотру.
Вижу, как за спиной физрука, на полу, слегка подёргивается туша. Отвлекаю мужика на себя.
— Дмитрий, а не подскажете… — обращаюсь к нему, но договорить не успеваю.
— Стоп. Студент, откуда ты знаешь моё имя? — Цепко всматривается в меня физрук.
Краем глаза замечаю, как туша позади физрука подёргивается чуть сильнее. Пытаюсь чуть ли не мысленно передать бесёнку, чтобы действовал тише. Практически формирую это намерение в воздухе. И вроде бы всё получается: туша сначала замедляет все свои шевеления, а потом и вовсе замирает.
— Генрих Олегович как-то раз проговорился, — улыбаюсь физруку. — Случайно. На самом деле, я просто стоял поблизости и запомнил. А как тут не запомнишь? Из всех преподавателей мы только вашего имени-отчества не знаем.
— Ну и не знали бы себе дальше, — чуть смущённо улыбается препод, но тут же возвращает суровый вид.
В этот момент вижу, как туша одного из засадников позади физрука раздвигается. Из-под неё очень аккуратно, почти не касаясь земли, выбирается бесёнок. Медленно кладёт одно из щупалец на землю, переступает его и медленно, а главное бесшумно двигается на выход из коридора. Похоже, стены и пол здесь слишком устойчивы для его погружения в камень. Либо он умудрился стибрить что-нибудь эдакое. И его добыча не переживёт погружение.
Физрук перехватывает мой взгляд и резко разворачивается.
— Ах ты ж сволочь! — кричит он.
Тварюшка взвизгивает, дёргается сначала в одну сторону, потом в другую. Физрук шарашит молниями, но они никак не успевают за быстрой сменой положения бесёнка. А самонаведения, такого, как у меня, у физрука очевидно нет.
Он мажет раз за разом. На третьей молнии бесёнок высоко подпрыгивает и меняет своё положение с помощью крыльев. Заходит на крутой вираж и мгновенно исчезает за поворотом.
— Надо же, ушёл! Ты видел — нет? Летает ведь! — с лёгким восхищением спрашивает физрук. — Надо же как отожрался! Заметил?
— Что именно? — уточняю.
— Его размеры, — поясняет препод. — Я даже не думал, что такие бывают. Слышал, что у них есть своеобразная эволюция, но чтобы вот так… Эх, жаль, не догоним, — машет рукой физрук и снова поворачивается ко мне. — Ладно, студент, раз ты здесь оказался — помогай сцеживать яд. Пары туш нам хватит. Ещё заберём когти.
— А остальное? — интересуюсь. Прекрасно понимаю, что в таком виде оставлять коридор нельзя.
— А всё остальное сожгу к хренам, — довольно произносит препод. — Незачем им тут валяться без дела. Правда, коридор сразу станет частью Академии, но это уже отдельный разговор. Ну, что, поможешь или так и будешь бездельничать?
— Конечно, помогу, — соглашаюсь. — Что нужно делать?
— Эх, охотник! — качает головой физрук. — Для начала — сформировать щит. Я видел, ты с помощью него переносил вещи. Смогёшь?
— Конечно, — киваю. — Менять щит я умею.
— Тогда давай вместе отодвинем этого здоровенного гада, — препод показывает на приличный клубок засадников.
— Да я и один спокойно справлюсь, — пожимаю плечами и ловлю удивленный взгляд.
— Ну, дело твоё, конечно. Справляйся. Передвигай его сюда, — показывает рукой место для туши.
Идею подхватываю сразу — нужно сделать небольшой проход к центральному кублу. Что, собственно, мы и делаем буквально за пару минут.
Физрук подвешивает над дымящейся кровью существ магический мостик — видимо, тоже некое изменение щита, как у меня. Только преподу подобные фокусы не стоят вообще никаких усилий. Дальше действуем предельно аккуратно: практически не дотрагиваясь ни до чего, сцеживаем яд и вынимаем нужные физруку запчасти. После чего спокойно уходим из коридора.
— Ну и вонища, — замечает препод. — Всё-таки придется что-то с этим делать, и я даже знаю что. Сейчас мы быстренько сожжём всю эту гадость, — с предвкушением говорит он.
