class="p1">— Бродяга, дай нам панорамный осмотр, — распорядился я. — Алеся, попробуй снять этих уродов.
— Есть, командир.
Девушка неплохо восстановилась после удара по биомехам в пещере.
Закругляющиеся стены рубки сделались прозрачными.
Я увидел чёрную поверхность купола под нами, далёкую панораму исследовательского посёлка, обрыв к долине реки…
И тут над краем купола появились чёрные точки.
Масштаб колонии был настолько чудовищным, что мехи представлялись некими муравьями, копошащимися на грани видимости. Думаю, в этой сфере обитало не менее десяти тысяч жителей, кем бы они ни были.
— Достанешь? — спросил я у Новацкой.
— Должна.
Я ощутил всплеск энергии.
Знаете, чем мне нравится техника Алеси? Никаких разрядов, протянувшихся к ладоням. Полная автономия, даже в закрытом помещении. То есть, она может бить через преграду, если видит цель. Или создавать разряд внутри объекта. А то и вовсе подкидывать врагам шаровую молнию.
Зигзаг прорезал блеклое утреннее небо.
Ослепительная вспышка.
Первый мех сгорел сразу, вместе с пилотом. У второго обуглился левый манипулятор, но машина ещё пыталась держаться на оставшихся.
Второй разряд швырнул «Истребителя» в пропасть.
— С меня печеньки, — похвалил я своего бойца.
Девушка аж засияла от радости.
И в этот момент над нашими головами появился человек.
Подняв глаза, я уставился на инквизитора в чёрной рясе, прыгнувшего на корпус домоморфа. Я видел рифлёные подошвы его ботинок, расставленные на ширину плеч ноги в чёрных брюках, морщинистое лицо и седую бороду.
— Он нас не видит, — заверил Бродяга. — Я установил поляризацию.
Это был каратель.
Посмотрев вниз, дед в янтарно-чёрной рясе довольно оскалился. Его взгляд, казалось, прошил меня насквозь. А потом вены карателя стали набухать и светиться ярко-фиолетовым.
Снаружи что-то сгущалось.
Глава 7
Дед мне сразу не понравился.
— Бродяга, что он делает?
— Не знаю, Сергей. Мне незнаком этот тип энергии.
Здравствуйте, я ваша тётя.
— Сбрось его, — приказал я.
— Принято к исполнению.
Домоморф резко изменил конфигурацию потолка. Купол превратился в конус, и дед с фиолетовыми венами полетел вниз… Но во время падения ухитрился выбросить руку и зацепиться за стекло. Я увидел прозрачные борозды, тянущиеся за его пальцами… очень сильно смахивающими на когти. Пальцы светились фиолетовым.
— Какого хрена? — не выдержал Мусаев.
— Потеряна связь с первым ремонтным модулем, — доложил Бродяга.
— Его разделывают те твари, — отозвался Такахаси у Проектора. — В техническом тоннеле. Слепки нужны?
— Нет, — покачал я головой.
Каратель зацепился за наклонную поверхность конуса второй рукой.
— Бродяга, почему он не падает?
— Сергей, у меня плохие новости. Кажется, этот инквизитор продавливает сдерживающее поле и частично разрушает связи протоматерии.
— Хочешь сказать, он пробивает внешнюю оболочку? — изумился я.
— Давление растёт.
Тупик.
Мы не могли уйти в многомерность до восстановления Администратором контроля над колонией. Потому что Бродяга следил за АРМ и оказывал ему навигационную поддержку.
— Алеся, сними этого дегенерата, — бросил я через плечо.
Сверху ударила молния.
Я ощутил нехилое завихрение ки. А потом вдруг понял, что атака не причинила карателю ни малейшего вреда. Энергия развеялась, распределилась — называйте, как хотите. На краткий миг мне почудилось, что нашивки на рукаве рясы светятся жёлтым. И образуется некое подобие туманной полусферы…
Инквизитор оторвал правую руку от Бродяги. Сложил пальцы в кулак и нанёс сокрушительный удар по гладкой поверхности конуса.
По стеклу побежали трещины.
