изучить мыслекарту не получится, я ведь за рулём.
К счастью, начались обеденные заторы.
Если нас кто и преследовал, он был вынужден останавливаться на перекрёстках и светофорах. А я мчался напролом, просачиваясь через автобусы, фуры, легковушки. Нырнув в подвернувшийся трамвай, я выехал на обширную площадь, свернул на оживлённую улицу Скрябина, а оттуда — на тихую двухполоску, вдоль которой громоздились сугробы выше человеческого роста.
— Почти приехали, — заметила Маро.
Бессмертная вела себя на удивление хладнокровно.
Словно ей ничего не угрожало.
Я врубил непрерывную циркуляцию и продолжил поддерживать проницаемость. Не хотелось рисковать. На таких вот безлюдных улочках проще всего организовать засаду. Или смонтировать каббалистическую ловушку…
Чутьё не подвело.
Из асфальта по траектории нашего следования начали вырастать ледяные шипы. Скорость была чудовищной — шипы даже не выскакивали из-под земли, они… тупо проявлялись. Неведомая сила превращала воздух в лёд. Толстые заострённые колья, один из которых насквозь пробил грузовик, едущий перед нами. Я инстинктивно вильнул в сторону, уворачиваясь от столкновения. А потом вспомнил о проницаемости. Но мы уже вырулили на встречку и пронзили собой жёлтое такси, водитель которого исступлённо сигналил.
— Ты сумасшедший, — с восхищением произнесла Маро.
— Я знаю.
Мчусь вперёд, игнорируя все правила, не вслушиваясь в сигналы шарахающихся в стороны водителей. Мимо торчащих из дороги ледяных шипов. На перекрёстке проезжаю на красный свет, продолжая вкачивать энергию в бесплотность. Въезжаю в сугроб, прорезаю насквозь пятиэтажку, пересекаю заваленный снегом двор и оказываюсь на неприметной улочке, которая тянется в нужном направлении.
— У тебя права надо забрать, — хмыкнула Маро.
— Куплю новые, — пожав плечами, я свернул на знакомой развилке и увидел сосны, обступившие пансионат. — Сама знаешь, как оно в Фазисе.
Девушка рассмеялась.
Подъезжая к главным воротам, я снял блоки и почти сразу услышал в голове возмущённый голос Барского:
Иванов, ты что вытворяешь? Почему отрываешься от эскорта и не отвечаешь на запросы? Совсем совесть потерял?
Артур Олегович, есть разговор. Мы у пансионата, распорядитесь, чтобы нас впустили. А потом, если несложно, загляните на чашку чая.
Жди.
Телепат ушёл с линии.
* * *
Граф выглядел очень усталым.
К счастью, мы ухитрились раздобыть травяной чай с мелиссой, ромашкой и зверобоем. Разлили всё это по большим керамическим кружкам, чтобы по десять раз не бегать.
— Прыгунами я займусь, — сказал Барский. — Но есть версия, что сдал кто-то из персонала комплекса. Столы ведь были заранее закреплены за делегациями.
— Но не стулья, — парировал я.
Артур Олегович вздохнул.
— И ведь не поспоришь.
— Ловушка, — напомнила Маро. — Если бы не Дар Сергея, нас бы прошило этими шипами. И не только нас, а весь кортеж.
— Я туда отправил своих людей.
— И что? — делаю глоток и жмурюсь от удовольствия.
— Все признаки ловушки, — сокрушённо покачал головой начальник СБ. — Понятия не имею, как они ухитрились это заложить на действующей дороге, в мороз… и так, что никто не заметил. Но шипы очень плотные и острые, там был серьёзный выброс ки.
— Тебя что-то другое тревожит, — заметила Маро.
Я вдруг подумал, что она могла помнить Барского ещё младенцем. И общаться с его отцом. Или даже дедом. Мысль меня позабавила.
— Развели нас, как детей, — не выдержал граф. — Сейчас я вам скажу то, дорогие мои, что говорить не должен. Потому что мой коллега из Москвы, который всё это курирует, попросил не распространять.
— Интрига, — хмыкнул я.
— Смешно тебе? Когда выключили свет, мы ждали, что нападут на Маро. А вместо этого ударили в другом месте. Тимур Железнов убит.
— Что? — охренела Маро.
— Тимур Железнов, — сухо повторил Барский. — Явный фаворит Турнира.
Я поднёс кружку к губам.
Сделал глоток.
И уточнил:
— Думаете, они использовали нас для отвлечения?
— Нет, я так не думаю, — покачал головой Артур Олегович. — Я практически уверен, что планировали вывести из игры сразу нескольких сильных бойцов. На Маро спустили ту штуку из воздуховода. Железнова ударило током в сортире. Резкий скачок напряжения вырубил свет по всему комплексу.
— То есть, они не специально? — удивился я.
— Кто знает, — пожал плечами Барский. — Но следует учесть, что после наступления темноты люди, которых мы преследовали, исчезли. Как сквозь землю провалились.
— А на кого ещё напали? — спросила Маро.
— Кристенсен.
— Из Волков? — у меня в мгновение ока разрушилась стройная картина происходящего.
— Дверной проём вдруг решил нашинковать Ларса, выдвинув с десяток лезвий, — сообщил Барский. — Но суровый викинг не растерялся и проскочил между ними, лишь слегка порезавшись.
— Кто он такой? — заинтересовался я.
— Мета.
— Сомнительно, — покачала головой Маро. — Ловушки на то и рассчитаны, чтобы убивать мгновенно.
— Но он почувствовал, — граф снова приложился к кружке. — Успел среагировать на выброс ки.
— Шустрый, — оценил я. — В любом случае, смерть Железнова всем на руку, нет? Судя по тому, что я слышал, это машина смерти. Долгоруковы могут паковать чемоданы.
— Ой, не спеши с выводами, — хмыкнул эсбэшник. — Уверен, что Медведи подготовились в своём обычном стиле.
— Это как?
— Выставили двух-трёх сильных претендентов, — ответила Маро. — Не забывай, Серёжа, что это самый крупный и влиятельный клан империи. Они не складывают все яйца в одну корзину.
— Разве другие москвичи показали убойные результаты?
— Они могут выглядеть посредственно, — улыбнулась Маро. — До поры до времени.
— Я бы не исключал и того, что Железнова подставили под удар, — задумчиво произнёс Барский. — Фигура заметная. Все знали о нём ещё год назад. Все понимали, что он выйдет на бой. И Медведи могли это использовать, чтобы прикрыть другого претендента.
— Сложно, — покачал я головой.
— На кону десять лет правления, — жёстко отрезал граф. — Власть над крупнейшей страной мира.
— Ладно, — я допил остатки чая. — Как вы намерены поступить с прыгунами?
— Сегодня я получу исчерпывающие доказательства, — Барский выпрямился и аккуратно задвинул стул, на котором сидел. — Их уже допрашивают.
— А нам что делать? — Маро собрала кружки и отнесла их в мойку.
Барский посмотрел на меня.
— Ждите. Пока я не свяжусь с вами через Петю, спать не ложитесь.
Пётр Василенко — наш телепат. Один из
