ароматных гостей. Ладно хоть ведут себя заметно учтиво и даже поклонились.
— А эти необычные одеяния… — поинтересовался тот, что был повыше.
— Божественный дар, — выкрутилась я, ведь судя по натуральным тканям на местных, современные материалы горнолыжного костюма и его покрой, можно объяснить лишь какой-то бесовщиной или божественным даром.
— Уважаемый даос, а где... — мужчины огляделись в поисках того, что подтверждало бы мои слова, но кроме пустого столика с парой фруктов в миске на нём и циновки на полу, не считая мелочей, здесь было пусто.
— Как это храм и без лика божества? — тут же подхватывает другой.
Я с деловитым видом прокашлялась.
— Храм открыт лишь со вчерашнего дня. Я прибыл вечером и ещё не успел его достойно обустроить, но подношения уже принимаются, как и пожертвования на обустройство храма.
Да уж. Деньги мне сейчас как воздух необходимы! Чтобы узнать о мире и способе возвращения домой, — мне очень нужно к людям! А где люди, там и большие траты на ночлег, еду, не считая первоочередной для меня одежды. С последней нужно срочно что-то делать, пока меня тепловой удар не хватил!
— А храм-то в чью честь возведён?! Никогда в этих краях не бывал, — снова подал голос тот, что повыше.
— В честь местного грозного божества горы. Имя ему Су Хо! — торжественно произнесла я, отчего они тут же покланялись.
— О-о-о, — открыл рот более впечатлительный из них и я заметила, что состоянием собственных пожелтевших, местами сколотых зубов, он явно не обеспокоен. Хотя на вид ему не больше тридцати.
Второй же, почти не выдал эмоциональной реакции, но, на моё удивление, достал из-за пазухи две палочки благовоний. Будто специально с собой носил!
Мужчина было дернулся в сторону стола, но повернулся ко мне с озадаченным видом.
— Уважаемый, а чем здесь поджечь и где место, куда их поставить?
— Поджечь?! — интересно, очаг на улице уже окончательно дотлел?! — На улице, в углях. А поставить на стол. Просто воткните в находящийся на нём фрукт. Божеству Су Хо так более угодно.
Конечно, я сама собиралась позавтракать этими фруктами, а не тыкать их сомнительной чистоты палочками, ибо навряд ли в ближайшее время мне светит иная еда, но мой иномирный костюм, иначе объяснить было сложно. Да и чувство безопасности этот небольшой обман какое-никакое, но дарит. Неизвестно как отреагировали бы эти двое узнай что я женщина.
А даосы разные, и многие из них со странностями.
Я так думаю…
Историю Китая я знаю лишь поверхностно, по паре фильмов и книг. Правил зажигания благовоний даже примерно не представляю, но по фильмам точно помню, что палочки торчали вверх, а здесь даже подставки для них никакой не наблюдается. Так что импровизация с подставкой в виде фрукта, пришла в мою голову как нельзя кстати.
Эти двое явно обычные люди. Ещё и запашок характерный, что нос прикрыть хочется. Я слышала, что в прошлые времена гигиеной здесь и не пахло, но не до такой же вони!
Вот от Су Хо не пахнет. Но он-то у нас божество… Впрочем, ещё пару дней без сменной одежды, и я сама здесь буду благоухать.
Но соль совсем не в этом, просто удушливый запах с мысли сбил… Вот что действительно странно: я прекрасно осведомлена, что в разных провинциях Китая всегда существовали различные наречия. Даже в современном мире они есть! Но эти бедные люди говорят на понятном мне Китайском языке! Осведомленность Су Хо, я ещё могла объяснить тем, что божества всесущи и всемогущи, но литературный язык этих двоих, который можно услышать в современных китайских фильмах, объяснить довольно сложно. Этот факт насторожил и не давал покоя, будто некий триггер.
— Уважаемые, а обучен ли кто-нибудь из вас грамоте?! — интересуюсь, желая прояснить этот момент.
— Да поглядите на нас! Какие же с нас учёные, уважаемый даос, — откликнулся первый.
— А что?! — с настороженностью, и вместе с тем, с неким сарказмом в голосе, полюбопытствовал второй. — Коли неграмотные, то это божество на молитвы не откликнется?!
— Ну что вы?! Он рьяный защитник любого своего последователя. Просто мне нужно в город. Думал, вы какую книжную лавку посоветуете, популярную у учёных.
— О нет, уважаемый даос. Это не про нас. Мы люди простые. Охотой вот в горах промышляем.
— Охотой?!
Глава 29
Ох, не понравится это тигру…
— Да. Шкурами торгуем, — вновь подал голос тот, что выше.
— Осторожнее. Божество не любит охоту на его территории. Лучше занимайтесь промыслом где-нибудь в стороне от подножия горы, — предупреждаю, предугадывая реакцию Су Хо.
Хотела у этих двоих потихоньку о существовании книг про магию выпытать, или в принципе, магию в этом мире, да хоть какие-то знания, но теперь захотелось побыстрее их отсюда выпроводить. А про странность с языком, более полные выводы я в любом случае смогу сделать только тогда, когда доберусь до города. А сейчас нужно как-то спугнуть отсюда охотников. Не будет рад Су Хо таким последователям. Не знаю, как его в своё время пленили, но, возможно, такие же вот охотники постарались, а затем он как-то и во дворец попал.
— Так, мы аккуратненько, — замялся один. — Так, по мелочи.
— И дозволения в молитве попросим, — будто со знанием дела, добавил второй.
Я чуть ли не воздухом поперхнулась! Они смертники, что ли?! Если Су Хо со мной так грубо обошёлся, зная, что получит жёсткую ответку, а поэтому не может мне навредить, то что он сделает с обычными охотниками на его территории, если они на него нарвутся?! А что, если всё окажется гораздо хуже, и эти двое посчитают самого тигра лакомым кушем?!
За самого Су Хо, может и от обиды, но я совсем не переживаю. А может быть, и потому, что непохожи эти двое на удачливых зажиточных охотников. Но вместе с тем, мне отчего-то невыносима мысль, что он причинит вред хоть кому-нибудь живому.
Эти с виду трусоватые, и глазки, если честно, у обоих бегают вороватые.
— Имейте в виду, что про гнев божества я не просто так предупредил, — решаюсь сделать акцент.
– Да лучше уж гнев небольшого божества, чем местной знати, которая ещё и в долги за охоту на ближних землях вгоняет! — с этими словами мужчина вышел за дверь, видимо, собираясь зажечь палочки.
— Я с ним согласен, — подтвердил второй, поймав мой укоризненный взгляд в спину товарища. — Не смотри так, даос. У меня сестру за долги забрали, а позже отца завернули в циновку и забили так, что глаза так и не открыл. С той
