усилий, но зато гарантировал, что в случае необходимости ловушки сможет вырубить даже полный профан в механике, но зато знающий на какой «узор», скрытый в магическом фоне здания, следует «надавить», чтобы ловушки перестали работать.
— Не беспокойся, я все отключил, единственное, что здесь грозит, это подвернуть ногу и навернуться с лестницы, — пошутил я, и вспомнив добавил: — Ах да, в подвал тоже не спускайся, — помедлил: — Вообще никогда не спускайся.
Гвардеец покосился на меня.
— Там что-то особо опасное?
Я помедлил и признал:
— Там что-то, что к чему без особой необходимости лучше не приближаться простому человеку.
Самое забавное, я ничуть не лукавил, я понятия не имел, как отреагирует источник на приближение живого существа. И дело даже не в защитных действиях вроде уничтожения, магическое излучение могло воздействовать на организм незаметно, вызывая мутации. Подвал хорошо экранирован и наверху безопасно, но оказываться слишком близко к такой концентрации магии я бы поостерегся. Во избежание так сказать.
Достаточно вспомнить пожухлую траву вокруг башни исследовательского комплекса Коллегии и уродцев из Мертвого Урочища чтобы понять, что с такими вещами не шутят.
Выражаясь технологическим языком, можно сказать, что в подвале Коллегии прятался ядерный реактор, к которому без специального защитного снаряжения обычным людям лучше не приближаться. Если только не хочешь сдохнуть от лучевой болезни или превратиться в урода.
Меня в этом отношении спасал Сумеречный Круг. Он играл роль защитного костюма, поглощающего вредное излучение. Собственно, от этого я даже делался сильней. Чем больше энергии гуляло вокруг, тем выше становилась насыщенность внутренней энергетической оболочки. А для мага это всегда в плюс.
— Удачи. И смотри под ноги, тут толстые ковры, — последнее напутствие прозвучало брошенным через плечо.
Больше не оглядываясь на гвардейца я широким шагом направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Мимо мелькали обитые деревянные панелями стены, причудливой формы светильники, и редкие картины в изящных рамах в основном на морскую тематику (что логично, учитывая расположение города) и лесные пейзажи (видимо море некоторым магам в реальной жизни осточертело и хотелось хоть иногда посмотреть на что-нибудь другое).
Второй этаж начался с широкого коридора. Несколько запертых с двух сторон дверей, расположенных на разном расстоянии, у каждой свой неповторимый стиль. Табличек нет, что понятно, здесь бывали только свои и без того знающие назначение внутренних помещений.
Я помедлил, затем уверенно направился в дальний конец коридора с дверью, украшенной знаками четырех стихий — воды, земли, огня и воздуха, переплетенными между собой в единый символ. Древнее обозначение алхимии, использующееся до сих пор даже современными волшебниками.
Как и в предыдущими разы ручка легко поддалась, створка бесшумно распахнулась, открывая глазам длинную вытянутую комнату. С одной стороны широкие столы, примкнутые к стене, с другой многочисленные шкафы и стеллажи. Напротив двери высокое стрельчатое окно, обеспечивающее естественное освещение.
Алхимическая лаборатория.
Колбы, реторты, щипцы, ящички для инструментов, футляры и шкатулки. Стеклянные емкости, пузатые, вытянутые и узкие, разных форм и размеров. Такие же разнообразные сосуды. Чего тут только не было. Отдельно на полках лежали многочисленные магические ингредиенты, компоненты и реактивы, и еще черт знает что, чему даже в памяти Га-Хора не нашлось названия.
Губы сами раздвинулись в довольной улыбке.
— Пещера с сокровищами.
Все лежало на своих местах в полном порядке, готовым к использованию. Что в очередной раз доказывало, что прежние хозяева ушли, тщательно прибрав за собой, рассчитывая в будущем вернуться обратно.
Слой пыли покрывал все предметы, но не такой толстый, как можно ожидать после пяти веков забвение. И вообще, помещение не выглядело заброшенным, скорее временно оставленным, но полностью готовым к возобновлению работы.
Я прошел вперед и остановился у одного из столов. Внимание привлекла странная конструкция в форме необычного цветка… нет, скорее крупной металлической тарелки в виде раскрытого бутона… нет, черт знает на что это походило, но в центре находился маленький кристалл-накопитель. Судя по емкости, в которой он стоял, там должно было находиться что-то еще, возможно питательная среда.
— Пытались вырастить кристалл? — я задумчиво потер подбородок.
Похоже эксперимент не завершили, прервав процесс создания на середине. Представляю какое проводивший опыт маг испытывал раздражение, когда ему сказали, что брать тяжелую даже на вид конструкцию с собой нельзя.
Что касается самого эксперимента…
— Долго, муторно, скорее всего требует много специфических компонентов, и вероятно за процессом надо постоянно следить, — я помедлил. — Но теоретически возможно, зародыш явно имеет четко прослеживаемые свойства стандартного накопителя.
Любопытно? Да. Другой вопрос, стоит ли продолжать эксперимент. Кажется это займет много времени и потребует максимального участия и внимания.
— Может завести ученика и свалить на него рутину? — я усмехнулся. Многие маги так и поступали, разрабатывали теорию, активно участвовали на начальных этапах, а затем ставили подмастерьев присматривать за дальнейшим процессом, высвобождая себе время для более важных задач.
Идея интересная и вполне могла сработать, но где найти подходящего кандидата? Это тоже потребует усилий, может даже не меньших, чем сам эксперимент. Стоит возиться? Вопрос открытый.
На следующем столе стояла пузатая стеклянная емкость, полная зеленоватой жидкости. Внутри плавало нечто непонятное, похожее на маленькое существо.
Гомункул? Один из чародеев пытался вырастить какую-то тварь?
Рядом с емкостью на столе лежала толстая тетрадь в черном кожаном переплете. Похоже рабочий журнал с результатами проводимых опытов. Пальцы прикоснулись к обложке, переворачивая, и тут же сквозь зубы вырвалось сдавленное ругательство. Под едва заметным касанием страницы хрустнули и надломились. Похоже для обычной, не защищенной магией бумаги, пять веков не прошли без последствий. И это при том, что внутри лаборатории сохранялся относительно сухой воздух. При влажности вообще бы начисто сгнила.
— Надеюсь остальные книги защищены лучше, — пробормотал я, решив пока оставить журнал в покое. Листы стали слишком хрупкими, могли легко рассыпаться в пыль. Впрочем нет, в пыль вряд ли, все-таки не тысячелетия прошли, но сломаться могли. И все из-за воздуха, в лаборатории не принято хранить документы и условия здесь не совсем соответствующие. Странно, что неизвестный исследователь не прихватил с собой результаты своей работы. Может забыл? Такое бывает, особенно если сборы проходят аккуратно, но быстро и товарищи поторапливают, а в списке много важных вещей, которые необходимо забрать.
— Ладно, разберемся.
Я огляделся, рассеянный взгляд мазнул по стрельчатому окну, мозг услужливо подсказал внешний вид здания, соотнеся с положением внутри помещения, где сейчас находился.
Забавно, если верить планировке, то башенка должна быть где-то над головой. Но лестницы нет, значит есть ход на третьем
