— громко, спокойно, с нотками веселья.
— Громов! Я знаю, ты где-то здесь! Даже не думай, тебе меня не переиграть! Я старый матерый волк, мальчик. Ты охотишься на того, кто сам долгие годы пробивался к власти, сшибая с ног тех, кто мне мешал. Я слежу за твоими успехами уже давно, знаю как ты думаешь!
Я не шелохнулся. Обратившись в слух, я лежал и слушал.
— Хайнц был расходным материалом. С ним я и так собирался кончать. Думаешь, я не знал, что Свинцов про меня и мои планы все слил? Он слишком много знал и слишком много брал. Его система задушит. Он никто без меня. Но ты… Приехал сам, в чужую страну, без документов, без поддержки. Что ты здесь можешь? Умереть? Так ведь и про это никто не узнает!
Он помолчал. Затем бросил взгляд на своего начальника охраны. Как я понял, его звали Петр. Тот жестом указал на стоящую неподалеку машину.
— У тебя нет оружия, Громов! — зачем-то продолжил Беркутов. — Ты голоден, у тебя нет денег. Негде жить. А у меня — люди, деньги, время. И начальник охраны, который таких солдат удачи как ты, видит насквозь. Он служил там же, где и ты, пока не понял, что Родине он не нужен. А мне нужен, я хорошо плачу.
Зачем он все это говорит? Показать, как у него все хорошо схвачено? Бахвалится тем, что он весь такой умный и предусмотрительный? Хм… Это глупый поступок, наивный. Неужели Беркутов считает, что таким образом сможет меня как-то задеть? Или напугать?
Ну-ну… Калугин тоже так думал! Правда, он был труслив, а этот…
Время шло, Беркутов вернулся в машину, но пока никуда не уезжал. Его люди начали обходить склад повторно.
Нужно было срочно уносить ноги. Но только осторожно. Я начал медленно отползать назад. Железо чуть прогибалось под моим весом, но хотя бы не скрипело. Метр за метром, через несколько минут я покинул свою позицию и выбрался на покрытую старым снегом крышу. По ней добрался до дальней части, где спустился вниз по водосточной трубе на противоположную сторону склада. Здесь не было людей Беркутова.
Приземлился в небольшой сугроб, прислушался. Беркутов остался внутри — отсюда ничего не слышно.
Нужно было выждать немного.
Выводы были простые — Беркутов не боялся меня. А я не боялся его. Мы были хищниками одного веса, просто он играл на своём поле, а я пришёл на чужое. Он знал, что я здесь. Я знал, что он ждёт. Вопрос был только в том, кто ошибётся первым.
Я не собирался ошибаться. Уже дважды все пошло не так, как я планировал.
Двое суток я жил в порту, как тень. Спал в старом, заброшенном доме, на краю города. Такие, оказывается, тоже были. Подрабатывал в порту на разгрузке, чтобы было что есть и пить.
Нормально, бывало и хуже.
Я не торопился. Беркутов никуда не уйдёт. У меня присутствовало стойкое мнение, что он обосновался здесь, в Фёрде, снял виллу, нанял охрану, завел обслугу. Он ждал.
И добраться до него будет непросто. Особенно с учётом того, что его начальник охраны и впрямь толковый.
* * *
Помимо выживания, нужно было решать, что делать дальше. Раз Беркутова не взять стандартными методами, придется переходить к диверсионной деятельности. А это непросто. Но кое-как ой план у меня уже был.
С вечера следующего дня я залёг на крыше соседнего портового склада, откуда просматривалась вся дорога к восточным причалам и площадка перед складом номер 7.
Чёрная «Тойота» с тонированными стёклами что была у склада ночью, затем появилась снова, уехала в сторону центра города. Я переоделся в местную одежду, честно одолжив ее у кого-то из местных жителей — она просто сушилась во дворе, никто за ней не следил. Теперь я более-менее выглядел как человек, а не сумасшедший бездомный полярник. Убедившись, что машина снова уезжает, я незаметно двинулся за ней, держась за двести метров — достаточно, чтобы не потерять, но и не спалиться. К слову сказать, теперь у меня была и машина — взял ее на краю города, у какого-то пенсионера, который на ней не ездил. Он, правда, был настолько стар, что даже не был в курсе, что у машины «выросли ноги». Старая развалюха, вся скрипучая, но неприметная и на ходу. А это главное.
А потом я всё-таки увидел Беркутова. В городе, у одного из ресторанов. Теперь его возили на каком-то черном Мерседесе. Модель не новая, но все равно солидно. Ферде город не такой уж и большой, жителей тут тысяч на двадцать в лучшем случае. Надо же, сколько же денег Беркутов прикарманил в Союзе, раз здесь швырялся ими направо и налево?
«Мерседес» отъехал от ресторан, прошёл через центр, свернул на уже знакомый мне Хафстадвеген, остановился почти в самом конце улицы, у высоких каменных ворот. Судя по тому, что я увидел — это вилла. Небольшая, но двухэтажная, из тёмного кирпича, с черепичной крышей и узкими окнами. Забор кованый, поверху декоративные штыри — просто так не перелезешь. У ворот уже знакомая мне Тойота, а рядом с ней коренастый мужчина в теплом пальто и шапке. Его я узнал сразу.
Это Пётр. Начальник охраны.
Я запомнил его — он чем-то напоминал стервятника. Стоял неподвижно, как памятник. Ни одного лишнего движения. Все держал на контроле, все делал спокойно и размеренно. Профессионал. Из тех, кто не бьёт в лоб, а ждёт, выцеливает, убивает тогда, когда этого не ждёшь. Пожалуй, этот будет опаснее, чем обезвреженных мной в бункере майор Горин.
Все так же не привлекая внимания, я свернул в следующий переулок, достал мятую карту. Отметил эту виллу крестиком. Позднее, когда стемнело, я дважды обошёл квартал. Сзади небольшая, но крутая скала, не подобраться. Слева — жилые дома попроще, все жались друг к другу, словно бы земля под строительство заканчивалась. Справа — узкий проезд к хозяйственному двору. Чёрный ход. Там тоже был охранник.
До глубокой ночи я наблюдал с разных точек обзора, периодически меняя позицию. Все было тихо. А вот утром, около шести тридцати, из калитки вышел мужчина в серой куртке — невысокий, сутулый, с большой хозяйственной сумкой. Сел в старый седан неизвестной мне модели и уехал. Вернулся через час, судя по всему, с продуктами. Это что, прислуга?
Ещё дважды я видел его рядом с виллой. То он протирал машину, потом чистил снег. Расплачивался за доставку каких-то сумок.
