безжизненным. Там, где обосновалась такая большая стая крыс, другим тварям делать нечего, как бы сильны и кровожадны они ни были. Злобные мелкие хищники просто задавят конкурентов массой.
Сквозь вязкую муть в голове начали пробиваться звуки. Эхом в виски долбил громкий, до зуда в зубах, булькающий писк и скрежет когтей по бетону. Светошумовая граната Сольвейг отработала на совесть, выдав импульс такой силы, что даже меня, зажмурившегося и уткнувшегося в пол, едва не отправила в нокаут. Крысюкам, с их чувствительными глазами и локаторами-ушами, досталось куда сильнее.
Охая и матерясь, поднял выпавший фонарь. Армейская техника неубиваема! Я им отбивался, как дубиной, от злобных монстров, а ему хоть бы хны! Яркий луч осветил место недавней схватки. Несколько тварей, оказавшихся в эпицентре вспышки, бились в конвульсиях. Те, что находились дальше, сейчас ползали по полу, оставляя за собой кровавые следы из полопавшихся барабанных перепонок и вытекших глаз. Именно они издавали эти отвратительные звуки. Остальная стая разбежалась, предпочтя не связываться со столь опасной добычей. Я не сомневался — они вернутся. Хотя бы для того, чтобы сожрать своих мёртвых сородичей. Но меня здесь к тому времени уже не будет.
Отдышавшись, двинулся дальше, ориентируясь на выцветшие, едва различимые планы эвакуации, висевшие на покрытых чёрным грибком стенах. По схеме, в конце этого прохода должен быть спуск на следующий подземный этаж. Зачем прятать лабораторию так глубоко? Странное решение! Но всё, что было на поверхности, я уже обошёл. Значит, интересующие меня помещения находятся ниже.
Дверь в конце коридора оказалась заперта. Механический замок поддался не сразу, пришлось повозиться отмычками. Но и тут меня ждали проблемы. Петли проржавели и схватились намертво. Попробовал отжать массивную, похожую на сейфовую, дверь пожарным багром, висевшим тут же, неподалёку. Трухлявая железяка согнулась и с тихим щелчком сломалась, осыпавшись в месте излома коричневыми ошмётками ржи. Звон упавшей на бетон стали отозвался далеким шебуршанием и возбуждённым писком.
Пришлось тратить артефакты и внутренний резерв, чтобы расплавить проклятые петли. Магия работала как попало. Она то шипела, словно дырявый чайник на углях, то вырывалась мощной плазменной струёй, обжигая мне лицо и руки. Наконец створка затрещала и под собственной тяжестью рухнула на пол, едва не отдавив мне ноги.
Внутри оказался просторный технический зал с рядами распределительных шкафов, пультов непонятного мне назначения и широким пандусом, уходящим во тьму нижних уровней. Он-то мне и нужен. Спустившись вниз, я оказался в огромном помещении, заставленном массивным оборудованием. Резервуары, трубы, пульты, что-то похожее на плавильные печи. На облупившейся краске стен едва угадывались надписи. С…к…р Л…1. «С», «к» и «р» — я так понимаю, сектор. Ну а «Л» — скорее всего, лаборатория.
В нос шибануло аммиаком, смешанным с сероводородом. У дальней стены послышалось шебуршание. Свет фонаря выхватил из тьмы распахнутый дверной проём, какую-то бесформенную кучу и копошащихся в ней крупных, размером с мою руку, белесых червей.
Попав в луч света, они зашипели и поднялись столбиками, ощерившись на меня круглыми, полными зубов пастями. Но напасть не попытались.
Сделал несколько шагов вперёд, по направлению к полуразложившемуся трупу огромного крысюка, которого и жрали червяки. Гигантские зубастые опарыши так и остались стоять столбом, выбросив вокруг себя облачко мутного газа, похожего на туман. Ну и ладно. Они не трогают меня, я не трогаю их.
