рабочие. Ведущий — мужчина, рост около ста восьмидесяти, в руках коробка, похожая на пульт.
Мысль ушла, как стрела. Граф даже глазом не моргнул, но в восточном крыле мгновенно активизировалось движение. Тени отделились от стен. Люди в чёрном, которые до этого казались частью интерьера, ринулись на перехват.
Каббалист вздрогнул, отшатнулся от стола.
Две половинки робота-убийцы дёрнулись и начали быстро чернеть, превращаясь в дымящийся шлак. Через секунду на скатерти лежала лишь кучка пепла и оплавленный металл.
Свет в зале погас.
Глава 9
Врубив проницаемость, я скользнул вправо.
Сквозь стол и Барского.
Память у меня хорошая, и я примерно понимал, где должна находиться Маро. Расстояние я держал в уме, и поэтому начал считать шаги. На шестом остановился.
В зале было шумно.
Кто-то кричал, Барский раздавал отрывистые приказы.
Уплотнившись, я занял удобную позицию в проходе между столиками. Достал из внутреннего кармана пиджака модные очки-консервы, быстро нацепил на голову, поправил и взглянул на мир по-новому.
А ничего такая технология.
Устройство, которое я протащил с собой, позволяло видеть окружающее пространство в тускло-сером формате. Люди, предметы, стены — всё это казалось блеклым и невыразительным. Однако, детализация впечатляла.
Очки тянули из меня жалкие крупицы энергии.
Пальцы правой руки сомкнулись на рукояти меча. Я видел Маро — она поступила схожим образом, намереваясь действовать вслепую. А вот эсбэшники, которых привёл Барский, последовали моему примеру.
Я покосился на мастера Мергена.
Бес мягко огибал столик, извлекая из-за пояса парные саи. Вот уж не думал, что он пользуется этими окинавскими штуками! Раньше не думал. Но с утра отметил, как он их за поясом таскает…
Мы рассредоточились, чтобы не мешать друг другу.
В глубине комплекса что-то щёлкнуло, загудело — и свет загорелся опять.
Запустились автономные генераторы.
Я продолжал стоять, не сдвинувшись ни на йоту. Очки не спешил снимать. Мало ли. Уж лучше видеть реальность в сером свете, чем попасться на очередную уловку.
В зале ничего не происходило.
Кроме нашего столика было занято ещё несколько, там обедали представители других кланов. Все они заняли круговую оборону, настороженно озираясь и подозрительно глядя друг на друга.
Секунды шли, а свет продолжал гореть.
Я позволил себе снять очки.
Меч так и не пригодился.
— Что-то произошло у москвичей, — нарушил затянувшуюся паузу Барский.
— Надо валить отсюда, — высказал общую мысль Таиров. — В пансионате безопаснее.
Барский кивнул:
— Выводите госпожу Кобалию.
И мы направились в сторону парковки, разбившись на группы. Для этого потребовалось выйти из ресторана, пересечь громадный вестибюль и загрузиться в три больших лифта. Я нервничал, потому что не люблю лифты. Там можно обустраивать ловушки, запускать прыгунов с ножами… Куча вариантов!
Подземный ярус встретил нас гулкой тишиной бетонного склепа. Где-то за углом взвизгнули шины, взревел мотор. Несколько моторов. Значит, не мы одни решили покинуть «Арену», не дожидаясь информации по расписанию боёв.
За руль я сел после того, как Маро устроилась в своём кресле.
— Я не успела тебя поблагодарить, — сказала девушка, когда спорткар плавно тронулся с места. — Эта штука падала на меня…
— Прямо в голову, — согласился я. — И она заострялась.
— В смысле?
— Да в прямом. Удлинялась и превращала нижний край в остриё.
Выруливая на дорожку, я не забывал посматривать по сторонам и заглядывать за стены. Парковка не выглядела подозрительно. Разве что суеты чуть больше из-за экстренно сваливающих делегаций. Сейчас я видел, что машины стартовали одна за другой, выстраивались в цепочки и без паники, чётко и технично, сваливали через один из выездов. А всего выездов было четыре, ведь паркинг в точности дублировал конфигурацию самой «Арены».
Образовались заторы.
Я не стал мудрить, сделал «Ирбис» бесплотным и спокойно проехал сквозь вереницу чёрных внедорожников аки призрачный гонщик. Ну, или какое-нибудь дружелюбное привидение.
Наш эскорт остался под землёй.
— Барский будет недоволен, — заметила Маро.
— Естественно, — не стал я спорить. — Но мы поедем одни.
— Что-то не так?
У Маро хватило ума проанализировать расклад. Она видела, что я напряжён и стараюсь максимально быстро покинуть комплекс.
— Всё не так, — буркнул я, не вдаваясь в подробности.
Стрелой пронзив наземную парковку, мы оказались на подъездной дорожке, ведущей к одному из КПП. Нас не пытались остановить, хотя я мчался прямо на откатные ворота. Прошив и это препятствие, я встроился в вереницу уезжающих машин. Дорога вела к границам перегороженной территории, дальше начиналась магистраль, ведущая к мосту через Исеть.
— Сергей, почему мы не ждём остальных?
Я выставил ментальный блок, чтобы отгородиться от телепатических запросов.
— Потому что среди них может оказаться предатель.
— Объяснишь?
— Чтобы запустить ту штуку, надо было знать, где мы обедаем. Понимать, что твоё место — под вентиляционной шахтой. Убийца действовал наверняка, его навели. А навёл тот, кто обеспечивал безопасность группы. Не Барский, а кто-то из прыгунов. И он же следовал за нами на парковку. И он же сейчас находится в одной из машин.
— Тогда он может нас нагнать, — сделала логичный вывод Маро.
— В машину он не телепортируется. Это главное.
Запрос поступил, но его поглотил блок.
Я напрочь игнорировал любые попытки со мной связаться.
На магистрали, в плотном машинном потоке, я почувствовал себя в безопасности, но тут же прогнал эту иллюзию прочь. Наша планета — это жутко небезопасное место. А реальность, в которой я переродился… Тут вообще нельзя расслаблять булки. Аристократы, тайные общества, секты, инквизиция… Артефакты, каббалистика, прыгуны разные… Тебя могут убить в любую секунду. Тысячами разных способов. И чем ты сильнее, чем больше у тебя власти, тем чаще нужно оглядываться.
— Сколько у тебя подозреваемых? — уточнила Маро.
— Двое. Или больше. Я видел прыгунов, которые переместились в зал, но к нам не подходили.
— Их можно допросить, — заметила бессмертная. — Поговори с Барским.
— Не сейчас.
Я внимательно следил за дорогой.
Больше всего мне не нравилась предсказуемость маршрута. Неведомый шиноби мог просчитать все точки, в которых мы окажемся по дороге в пансионат. Я мог бы отклониться от заданной траектории, но уж очень плохо я знаю город. Это не Екатеринбург из моей прошлой жизни. Тут другие улицы, другие ориентиры. Да, я бывал здесь множество раз из-за своего завода и Союза Вольных Родов, но я не колесил по задворкам и подворотням. Я не таксист, знающий каждый переулочек в каждом районе. А
