— Да, впускай. И уведи эту… девушку, — вместо слова «девушку» он явно хотел сказать что-нибудь покрепче, — в какую-нибудь комнату. И не спускай с неё глаз, если вдруг решит убежать.
— Я понял вас, господин Диор. Госпожа? — он протянул ладонь, не боясь, что она испачкает его белую перчатку кровью.
Но Юнона встала сама. Не сказав ни слова и даже не обернувшись, она молча выскользнула за Хайсом, продолжая убаюкивать на руках своего брата.
— Хоть бы спасибо сказала тебе за спасение… — фыркнул Диор, когда они скрылись за дверью. — Сам застрелишь или будем сдавать их гостям?
— Кто такие Енджеры?
— Собачки Блэскенсов.
— Это те, которые должны были нам по крови и спасли Сильвию со мной после туманов?
— А ещё они крупные застройщики и, скорее всего, действуют по указке наших любимых Доргейнбергов. Блэкенсы и Доргейнберги вообще хорошо спелись, поэтому неудивительно, что один просит другого подсобить в этом непростом деле.
— Что скажем им?
— Ну уж не то, что ты не хочешь отдавать им свою неёбаную игрушку, — бросил недовольно Диор. — Ты не видишь, что от неё одни проблемы?
— Если бы тогда не слил информацию, ничего бы этого не было, — ответил я.
— Да с чего вдруг?
— Да с того, что тогда, когда ты слил инфу, на нас напали. И все увидели, что, оказывается, если нападать осторожно и быстро, ничего не будет. Если бы не тот случай с Рагдайзерами, никто бы не рискнул напасть на Белый Клык сейчас. А теперь безнаказанность на лицо.
— Да всё равно бы рано или поздно это случилось, — отмахнулся он.
— Лучше позже, чем раньше, — ответил я недовольно.
— Лучше придумай, что им скажешь.
— Ты же у нас переговорщик.
— О, так теперь я тебе нужен, — наигранно удивлённо посмотрел Диор на меня.
— Конечно, ведь кто-то должен чесать языком, верно? — в таком же духе ответил я ему.
— То есть хочешь сказать, что я ничего не делаю и просто чешу языком?
— Хочу сказать? Нет-нет, ты меня не понял, я открыто говорю тебе: ты нихрена не делаешь и чешешь языком, заговаривая зубы другим.
— Вот, значит, как, — упёр он руки в бока.
— Именно так, — недовольно ответил я.
Но тут неожиданно решила влезть Ушастая со своим сверхценным комментарием.
— Как маленькие дети… — надменно фыркнула она и тут же получила в ответ от нас двоих:
— Заткнись!
От такого резкого и неожиданно дружного ответа Ушастая вздрогнула, поджала губы, пропустив кончики ушей, и обиженно и расстроенно пробормотала:
— Никто меня не ценит…
— Да кому ты нужна?! — мы вновь рявкнули на неё одновременно, после чего недобро переглянулись.
— Никто мной не дорожит… — совсем уж жалобно пробормотала эльфийка, опустив кончики ушей ещё сильнее.
— Если ты блять такой умный, то взял бы и разобрался сейчас с ними, — рыкнул Диор, стараясь не обращать на Ушастую внимания.
— Ты действительно предлагаешь с ними разобраться, а?
— Но не так, дебил, — фыркнул он, глядя на револьверы. — Вытащи мозг из жопы и пристрой там, где нужно. Сейчас на нас ополчатся.
— Да какой ополчатся из-за одной дуры…
— Ты думаешь, они не мечтают получить наш бизнес? Что если мы придерживаемся одного взгляда, нам никто не вгонит несколько сантиметров металла в спину? Да они только и ждут, как бы нас отправить к предкам! Разница между ними с севером лишь в том, что мы им пока что нужны, не более. А потом нам всё вспомнят, если уже не вспоминают, — Диор вздохнул, после чего покосился на Ушастую. — Так, ладно, потянем немного времени. Нужно время, чтобы подумать немного… И убери Ушастую, она меня раздражает.
— Ушастая, спрячься где-нибудь, — махнул я головой в сторону выхода.
— Ненавижу вас… — буркнула эльфийка и скрылась за дверью.
Мы молчали до тех самых пор, пока в дверь осторожно не постучали. Мы с Диором переглянулись, после чего, не сговариваясь, заняли свои места. Я расположился в небольшом кресле, которое сюда перетащили, в самом углу в тени. Диор сел за отцовский стол.