— Жрите, жрите, — хрипло буркнул я, и мой голос эхом отозвался под высоким потолком, — приятного аппетита.
Сделав приличный крюк, обошёл пирующих падальщиков и по стеночке просочился в следующий коридор. Монстрики проводили меня своими зубастыми пастями и вернулись к трапезе. Несмотря на свой омерзительный вид, тварюшки мне понравились. Никого не трогают, кушают себе спокойно, на мирных туристов не бросаются. Настоящие пацифисты аномалии, где даже мох готов сожрать неосторожного путника.
Коридорчик оказался совсем коротким и оканчивался тремя похожими на так вымотавшую меня своими ржавыми петлями дверьми. Фонарь выхватил из тьмы поблёкшие таблички: «Склад», «Бытовой блок» и «Спецблок». Ну, если это не лаборатория, то даже не знаю, куда ещё Вороновы могли её спрятать. А главное — зачем?
Магические замки давно вышли из строя. Двери держались на перекошенных петлях. Лишь бытовой блок оказался заперт. Но мне туда и не надо.
Прислушался. Вроде тихо. Или крысы сюда не добрались, или тут живёт кто-то пострашней. Упершись в стену ногой, потянул нужную дверь на себя, с опаской, что сломаю, повиснув на ручке всем своим весом. Ручка выдержала. С тяжёлым, протяжным скрипом обитая металлом, похожим на свинец, створка поддалась. Я замер, тут же выставив перед собой арбалет. Была мысль метнуть внутрь светошумовую. Но их осталось не так уж много, а мне ещё возвращаться. И неизвестно, что меня ждёт на обратном пути.
Не теряя бдительности, сделал шаг вперёд. Внутри было сухо и пыльно. Свет фонаря скользнул по рядам лабораторных столов, заставленных стеклянными колбами, помутневшими ретортами и сложными измерительными приборами. В центре возвышалась почти под самый потолок установка неизвестного назначения. Огромный, опутанный трубками и проводами цилиндр с мёртвыми циферблатами измерительных приборов. И всё это покрыто густым слоем рыжевато-серой пыли.
Вычислить кабинет руководителя труда не составило. Помещение за помутневшей стеклянной перегородкой, откуда должен открываться отличный обзор на весь лабораторный зал. А вот отыскать туда вход оказалось посложнее.
Неприметная, скрытая дверь оказалась за стойками оборудования. Извилистый, похожий на лабиринт коридор заканчивался комнатой с одним-единственным рабочим столом и полностью заставленными шкафами с папками стенами. Судя по всему — приёмная. Из любопытства выборочно полистал документы в папках. Приказы, нормативы, техкарты. Ничего интересного.
Среди шкафов выделялась роскошная деревянная двустворчатая дверь с бронзовыми ручками и табличкой: «Научный руководитель. Кн. Воронцов». Вот как! Даже не заведующий лабораторией, а научный руководитель! Как интересно!
Внутри царил относительный порядок, если не считать пары перевёрнутых стульев и осыпавшейся штукатурки, а добротная, массивная мебель сильно контрастировала со стандартными лабораторными столами снаружи. Мой взгляд сразу зацепился за стальной шкаф, намертво вмурованный в стену. Сейф. Тяжёлый, бронированный, с классическим механическим лимбом.
Детский сад. Беда всех техномагических миров в том, что здесь, как ни крути, больше полагаются на магию, а не на технологии. В обычном мире вскрыть сейфовый замок стало бы проблемой. А тут… Даже инструменты доставать не пришлось. Прижал ухо к дверце, покрутил лимб, дождался щелчков — и дело сделано. Так же просто, как и наверху.
На средней полке тускло поблёскивали несколько матово-серых слитков. Тот самый «Сплав-Т». Я коснулся одного из них. Металл был тяжёлым, холодным и… пустым. Он словно поглощал окружающий фон. То-то