Скос потолка прогнулся.
— Да ну нафиг! — взревел я.
И сделал карателя бесплотным.
Оболочка домоморфа не пропускала подобные объекты, но вот цепляться своими когтями за скос дед больше не мог. Я увидел, как его тело скользнуло вниз… растворившись в воздухе.
— Прыгнул, — сказала Ольга.
— Вопрос в том — куда, — Байт Мусаев встал с кресла, лениво выхватывая нож из поясного чехла.
Я утратил связь с дедом.
Внизу раздался странный грохот.
— Что там происходит? — я не понимал, куда делся наш противник.
— Он на первом этаже, — сообщил Бродяга. — Пытается нарушить целостность оболочки.
Второй удар — и отчётливый хруст.
Бродяга успел зарастить повреждения наверху и превратить конус в купол. Но дед с фиолетовыми венами проламывался к нам на уровне первых ярусов.
— Есть контакт с АРМ? — уточнил я.
— Я его веду.
— Что он делает?
— Подключается к одному из управляющих узлов.
Грохот, треск.
— Смени форму, — приказал я. — Веретено.
Стены надвинулись, потолок ушёл вверх.
Не только рубка, но и весь артефакт изменили конфигурацию.
— Инквизитор исчез, — отчитался Бродяга.
Я переглянулся с Мусаевым.
И тут же за пуленепробиваемым стеклом купола мелькнула знакомая тень. Дед в рясе упал на колено и вогнал кулак в оболочку. Во все стороны разбежались фиолетовые дорожки. Что-то хрустнуло. А ещё мне показалось, что внутри купола заструились чёрные ленты протоматерии.
— Вали его, — приказал я Байту.
Диверсант растворился в воздухе.
Выпал из многомерности по ту сторону купола.
И, небрежно взмахнув рукой, полоснул инквизитора по горлу.
Я был практически уверен в результате. Расплывчатые контуры указывали на то, что диверсант не до конца покинул многомерность. Он бил, рассчитывая вспороть защиту карателя с помощью дополнительных измерений.
Вот только дед среагировал молниеносно.
Размазавшись от скорости, перехватил кисть Мусаева, вывернул сустав и поставил моего бойца на колени. Лицо Байта перекосилось от боли…
Я едва успел сделать гвардейца проницаемым.
Пальцы инквизитора схватили пустоту.
Мусаев вовремя сообразил, что надо валить, и нырнул в многомерность. Секунда — и он уже на ковре гостиной. Тяжело дышит, хватается за неестественно вывернутую кисть.
— Целитель нужен, — Ольга подскочила к поверженному диверсанту.
Вместе с Такахаси телепатка усадила кривящегося от боли Мусаева в кресло.
Инквизитор неспешно достал из кобуры пистолет.
Я уже видел оружие этих ушлёпков. Внушительное, с приличным боезапасом, мощным футуристическим стволом. Не «глок», но очень похоже.
— АРМ встроился в коммуникационную систему, — доложил Бродяга.
Всё, что мне оставалось — вновь сделать упоротого карателя бесплотным.
Дед начал стрелять.
Пушка тоже светилась фиолетовым, как и глаза этого ублюдка.
Я продолжал держать концентрацию. Каратель не мог провалиться вниз из-за тотальной блокады домоморфа, но его оружие вместе с патронами перестало быть опасным. Через три выстрела дед сообразил, что у него проблемы. Попытался сунуть ствол в кобуру, но тщетно. Пистолет прошёл насквозь через тело и материал кобуры.
— Бродяга, свяжись с Администратором, — приказал я. — Он контролирует колонию?
Пауза.
— Контроль достигнут, — доложил домоморф.
— Уходим отсюда, — приказал я. — Срочно!
— Конечная цель?
— Домой! В Красную Поляну!
Дед, разумеется, не мог нас слышать.
Он вообще ничего не мог.
Когда я убрал с него проницаемость, Бродяга уже уводил нас в иные измерения. И я понятия не имел, что будет с карателем.
Стены утратили прозрачность.
Возник экран, транслирующий осенние горы.
— С тобой всё в
