пятнадцать до готовности, послала сына герра Рюдика за дровосеками. Пусть пока устраиваются. Тем более, что я нарезала салата на закуску, а на горячее был суп-гуляш. Салат сделала в одной большой миске, тарелки глиняные привезла с собой, благо, в кнейпе этого добра было достаточно.
И только я приготовилась разливать гуляш по тарелкам, как вдруг протягивающий мне тарелку герр Эдер замер и, нахмурившись, посмотрел мне за спину…
Я повернулась. Там стояло примерно пятеро мужчин, и чем-то они были похожи на дровосеков, единственная разница заключалась в том, что у них топоров не было.
— Чем это у вас тут пахнет? — спросил один из них и подошёл к котлу, попытавшись засунуть в него нос.
Я сразу прикрыла крышку.
— Идите, куда шли, — грозно сказал герр Эдер, и к нему подтянулись вставшие из-за стола дровосеки.
Но мужик не испугался, миролюбиво развёл руками, показывая, что пришли они с миром, и сказал:
— Да мы тут чуть с крыши не попадали от аромата вашей еды.
Оказалось, что это строители. Они неподалёку строят дом, почувствовали запах гуляша, и пришли на этот аромат.
— Господа, — сказала я, — здесь обед рассчитан только на тех, кто заплатил.
— А как можно к вам попасть на этот обед? — спросил мужчина.
— Сегодня уже никак, — сказала я.
— А завтра? — в голосе строителя прозвучала мольба.
А я… ну вот не могу я, когда люди голодные, тем более, что котёл большой, здесь ещё на две бригады хватит, правда подольше надо будет потомить.
— Как далеко вы отсюда?
— За тем поворотом, — махнул рукой строитель. — Наша бригада там работает.
— Тогда завтра можно. — Я назвала цену. — Сейчас пока возьму с вас денег на два дня. Но если понравится, потом будете платить за неделю.
— Мы сразу готовы за неделю! Так пахнет… А попробовать можно?
Я посмотрела на герра Эдера. Он вздохнул.
— Ходят тут всякие… Сами ещё голодные, не ели.
Хорошо, что была лишняя тарелка. Я туда положила буквально пол половника. Не знаю, как они будут его пробовать, все вместе или кто-то один, но я продолжила наливать суп-гуляш своим подопечным.
Вскоре меня окликнули. Оказалось, что это строители уже скинулись и протягивали мне мешочек с деньгами.
— Вот, фрау, возьмите на завтра, а завтра ещё принесём, — сказал строитель.
Я взяла деньги и сказала:
— По времени точно не сориентирую, но до двух часов пополудни все поедят, — пообещала я.
— А как это прекрасное блюдо называется? — вдруг задал вопрос самый молодой из строителей.
Я подумала: «Ну, какой молодец! Вот остальные даже не задумались».
— Называется это суп-гуляш, — сказала я.
— Гуляш… — с благоговением произнёс он.
В общем, накормила дровосеков, сын герра Рюдика тоже получил порцию. Дровосеки выдали мне денег на неделю, помогли помыть котёл, потому что его, конечно, пришлось забрать.
— Понимаете, фрау Мюллер, — сказал мне герр Эдер, — у нас же здесь охрана не остаётся, да и дорога тут недалеко, мало ли что.
Я поехала обратно. У меня на сегодня ещё была запланирована генеральная уборка. Я больше не могла жить в такой грязи, тем более пока погода была хорошая, можно было и бельё выстирать, и высушить, и попробовать отмыть полы и стены.
Мальчишку с телегой отпустила, наказала ему прибыть завтра рано.
— С утра поедем на рынок, потом — за город, — сказала мальчишке.
— Рами, фрау Мюллер, — сказал довольный мальчишка, — меня зовут Рами, и завтра я обязательно буду, — добавил он, пряча честно заработанные крейцеры в карман курточки.
Сегодня у меня был очень продуктивный день, я ещё и перестирала всё, что можно. Что-то сильно грязное замочила, сделала первую уборку, помыла полы, столы протёрла.
И когда уже решила, что на сегодня хватит, зачем-то взглянула наверх, и… увидела на балках паутину. И хотя сил уже не было, решила всё-таки с паутиной разобраться. Залезла на стол и стала влажной тряпкой её снимать.
И надо же было так случиться, что именно в этот момент входная дверь с грохотом распахнулась.
«Ёлки-палки! Неужели я опять забыла закрыть дверь?»
Я резко повернулась и как-то так неловко пошатнулась… И почувствовала, что не могу удержаться. Я начала падать, и словно искра мелькнула мысль:
«О, блин… Неужели я сейчас себе что-нибудь сломаю? А ведь только всё начало налаживаться..».
И упала. Но до пола не долетела, потому что упала я прямо в надёжные и крепкие объятия… господина барона.
Глава 11. Новые вводные
Самым удивительным было то, что господин барон, хоть и пошатнулся, но устоял.
— Вы вовремя, — от неожиданности произнесла я, подняв глаза, и взгляд мой упёрся в гладко выбритый подбородок.
От барона приятно пахло, аромат был какой-то цветочный, но ему шёл.
Я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он наклонился ближе к моему лицу, а я его ещё раз понюхала.
«Так, что-то у меня мысли куда-то не туда завернули», — подумала я.
— Фрау Мюллер, — произнёс барон, осторожно отцепляя от себя мои руки и ставя меня на пол, — разве можно так неосторожно себя вести, когда вы в доме одна? А если бы я не пришёл?
— Ну, если бы вы не пришли, господин барон, боюсь, что бюджет города пострадал бы ещё на одни похороны, — сказала я.
Уголок губ на серьёзном лице барона дёрнулся, так что мне показалось, что мужчина еле сдержался, чтобы не рассмеяться.
— Я рад, что вы, несмотря на всё то, что с вами произошло, ещё способны шутить.
— А что, собственно, со мной произошло? — сказала я.
А про себя подумала: «Ну так-то да, переместилась на бог знает сколько лет назад, два раза чуть не померла, «мужа» вот схоронила, даже дело уголовное на меня завели…» И так мне себя жалко стало, что в глазах защипало, и я решила, что не буду себя сдерживать, тем более с господином бароном это было сделать легко.
Я всё ещё стояла рядом с ним. Он возвышался надо мной почти на голову, его рука очень тепло и мягко придерживала меня за спину, и я всё-таки уткнулась лицом ему в грудь и заплакала.
— Фрау Мюллер, что с вами? — растерянно спросил господин барон.
Я подняла заплаканное лицо от его рубашки, которая уже намокла под моими слезами.
— Просто, господин барон, до вашего вопроса я как-то не задумывалась о том, что со мной произошло за последние дни… а сейчас…
— А сейчас взяли и подумали? — усмехнулся барон.
— Да, — несколько капризно подтвердила, — взяла и подумала.
— Поэтому и плачете? — Господин барон вытащил белоснежный платок и промокнул мне щёки. —
