создаваемую заново русскую армию, и царь достойно его наградил. Не только деньгами и землями, важнее было получение потомственного дворянства и графский титул.
Продолжил военную стезю и его сын Карл. Но тот пошёл в моряки, даже командовал эскадрой в одной из военных компаний против Австрийской империи. Но он рано ушёл из жизни, ядро смело всех, кто стоял на мостике.
А вот мой отец Виктор Карлович получил блестящее образование в Московском университете и сделал блестящую карьеру по статской линии. Он трудился на различных должностях в коммерц-коллегии. И именно ему я обязан неплохим ежегодным доходом, целым рядом недвижимости в различных городах, большими земельными участками и даже производствами. У батюшки была идея фикс так организовать сельское хозяйство и переработку его продуктов, чтобы получить некое замкнутое автономное общество. Отсюда и эти многочисленные маслобойни, винокурни, мельницы и прочее. Отсюда и интерес к новейшим инженерным решениям. Отец не гнушался вызывать специалистов из Европы, дабы они ставили на реках новейшие системы водяных колёс. А также ветряков.
Жалко только, что он тоже рановато ушёл из жизни, в сорок три года. Оставив сына-оболтуса и красавицу дочь. Последнюю, правда, успел удачно выдать замуж. А вот я, судя по всему, ещё тот подарок. Но тут Григорий замкнулся, не желая развивать эту тему.
Далее, он более подробно остановился на моей военной карьере. Тут уже и я что-то начал вспоминать.
Итак, по настоянию тогда ещё живого деда, меня ребёнком в 12 лет отдали в Пажеский корпус. Это заведение для элиты, но меня как графского сыночка приняли. Затем по выпуску чин корнета и гусарский полк. Любое другое назначение было бы оскорблением фамилии. Разве что на флот.
Так в 17 лет я оказался офицером и сразу попал в действующую армию. К 28 годам получил штабс-ротмистра и возможно смог бы достичь большего. Но тут одновременно случились два происшествия. Скоропостижно умер от простуды мой батюшка и у меня случилась дуэль с одним высокопоставленным офицером. Мне повезло, а ему нет. Меня ожидал офицерский суд, но я предпочёл подать в отставку в связи со смертью родителя.
Приняв наследство, я пошёл во все тяжкие. Но тут Григорий опять скрывает подробности и томно опускает к земле глаза.
Надо понимать — дизелим мы вместе с ним на пару.
Кстати, он и в самом деле происходит из благородного сословия. Обедневший род, единственным выходом младшего сына стало поступление на службу юнкером. Не имея такой существенной поддержки как у меня, он сумел достичь чина вахмистра. Получив серьёзное ранение, Волков вышел в отставку и принял моё предложение поступить теперь уже на службу ко мне.
А вот некий Тимофей, который сейчас завис где-то под селом Хотьково из-за проблем с лошадью и вскоре должен пожаловать сюда в имение — это ещё один сюрприз, ещё одна неизвестная.
Так вот, этот Тимофей как раз из самого, что ни на есть подлого сословия. Он дослужился до капрала, также вышел в отставку по ранению и почему-то был принят мною на службу. Здесь память моего тела спасовала и ничего мне не подсказала. Но ясно, что тот тоже оказался нужным графу Белькурову человеком.
Глава 5
Да, фамилия нашего рода трансформировалась из французской де Белькур. Теперь становится понятным и не совсем популярное отчество Викторович. На Руси довольно редкое имя, а вот во Франции как раз, что Александр, что Виктор — одни из самых распространённых. Ну и видимо отец с дедом, называя сыновей, стремились сохранить исторические корни.
Кстати, я лишний раз получил подтверждение, что нахожусь в альтернативной ветке истории. Отсюда и странная карта мира, и иное летоисчисление и многое другое. В частности, сейчас правит его величество император всея Руси Константин II из рода Рюриковичей. Романовы существуют, но лишь на вторых ролях в качестве старинного боярского рода.
Россия или Московия в этом мире более тесно интегрирована в европейские дела. Я заметил, что доминирует в этом мире Франция. Её язык и культура пронизывают всё высшее общество европейский стран, включая Россию. И даже структура высшего общества является для меня некой помесью русских и европейских традиций.
Так сверху вниз выглядит табель благородных родов:
— Во главе всего стоит император, возглавляющий правящий дом. Его братья, дети и племянники являются великими князьями по факту рождения.
— Далее идут природные великие князья, представляющие древнейшие роды, а также потомки старых правящих династий Рюриковичей.
— Затем следуют служилые князья, получившие почётный титул за службу императорскому дому. Это полководцы, снискавшие славу империи, великие сановники, губернаторы и прочие.
— Маркизы, это уже пришло из европейских традиций. Они, как правило, являются пограничной аристократией.
— Графы тоже относятся к старинной аристократии и являются владельцами огромных земельных владений.
— Виконты, это младшие ветви графских родов.
— И наконец бароны — низшее и наиболее распространённое дворянское титулованное сословие. Порой этот титул покупают за немыслимые деньги разжиревшие на торговле купцы. Поэтому среди знати баронские титулы не всегда котируются.
— В самом низу сословной дворянской лестницы находятся служивые безземельные дворяне и получившие за заслуги именное дворянство.
Далее идут городские сословия, это купцы, мещане и ремесленники.
К податным сословиям относятся вольные землепашцы, государственные люди и зависимые крестьяне. То есть крепостные, те же рабы.
Вся эта информация всплыла у меня в голове, когда я слушал Григория Волкова. Но она не была структурирована, подавалась отдельными кусками без эмоциональной окраски. Будто мне кто-то пересказывал свои воспоминания. Но видимо наиболее яркие моменты жизни юного виконта Белькурова каким-то образом сохранились в естественном виде.
Так передо мной всплыла очень красивая девочка с неестественно взрослым выражением лица. Видимо это моя сестра. До 12 лет к нам домой приходили частные учителя. Учитель немец преподавал математику, географию и естественные науки. Батюшка — закон Божий, историю и грамоту. Француз — языки и правила этикета. Вот на некоторых уроках мы и сидели вместе с сестрой. Но воспитывал нас отец в строгости и мы с сестрой редко пересекались.
Уже позже в Пажеском корпусе нам читали лекции по военным дисциплинам, естественным наукам и придворному этикету. Вспомнилась картинка вручения в большом парадном зале офицерских патентов за подписью великого князя, главнокомандующего сухопутными силами. Мы стояли в едином строю и ждали, когда вызовут очередного выпускника. Кроме патента начальник корпуса вручал офицерский шарфик серебряного цвета как символ вступления в должность корнета. Я помнил это ощущения холода шпаги, белых перчаток и новенького тёмно-синего доломана с серебряным шитьём.