— Входите, — спокойно сказал он, мгновенно преобразившись, будто ничего между нами не произошло. Натянул свою хитрожопую улыбку. Вернул невозмутимость лица.
Сначала в кабинет вошёл Хайсен.
— Господин Диор, господин Тэйлон, господа Енджеры пришли.
— Пусть проходят, — кивнул Диор.
Хайсен кивнул, после чего вышел за дверь и уже через пару секунд раскрыл её, с поклоном пропуская аж трёх мужчин, который выглядели, мягко говоря, как головорезы. Одетые с иголочки, они удивительным образом создавали о себе впечатление людей, которые пришли что-то отжимать.
— Тэр Гримли, тэр Сорт и тэр Юджин, — Диор встал и кивнул мужчинам. Я, естественно, повторил за ним, пусть и находился практически за их спинами.
— Тэр Диор, тэр Тэйлон, — кивнули они нам, уже после чего пошли стандартные извинения. — Мы просим у вас прощения за то, что побеспокоили вас в столь поздний час, но…
Это, как я понимаю, заговорил главный, если не ошибаюсь, Сорт.
— Не знаю, стоит ли принимать их… — пробормотал Диор достаточно громко, чтобы они услышали, садясь обратно в кресло отца, после чего жестом пригласил их сесть. — Хайсен, принеси нам выпить, будь добр.
— Конечно, господин Диор, — поклонился слуга.
— Мы бы…
— Я настаиваю, — негромко произнёс Диор, вовсю пользуясь своей аурой.
Все трое смолкли, даже не шелохнувшись. Диор за мгновение словно стал темнее, а потом опять вернул себе обычное состояние. У него был прямо талант источать невидимую силу, которая подавляла даже таких головорезов.
Слуга вышел, и повисла тишина. Сорт, старший из группы, вновь попытался заговорить, лишь когда нам принесли выпить.
— Мы пришли сюда…
— Я знаю, зачем вы пришли сюда. Енджеры… ваше родовое поместье находится, если я не ошибаюсь, около большой деревни такой… Лесное? Вроде Лесное, верно?
— Да, тэр Диор, Лесное. Но мы…
— Да, дальние земли… У вас там вроде и хозяйство небольшое есть, — продолжил Диор. — Вы шишки собираете, ягоды, грибы… ну такое, продукты из леса, если я правильно помню. По крайней мере едва ли не две трети ягод, грибов и орехов поставляется именно вами… А, ещё… сосновая настойка, точно!
— Да, тэр Диор, — кивнул Сорт, уже поняв, что пока не дослушает, ему право слова не дадут.
— Ясно… напомните, мы хоть раз бывали в вашей деревне? — Диор сложил руки домиком, внимательно смотря на них, будто ему было действительно интересно услышать ответ.
— Тэр Диор…
— Я задал вопрос, тэры. Я хочу получить на него ответ, — практически мгновенно понизил он голос. — Хотя я и сам могу ответить на него. Нет, не бывали. Не лазили по вашим маленьким дворикам, не творили на вашей территории того, что нам вздумается. А если бы вдруг решили, то, даже несмотря на ваши размеры, пришли бы лично, объяснили ситуацию и попросили разрешения лично решить вопрос. Да, думаю, мне было бы не лень сходить в маленький, но тем не менее род и проявить уважение. А у нас тут что…
Он встал из-за кресла, подошёл к окну и отдёрнул штору.
Сейчас было хорошо видно, как со стороны леса виднеется небольшое зарево, будто встаёт солнце.
— Хорошо горит… — кивнул он сам себе. — Но тем не менее… — обернулся к гостям, — я уже не буду говорить, что это мы имели право первыми разобраться с ними. Кто успел, тот и съел, как говорится, хотя одно это… расстраивает. Я хочу заметить, что этот город и все близлежащие от него территории под нашей сферой влияния. Хочу напомнить, что это мы здесь власть и закон, а не кучка детей, сбежавших из своего леса. И это нам решать, что и как делать здесь, — закончил он совсем тихо. — А вы припираетесь из леса ночью, не предупредив, портите нашу защиту, творите вакханалию и потом собираетесь убежать, как маленькие нашкодившие дети. И ведь если бы не эта блохастая, вы бы словом не обмолвились, что это ваших рук дело.
— Тэр Диор, нам очень жаль…
— Не очень, как вижу, — фыркнул он.
— Но это был приказ Блэскенсов.
